ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Не забывай, что эта девушка — моя племянница! — гордо сказала Мэгги, обнимая меня за талию. — Мари, это — Сэм Карр, самый большой пройдоха из всех, кого я знаю, но, кажется, очень неплохой импрессарио.

— Надеюсь, что Мэгги не преувеличивает, — сказал Сэм, кивнув.

Я была представлена трем пожилым мужчинам, чьи имена сразу же вылетели у меня из головы. Один из них был, кажется, режиссером, а двое остальных — продюсерами. Раньше знакомство с такими людьми произвело бы на меня большое впечатление, но сейчас все мои мысли занимал Кен Вольф. Он, показался мне еще красивей, чем в первый раз. Едва Мэгги отошла, чтобы взять коктейль, он тотчас оказался рядом со мной.

— Надеюсь доктор, вы не забыли, к кому из нас пришли сегодня? — сказала ему Мэгги, возвращаясь и протягивая мне холодный прозрачный мартини.

— Некоторые мужчины способны больше, чем на одну любовь, — ответил он, поднимая бокал. Тетушка рассмеялась. Было ясно, что это просто ничего не значащий флирт, но ей были приятны знаки внимания. Не знаю, насколько хорошо доктор Вольф разбирался в медицине, но женскую натуру он знал прекрасно.

Мы приятно болтали, попивая мартини. Потом один из продюсеров (кажется, его звали Вест) завел разговор о моих планах на будущее.

— У меня, конечно, очень мало опыта, — ответила я. — Всего несколько ролей в любительских спектаклях. Но, кажется, я хочу стать актрисой. Но только, если у меня действительно будет очень хорошо получаться. Чтобы выяснить это, я и приехала сюда.

Собеседник как-то странно посмотрел на меня, но в этот момент Мэгги перевела разговор на другую тему, и мне не удалось узнать, что означает этот взгляд.

Мы сели за стол. Я оказалась напротив Кена: между Элизой и Сэмом. Импрессарио мне понравился. Его важный вид и манеры предполагали чопорность, но в действительности он оказался очень милым собеседником, очаровательным и остроумным. Но все время я чувствовала на себе восхищенный взгляд Кена.

— Ваша тетушка не говорила мне, что на ужине будет такая чудесная девушка, — сказал Сэм, когда подали кофе. — Иначе я собирался бы сюда с еще большей радостью.

— Мне кажется, в любом случае вы собирались с радостью, ведь здесь Мэгги и Элиза, — ответила я, в течение всего ужина пытаясь втянуть кузину в разговор.

— Да, ты обижаешь нас, Сэм, — сказала Мэгги, сидя во главе стола. — Элиза, нам с тобой придется подумать, как наказать его, не так ли?

Элиза перевела взгляд с Мэгги на Сэма, затем покосилась в мою сторону. И меня снова поразила ненависть, сверкнувшая в ее глазах.

— Сэм легко теряет голову, — кисло заметила она и снова занялась своим кофе.

— Еще бы! — воскликнул Кен. — Из-за вашей племянницы, Мэгги, потеряет голову любой мужчина.

Я слегка покраснела, Элиза еще больше нахмурилась, а тетя рассмеялась. Хотя она и пыталась изобразить ревность, ей нравилось, что я завоевала всеобщие симпатии.

— Я чувствую, если мы с Элизой хотим получить хоть немного внимания, нам следует избавиться от конкурентов, — сказала она. — Доктор Вольф, почему бы вам не показать Мари, как чудесны вечера в Калифорнии?

— С удовольствием! — ответил доктор, не скрывая радости.

— Это вовсе необязательно, — сказала я, обрадовавшись, однако, не меньше его.

— Чепуха! Это обязательно! — нетерпеливо сказала Мэгги. — Мы хотим поговорить о тебе, но твое присутствие нам мешает; Идите! Элиза, хочешь пойти с ними?

Я увидела, что это предложение Кену совсем не понравилось. Признаться, меня такой поворот тоже не устраивал. Однако, вспомнив о том, что собиралась завоевать расположение Элизы, я бодро сказала:

— Да, Элиза, почему бы тебе не пойти с нами? Холодный блеск серых глаз подчеркнул фальшь ее улыбки.

— Спасибо, но я не могу. Если меня извинят, я бы лучше поднялась в свою комнату. Мне надо закончить кое-какое шитье.

Мэгги покачала головой.

— Шитье? Ради бога, почему бы тебе не поручить это мисс Райт?

— Потому что мне нравится шить самой. Это мой талант! — сказала Элиза, вставая. Она быстро прошла мимо нас с Кеном и хлопнула дверью.

