ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Служу его Величеству! — браво рявкнул Больг — первый генерал артиллерии и первый орк в генеральском звании в Арноре.

Дальше последовали новые назначения: капитан Хьюрин был произведен в полковники с задачей создать из бежавших от узурпатора гондорцев рейтарский полк «изгнанников». Хьюрин немедленно попросил (и получил) разрешение вернуться в Аннуминас — большинство годорских беженцев, включая прославленных Стражей, обосновались именно там — подальше от фронта.

Изгнанного роханского принца Эльфхельма король попросил сформировать из роханских беглецов драгунский полк. Азагхал получил более интересное задание — сформировать из дунландцев (зело обиженных на Гондор после сожжения Керр Дунна) и изенгардских орков трехполковую бригаду. Это назначение открывало молодому орку дорогу к генеральскому званию, хотя из дунландских добровольцев только предстояло сделать солдат.

Халбард уже расслабился, и стал думать о предстоящей встрече с Ислимэ, но тут размеренный ход заседания был прерван самым возмутительным образом.

— Пустите меня к королю! — закричал кто-то в коридоре. Затем из-за двери послышались крики стражников, посылавших гостя по известному адресу.

— Откройте двери! — приказал Барахир. Он привстал в кресле, положив руку на эфес шпаги.

В зал совета вошел эльф, словно сошедший с картины, посвященной Войне Кольца: в полных доспехах, с длинным луком за спиной и кривым клинком на поясе. Эльф снял шлем, и, держа его в руке, поклонился королю.

— Ваше Величество, я Вилварин из Серых Гаваней. Я пришел послужить Вашему Величеству в борьбе с узурпатором своим мечом.

Торжественность момента ожидаемо испортил Больг, во всеуслышание заявив: — Ну, надо же, эльф. А я думал — какой-то урукхай из Мордора к нам ломится.

Вилварин, еще не привыкший к манерам генерала королевской артиллерии, обжег орка взглядом, на что тот не прореагировал.

— Значит ли это, что Кирдан Корабел готов поддержать нашу борьбу? — спросил Барахир.

— Только в моем лице, — ответил эльф. — Я должен сражаться вместе с вами и учиться искусству современной войны.

— Хорошо, — кивнул король. — Будете при мне адъютантом. И да, выкиньте куда-нибудь вашу деревяшку на веревочке и возьмите пистолеты. В моей армии лучники не нужны.

Вилварин побледнел от гнева, но склонил голову, признавая за Барахиром право приказывать. Его обучение началось.

2. Аннуминас, 23 февраля 1725 г. по летоисчислению Хоббитании

Шеренга всадников неслась по льду озера Эвендим. Подлетая к линии соломенных чучел, всадники стреляли из пистолетов, после чего выхватывали палаши и рубили болванов на полном скаку. Разворот по сигналу трубы — и новая атака.

В стороне от солдат, рядом с трубачом, за учением наблюдал высокий офицер в сером плаще, подбитом мехом. Вскоре, по приказу офицера, трубач протрубил новый сигнал и конные латники, построившись в колонну, направились к берегу. Трубач присоединился к колонне, двигавшейся к южной окраине Аннуминаса, в то время как офицер взял левее, направляясь к центру города.

Столица Арнора была засыпана снегом, корабли у причалов вмерзли в лед. Полковник Хьюрин объехал лодку, въехал на берег озера и по пандусу поднялся на гранитную набережную.

Рядом с обращенной к озеру статуей льва стояла фигура в черном плаще, держа в поводу черного коня. Подъехав к ней, Хьюрин спешился и низко поклонился.

— Ваше Величество.

— Я же просила не называть меня так, — королева Гилраэна кивнула рыцарю. — Королева Арнора — Мелисента. Я — вдовствующая королева, но лучше бы мне не носить этот титул.

— Мы — то, что из нас сделала судьба и наша воля, — сказал Хьюрин. — Я тоже не думал, что из Стража стану арнорским кавалеристом. Но стал, и теперь мое дело — исполнить мой нынешний долг как можно лучше.

Они ехали шагом, стремя-в-стремя, по заснеженным улицам Аннуминаса, поднимаясь от озерного берега к нависающему над городом замку. Их разговор тянулся неспешно.

— Так вы не рассчитываете вернуться в Минас-Тирит?

— Нет, — покачал головой Хьюрин. — Эта война уже стала из распри родичей войной Арнора и Гондора. И даже умри завтра Вардамир — в Гондоре нас никто ждать не будет. Но я ни о чем не жалею. Мы бьемся за Честь и Справедливость — против тирана, воюющего за право «высшей расы» угнетать остальных. А ради этого стоит жить.

