ЛитМир - Электронная Библиотека

В строгости тёмно-серого интерьера выделялись зелёные элементы, придавая небольшому помещению особый комфорт. Противоположная стена представляла собой огромный иллюминатор, спиной к которому сидел Лорд за рабочим столом. Королева прошла через комнату, напротив строгого стола выдвинулось кресло, она сочла это за приглашение и присела. Неожиданностью стало, что Скайуокер решил принимать её у себя в каюте. Комната не могла быть кабинетом, уверена была она, замечая особые мелкие детали, которые всегда успокаивали Энакина, но которые он никогда бы не показал подчинённым. К тому же сам Лорд был без мундира и выглядел крайне усталым, а его тёмная накидка могла быть халатом. Распущенные волосы были влажные, он не смотрел ей в глаза, указательный палец еле заметно постукивал по столу. Это не будет очередным политическим раундом, решила она, понимая, что Лорд никогда бы не показал свою… растерянность? Она удобно расположилась в кресле, расправив плечи, посмотрела прямо. Ей надо увидеть выражение в его глазах, чтобы знать с какой ноты начинать. Но он не поднял глаз, лишь катнул пальцем инфо-кристалл. Без вопросов, она активировала его, вчитываясь в данные. На её глаза навернулись слёзы, и непозволительно скатились по щекам. Инфо-кристалл потух, королева аккуратно поправила макияж, и прямо посмотрела ему в глаза, приготовляясь к очередному сражению.

Титановая маска королевы, та, которая родилась из железного лица «сенатора», не пряча глаз, ждала от него удара. Проще пробить броню «Прорицателя», чем её, наученный горьким опытом, знал Лорд. Да и он уже не хотел ничего пробивать. У него были вопросы, и он жаждал ответов, а разговаривать сейчас с ней, с королевой Альдераана, которая костьми ляжет, но будет юлить, отмалчиваться и всячески защищать свою правду, и не важно, что защищать её не от кого. От ответов она уйдёт в обычную политическую пикировку, которая взбесит его за считанные секунды.

Ей не шёл бело-серый цвет лояльного и демократичного, а тем и высокомерного, скованного правилами Альдераана. Его бесило их грамотно спрятаное тщеславие и лицемерие, которое сейчас отражалось в её наряде. Раздражение засвербело где-то между лопаток.

Он закинул голову, посмотрев на потолок, выбрасывая Альдераан и альдераанцев из головы: возможно, есть способ погуманнее начать этот разговор. В его лексиконе появилось новое слово, с иронией заметил он.

Под её внимательным взглядом Лорд поднялся, не проронив не слова, подошёл к стене и открыл мини-бар.

На средней полке стояли толу, восемь разновидностей крепкого напитка. Он бы с удовольствием распил «Эверслеар». К сожалению, Падме не была поклонницей крепких и очень крепких напитков. На полке выше располагались различные сорта арманьяка и граппы, они тоже были слишком крепки для неё. Аквавит с виски на полке ниже, так же не радовали сегодня.

Неужели у него нечем угостить гостью?

Возможно, что-то найдётся из подарков, которые он хранил для приятных знакомых.

Боковой стеллаж был гораздо больше, он пробежал взглядам по полкам: о! Кажется ликёр «Амалфи», с приятным кисло-сладким сложным вкусом может подойти к данному моменту.

Он достал два бокала, предназначеных для крепких напитков, и щедро разлил по ним. Пододвинув бокал поближе к гостье, он опустошил свой. Резкий вкус тут же отрезвлял и бодрил, а длительная сладость после располагала. Такое сочетание было не его, он в целом не любил сладкие напитки, но ликёр был во вкусе мадам Лайна Лаури, для которой предназначался.

Падме задумчиво взяла бокал, а после залпом выпила его.

В глубоких тёмных глазах по-прежнему блестел королевский титан.

Не то, постановил Лорд, возвращаясь к полкам.

Бунумуриаское сухое «Отчаянье девы» для королевы огней на Зерерном полуострове в южном полушарии Венге, планеты, которая входила в состав Реазиля. Искра была экспертом в сухих винах.

Терпкий гранатовый вкус определённо нравился ему больше «Амалфи», но его королева не оценила.