Глава пятая

Вид, который открывался ночью с террассы, захватывал дух. Внизу под нами в карнавале цветных огней раскинулась Сансет-стрип. И хотя была обычная январская ночь, в ней царила атмосфера праздника. Казалось, вот-вот начнется какое-то представление. Обитатели улицы сами были клоунами, танцорами, актерами, музыкантами, певцами. Не хватало только разукрашенных слонов. За всей этой будоражащей суетой огни города растянулись до самого горизонта. Бриллиантовое покрывало. Как много раз я слышала это сравнение! Но город действительно выглядел именно так — сияющий, сверкающий, невероятно красочный и невероятно красивый!

Мягкий ночной бриз развевал мое платье. Я слегка поежилась, и рука Кена оказалась на моем плече.

— Холодно? — спросил он.

Я заглянула в его глаза и улыбнулась:

— Не очень.

В первые минуты разговор не клеился. И Кен немного рассказал мне о городе.

— Вы первый раз в Лос-Анжелесе? — спросил он.

— Я была здесь маленькой девочкой и почти ничего не помню. По крайней мере, не ожидала, что он настолько красив.

— Это так. Но он может быть и невероятно ужасным. Почему бы нам не прокатиться завтра по городу? У меня как раз свободный день.

— С удовольствием, — ответила я, чувствуя теплую тяжесть его руки на плече.

Мы обошли вокруг дома. Бассейн, освещенный прожекторами, был похож на огромный аквамарин в зеленой оправе. Кен подвел меня к ближайшей скамейке, и мы сели.

— Доктор... — начала я.

— Просто Кен, — поправил он.

— Хорошо, просто Кен, — сказала я, улыбнувшись. — Как здоровье Мэгги? Кажется, вы уделяете ей очень пристальное внимание, или это ваш метод работы со всеми пациентами?

Он хмыкнул.

— Нет, но согласитесь, что ваша тетя, мисс Мэри, не совсем обычный пациент. — Затем добавил, уже более серьезно. — Я недавно работаю с Мэгги. Врач, который обслуживал ее до меня, ушел на пенсию — заботиться о собственном здоровье. А я просто купил его место и занимаюсь вашей тетей всего несколько недель. Если честно, мне кажется, что физически она вполне здорова. У меня сложилось впечатление, что доктор Уолкер просто потакал ее желанию быть в центре внимания.

Что — то в его тоне заставило меня спросить:

— Вы сказали, что она вполне здорова физически. Что вы имеете в виду? У нее есть какие-то другие проблемы?

Некоторое время доктор молчал, затем ответил:

— Не знаю. Поймите меня правильно — я не хочу сказать, что Мэгги Бэрк слегка тронулась или что-нибудь в этом роде. Но она чересчур эмоциональна, как, впрочем, большинство актрис. И очень неустойчива психически. Есть что-то, чего я никак не могу понять.

Я задумалась.

— У меня возникло такое чувство, что Мэгги ведет себя так, будто ее что-то гнетет. И Элиза...

Кен засмеялся.

— По-моему, вы просто не пришлись ей по душе, — сказал он.

Я печально кивнула.

— Да. Мне кажется, что скорее умру, чем добьюсь ее расположения.

— Вы слишком сильная соперница для такой серой лошадки, как Элиза, мисс Мэри.

Я попыталась возразить, но Кен остановил меня движением руки.

— Нет, дело вовсе не в красоте, хотя у вас ее более чем достаточно! Есть тысячи женщин с внешностью не лучшей, чем у Элизы, но они могут быть привлекательными. Проблемы Элизы заключаются в ее внутреннем мире. Там, внутри, она действительно ужасная женщина.

Я оглянулась и посмотрела на дом, серой глыбой возвышающийся на фоне темного неба, потом сказала:

— Мне кажется, она очень несчастна в жизни.

— Да, — неопределенно ответил Кен и замолчал. Потом спросил: — Что вы знаете о... о тех вещах, которые здесь происходят?

— Боюсь, почти ничего. Я ведь говорила вам, что приезжала сюда, когда была еще ребенком. И хотя моя мама и Мэгги — родные сестры, мама никогда не рассказывала мне о ее личной жизни.

6
{"b":"5451","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Любовница маркиза
Медсестра спешит на помощь. Истории для улучшения здоровья и повышения настроения
Создавая инновации. Креативные методы от Netflix, Amazon и Google
Люди в белых хламидах
Гончие псы
Мне снова 15…
За час до рассвета. Время сорвать маски
Блокчейн: Как это работает и что ждет нас завтра
Среди тысячи лиц