ЛитМир - Электронная Библиотека

Эрмин бросила полный обожания взгляд на своего малыша, который крепко спал. Мадлен укрыла его шерстяным пледом. «Ребенок, олицетворяющий мир на всей земле и в моем сердце! Я была так счастлива, когда поняла, что беременна, когда носила его в себе, чувствуя, какой он крепкий, здоровенький».

Она никогда не забывала о смерти своего трехмесячного младенца Виктора осенью 1939 года. Эта потеря глубоко ранила ее.

«Без Кионы я бы не смогла это пережить, – взволнованно подумала она. – Мой ангел-хранитель сумел утешить меня своими улыбками, своей нежностью и силой. Где же сейчас моя Киона? Только бы она вернулась в Валь-Жальбер!»

Через пять вагонов от них, в хвосте поезда, Тошан задавал себе тот же вопрос. Напротив него сидел мужчина, погруженный в изучение французского журнала. После короткого приветствия при посадке они время от времени бросали друг на друга взгляды. Тошан намеревался вечером поужинать в вагоне-ресторане. Его попутчик ждал, пока останется один, чтобы перекусить тем, что взял в дорогу.

– Хотите полистать мой журнал? – внезапно спросил мужчина приветливым тоном. – Он из самого Парижа.

– Благодарю вас, я не расположен к чтению, – ответил Тошан.

– Жаль! – продолжил его сосед. – Послевоенные волнения в Канаде и Франции заслуживают внимания.

– Мои мысли сейчас заняты другим. К тому же у меня остались не очень приятные воспоминания о Франции.

С этими словами Тошан раздраженно закурил, даже не спросив у своего спутника, не помешает ли ему дым сигареты. Терзаемый проблемами, ожидавшими его в Робервале, он не был расположен к беседе.

– Вы ведь Тошан Дельбо? – поинтересовался мужчина.

– Да. Откуда вы меня знаете?

– Я тоже родом из этих мест. Овид Лафлер, учитель. Мы не раз пересекались на перроне в Перибонке, вы просто не обращали на меня внимания. Я возвращаюсь из Франции, где провел целый год недалеко от Лиона, и очень рад встретить своего земляка.

Тошан рассеянно улыбнулся и окинул Овида Лафлера взглядом. Судя по всему, они были ровесниками: на вид его спутнику было лет тридцать шесть или тридцать семь. Худое лицо с ярко-зелеными глазами обрамляли волнистые темно-русые волосы. Узкая короткая бородка подчеркивала волевой подбородок.

– Рад за вас, месье! – бросил Тошан из чистой вежливости, поскольку лицо учителя было ему незнакомо.

– Я имел удовольствие поддерживать вашу супругу во время войны, – добавил Овид. – Но она наверняка вам об этом рассказывала. Мы сумели вызволить малышку Киону из государственного пансиона, этой позорной школы, по выражению мадам Дельбо.

Услышав это «мы», Тошан внутренне передернулся, но виду не подал.

– Да, припоминаю. Месье Лафлер, разумеется… Мы вам стольким обязаны! – воскликнул он. – Простите, во время войны много всего было. Но я помню, что моя жена рассказывала мне в одном из писем, как она нашла Киону благодаря вашей энергичной помощи. Если я правильно понял, вы также даете уроки индейским детям в резервациях?

Овид Лафлер с облегчением вздохнул. Они пожали друг другу руки.

– Это так, судьба маленьких монтанье всегда меня волновала. Поэтому я уже опубликовал две статьи о недопустимом обращении с детьми в так называемых пансионах. Вы ведь метис, думаю, вас это тоже не оставляет равнодушным.

Учитель говорил с воодушевлением, глаза его горели азартом. Это почему-то вызвало у Тошана раздражение.

– Согласен, в юности меня это сильно беспокоило, – заметил он. – Я получил свою порцию издевательств, но, возможно, я сам их искал, поскольку носил длинные волосы и кожаные куртки с бахромой. Я бросал всем вызов своим индейским происхождением. Я мог бы вести себя по-другому и избежать многих неприятностей. Ведь мой отец был ирландцем, с белой кожей и светло-рыжими волосами. Война уничтожила многие мои принципы. Миллионы евреев погибли в концлагерях из-за нацистской идеологии и Гитлера, этого монстра, жаждущего крови. В сущности, по всему миру живут народы, истребляемые из-за цвета кожи, религии, чего-то еще. Сейчас меня волнует только моя семья. Я и так дорого заплатил за свое желание сражаться во имя справедливости.