— «Высшая раса» — это, по ним, мы, дунаданы, — задумчиво сказала королева.

— Вардамир хочет сделать из нас новых орков, готовых рвать всех чужаков, — твердо ответил полковник. — Впрочем, сравнивать головорезов узурпатора с парнями Азагхала — значит оскорбить последних.

— Действительно, — улыбнулась королева. — Как там Ислимэ?

— Скоро должна родить. Ее муж сейчас обучает дунландскую пехоту.

— Все при деле. Одна я не знаю, что мне делать, — вздохнула королева.

Они остановились у перекрестка. Дорога серпантином поднималась на склон Замковой горы — к Королевскому дворцу, где сейчас жила Гилраэна. Хьюрину требовалось повернуть на юг и вернуться в расположение своего полка. Но им не хотелось расставаться.

— Вы готовитесь к войне, Халбард строит флот, даже Ислимэ и Роза при деле. А кто я? Вдовствующая королева несуществующей страны. У меня не осталось ни детей, ни внуков — никому я не нужна.

— Вы недооцениваете себя, — с удивившей его самого страстью сказал Хьюрин. — Вы — прекрасная женщина и вы нужны… мне.

— Мне пора, — тихо ответила Гилраэна. — И… спасибо вам.

Она повернула лошади и поехала к замку. Хьюрин остался на перекрестке, неподвижно сидя в седле.

Роза и Гилраэна встретились в Малой Гостиной королевского замка. Стены небольшой комнаты были обтянуты синим шелком, в изящных шкафчиках стояли статуэтки из фарфора, привезенного из далекой страны Артании.

Служанки расставили чай и легкие закуски и удалились. Теперь можно было поболтать о своем, о женском.

Роза была на восьмом месяце беременности. Ей было о чем поговорить с Гилраэной, вырастившей двоих детей.

Но теперь они говорили о своих мужчинах. Роза прочитала Гилраэне письмо мужа, где он описывал строительство флота.

— Ну и о здоровье спрашивает, — улыбнулась хоббитянка. — Он очень беспокоится за меня. И за него — она погладила живот.

— Завидую я тебе, Роза. А вот у меня никого не осталось…

— А ты не завидуй, — рекомая Роза допила чай и отставила чашку. — Ты выходи за Хьюрина.

— Роза! — возмущённо воскликнула Гилраэна.

— Что — Роза? — хоббитянка рассмеялась. — Вы ведь любите друг друга! — Все это видят!

— Это правда, — честно ответила вдовствующая королева. Она впервые сказала о своей любви — в том числе и себе.

— Но не все так просто. Ты, Роза, знаешь, когда армия выступает в поход?

— Флот уходит в начале июня, и тогда же должны отправиться в Тарбад изгнанники Хьюрина. Королевская армия выступит из Тарбада в середине июня.

— Моего короля убили двадцать девятого мая, — вздохнула Гилраэна, и Роза не сразу поняла, что она имеет в виду не Барахира Арнорского, а Эрлоса II, последнего монарха Соединенного Королевства. — Траур закончится в мае. А я не могу играть свадьбу сразу после годовщины…

— Разумно, — кивнула хоббитянка. — Но когда-нибудь вам придется признать: прошлое мертво, жизнь продолжается. Вам надо вновь выйти замуж. Родить Хьюрину детей (тут она погладила живот). А не хоронить себя.

— Я так и сделаю, — улыбнулась Гилраэна, глядя на Розу. — Когда Хьюрин вернется с войны.

3. Устье реки Барандуин, 23 мая 1725 г. по летоисчислению Хоббитании

Западный ветер наполнял паруса арнорских кораблей. Семь галеонов, распустив белые крылья парусов, держались за флагманом — пятидесятичетырехпушечником «Эарендил». Под бушпритом флагмана сверкала серебряными крыльями чайка. Принц Халбард в серой морской форме, стоял на юте, рядом с рулевым, флагартом гномом Строри, флаг-капитаном — бывшим изенгардским кавалеристом Ангборном, и шкипером корабля — старым торговым моряком Фалатаром. Подобное двойное командование было на всех кораблях — шкипер управлял кораблем, а капитан командовал им в бою. Пока экипажи состояли частью из мобилизованных торгашей, а частью — из переведенных во флот сухопутных солдат, это было неизбежно.

19
{"b":"545072","o":1}