Хорошо, решил он, убирая вино на место. Тремя полками ниже стоял вермут для госпожи Джекси из семьи Ваунарыских – «Реанурис», что означало «разговор по душам». Стоит и его попробовать.

Просветлённо-оранжевый цвет напитка внушал надежду. Сдержанный вкус, приятное послевкусие. Неудивительно, что госпожа Джекси любила долгие беседы. Видимо и в данный момент, её вкус пришёл ему на помощь. Нейкхан сделала большой глоток, не допив до дня, задумчиво покрутила бокал в руке, облизнув губы. Она опустила взгляд, по щекам потекли слёзы.

Вот теперь вакуумная оболочка была повреждена.

С долей облегчения он сел в удобное кресло, смело налил себе и обновил бокал гостьи.

Она не тронула наполненный бокал, уголки губ слегка дёрнулись, когда она обратила внимание на его кар. Ангел точно знала, что это за голоизображение и откуда, и зачем оно тут. Воспоминания вызвали у неё улыбку, слёзы потекли с новой силой. Она поднесла дрожащую руку к лицу, смахнула воду с глаз, и прямо посмотрела на него. Вот теперь на него смотрела та самая Падме Наберри: прекрасная и страстная женщина, которая могла выступать в авангарде Сената, не растрепав причёски, а потом часами ходить по квартире пылая праведным гневом, и впоследствии уткнуться ему в грудь, обидевшись на всех, как маленькая. Женщина, которая могла взять бластер и отбить штурм своего дворца. Которая на хаттезе высказала Дуку всё, что думала, глядя прямо в глаза ситху, и вся охрана геонианцев не смогла его защитить. Она не боялась и сейчас. Как истинная набу, миролюбивая и спокойная, она была таковой только до тех пор, пока не трогали её личное и родное. В тёмных глазах пропал стальной блеск, прохлада живого камня проявилась в них, не потеряв своей прочности и величия.

— Почему ты мне не сказала? — это был единственный конструктивный и нейтральный вопрос, который крутился в его голове, посреди несвязных и истеричных слов. И в ответ на него он ждал удара.

И получил его:

— Когда?

Температура в её голосе могла сравниться, с температурой забортного вакуума, как и с её разрушительной мощью.

— Когда только узнала, — космос был его домом. Он давно привык к его бесконечному одиночеству.

— Милорд, а вы вспомните, где вы были полгода после нашего развода?

Он пригубил бокал в раздумьях: это было практически десять лет назад.

Где он был тогда?

Он всю Галактику вдоль и поперёк пролетел в поисках своего райского уголка.

Нет… тогда уже был Раизиль, и…

— Точно не вспомню, — прозрачно-оранжевая жидкость в бокале не помогла освежить память. — Вероятнее на Камино, может в столице или…

— В любой другой звёздной системы около Лабиринта Риши, системы Лоург или Кенворовского затмения, — она-то прекрасно помнила свой треугольник отчаянья, — и быть может, Милорд, вы припомните, что все эти сектора были в огне после Клонических распрей.

И не только эти сектора, тогда вся изученная Вселенная была в междоусобных войнах, покоя не было нигде.

— Ты могла об этом сообщить, — выпалил он. — Ситуация стабилизировалась спустя год.

— И каким же образом? — нейкхан изогнула бровь, пряча истерику в сарказме. — Часто вы почту с Корусанта принимаете, Милорд?

Сжав зубы, он проглотил такой же ядовитый ответ:

— Ты могла найти способ.

— И какой? — холод её тона обжигал хлеще раскалённой магмы. — Беременной лететь на дальние рубежи через горячие точки?

— Беременность тебе не помешала кинуться на Сидиуса! — не выдержал он, поднимаясь с кресла. Этой женщине он не мог простить всего несколько опрометчивых действий, и это было первое из них.

— Я на него не кидалась! — в ней прорвало плотину, захлестнув волной эмоций, от чего она соскочила и ударила по столу руками.

— А что ты там делала? — тихо, спокойно спросил он, нависая над ней. Его собственные руки также упирались в стол, его всего трясло, от бушующей злости, обиды, страха, от гаммы неописуемых и неразборчивых чувств.

Падме первая совладала с эмоциями, присаживаясь в кресло.

68
{"b":"545127","o":1}