Овид Лафлер пребывал в замешательстве. Если поначалу его радовала перспектива беседы с Тошаном Дельбо, то теперь он смотрел на него другими глазами. Этот красивый мужчина с медным цветом кожи и черными глазами был мужем Эрмин. И она каждую ночь спала рядом с ним, обнимала, ласкала… отдавалась ему, сладострастная, чувственная, такая, какой он сам видел ее в полумраке собственной конюшни в Сент-Эдвиже. Оставив надежду завоевать сердце Соловья из Валь-Жальбера, он тем не менее не переставал ее любить.

– Да, я знаю, что вы вернулись в 1942 году с тяжелым ранением, – бросил он. – Вам еще повезло…

– Не знаю, можно ли назвать это везением, – сухо ответил Тошан.

Вне себя от досады, он потушил сигарету. Первый порыв симпатии прошел, и теперь Лафлер внушал ему неприязнь. Это происходило на интуитивном уровне. Что-то настораживало Тошана в словах учителя и его выразительной манере изъясняться.

– Я хорошо знаю ваших детей, – тем временем продолжил тот. – Я был частым гостем в Маленьком раю, мы даже вместе пекли блины. Незабываемые моменты, проведенные с Мукки, близняшками, Кионой и Акали, не считая Мадлен и вашей супруги!

Жизнь обострила интуицию Тошана и сделала его крайне подозрительным. В последних словах он уловил намек на выпад в свою сторону, хотя произнесены они были мягким тоном.

– Для вас они, несомненно, более незабываемы, чем для перечисленных вами лиц, поскольку никто не счел нужным рассказать мне о ваших визитах, – язвительно бросил он. – Мне очень жаль.

Овид загадочно улыбнулся и ответил:

– Ветер войны унес эти скромные радости. Ведь мадам Дельбо отправилась к вам во Францию, презрев все опасности… Раз уж мы заговорили о вашей очаровательной супруге, скажу, что я имел удовольствие слышать ее сегодня днем в Капитолии. Я давно мечтал побывать на оперном спектакле с ее участием. Могу сказать, что в роли Мими она неподражаема. В меру патетична и очень профессиональна.

Тошан, поджав губы, кивнул. Нескрываемый восторг в голосе учителя был ему невыносим.

– Вижу, что вы один из ее многочисленных поклонников, месье Лафлер. Я не могу вас за это упрекать, но, сделайте одолжение, не восхваляйте мою жену с таким возбуждением!

Сделав это недвусмысленное предостережение, Тошан встал и взял свою куртку. Он не мог больше здесь оставаться.

– Мне пора ужинать, – отрезал он. – А вы можете вернуться к своему чтению.

– Как скажете, – понимающе кивнул Овид. – Значит, я правильно сделал, что не поздоровался с мадам Дельбо на вокзале. Полагаю, она вас провожала…

Тошан замер, держась за ручку застекленной двери. Он бросил недоверчивый взгляд на сидевшего с хитрым видом Лафлера.

– Не знаю, на что вы намекаете, – протянул он. – Эрмин меня не провожала, она осталась в городе с нашим двухлетним сыном.

– Спутать с кем-либо вашу жену невозможно! – заверил его Овид, видимо, не опасаясь спровоцировать этого, без сомнения, ревнивого мужчину.

– Вы специально это делаете? – холодно поинтересовался Тошан. – В самом деле, Лафлер, мне неизвестно ваше семейное положение, но разве вас не покоробили бы подобные высказывания в адрес вашей супруги?

– Ничуть. К тому же у меня нет такой проблемы: я уже восемь лет как вдовец. Моя любимая жена умерла при родах, а близнецы, которых она произвела на свет, пережили ее ненадолго.

– Мне очень жаль, дружище! – смягчившись, извинился метис. – Вам не мешало бы снова жениться. Одиночество до добра не доведет.

Тошан вышел в коридор, чтобы положить разговору конец. Овид, словно очнувшись от наваждения, тут же почувствовал раскаяние.

«Что на меня нашло? – недоумевал он. – Я же обещал Эрмин не трогать ее семью, уважать ее беззаветную любовь к Тошану. О, Тошан Дельбо… Разве я могу с ним сравниться! С возрастом он стал еще красивее, увереннее в себе, в своих поступках и словах. Я чувствовал себя рядом с ним полным идиотом!»

10
{"b":"545076","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Как убедить, когда вас не слышат
Попадать, так с музыкой
Green Witch. Полный путеводитель по природной магии трав, цветов, эфирных масел и многому другому
Роузуотер
Я путешествую одна
Инстинкт Зла. Вершитель
Двери в темное прошлое
Клетка для сверчка
Между Фонтанкой и Обводным каналом южнее Невского