ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Слова пронеслись в голове Варсавы тихим, но командным голосом. Он был готов ответить, но понял, что узник не услышит его сквозь шар цепей.

Ведомый желанием, которое он не мог объяснить, Варсава стер защитные символы с песка. Он почувствовал, как психическая мощь узника возрастает.

+Опусти подъемный механизм, брат+

Варсава ощутил как мускулы, подчинившись психической команде, автоматически начали выполнять ее. Десантник Хаоса принялся распутывать цепи.

Снаружи нарастал шум. Войска Нургла скоро отреагируют на ситуацию, если уже не сделали это. Варсава понимал, что у него оставалось мало времени.

+Да. У нас не так много времени. Последователи Нургла уже близко. Много. Целая волна+

Варсава рвал цепи металлическими пальцами. Кольца сыпались прямо под ноги плененного гиганта. Неосознанно с его уст сорвался крик триумфа: на цепях обнаружились следы порошка бледно-белого цвета, того самого пигмента, который использовали Кровавые Горгоны.

Он стер порошок с лица узника, под которым обнаружились большие глазные орбиты и высокий лоб. Кожа лица была полностью покрыта складками. В черных глазах вспыхнул огонь, словно разрушение защитных символов пробудило узника от долгого сна.

— Лорд Гаммадин, — вскрикнул Варсава, падая на колени.

— Поднимись, — произнес Гаммадин. Избранный чемпион, казалось, стал приходить в форму после своего заточения, а его разум вновь окреп. Цепи спали вниз, и под ними обнаружилось огромное, в пластинах, тело магистра Гаммадина.

Его плечи были огромны, а руки в два раза больше, чем у обычного десантника. Магистр Кровавых Горгон был похож на огромного могучего медведя. Варсава с трепетом взирал на своего господина.

— Это я, брат-кровник Варсава, — ответил Гаммадин спокойным тоном. — Опусти оружие.

Снаружи гул шагов нарастал. Количество противников возрастало с каждой секундой, однако, казалось, это мало беспокоит магистра Гаммадина. Медленно вздохнув, он покачал головой.

— Что ж, отделение «Бешеба» пало, как я понимаю. Я не чувствую их присутствия.

— Это так. Я несу бремя своего отделения.

— Это тяжелое бремя, Варсава. После позора на Говине другие отделения считают вас слабаками, — произнес Гаммадин.

Он не собирался унижать юного десантника-предателя, его тон был нейтрален.

Небольшой взрыв сотряс стены. Послышались крики и команды.

Варсава услышал воксы чумных десантников, по которым передавалась информация о координатах, а также отчеты о столкновениях.

Казалось, Гаммадина мало волновало происходящее вокруг. Он встряхнулся и расслабил руки.

— Как ты попал сюда?

— С помощью корабля. Я восстановил в памяти маршрут…

Слова Варсавы заглушились выстрелом, раздавшимся со стороны входа. Армированная клетка содрогнулась от болтерного снаряда. Пригнувшись, Варсава инстинктивно произвел два выстрела в ответ.

Неожиданно, Гаммадин на полной скорости помчался к врагу.

Казалось, что его невозможно остановить. Он применил столько силы, что понадобилось немного времени, чтобы слегка замедлиться. Магистр Кровавых Горгон был похож на беспощадную, грозную лавину.

Чумной десантник выстрелил в него. Те выстрелы, которые не пролетали мимо, Гаммадин принимал на свои наплечники. Осколки отскакивали от него, отлетая в разные стороны. Гаммадин был полностью облачен в силовую броню, так как она уже давно стала единым целым со своим носителем.

Даже Варсава не мог сказать, где заканчивается его доспех, и начинается плоть. Согласно тепловому видению Варсавы, Гаммадин представлял собой цельный блок из керамита с тепловыми показателями глубоко внутри. Информация на дисплее шлема говорила о том, что тело Гаммадина на семьдесят семь процентов состоит из металла. Даже стандартный «Носорог» имел лишь шестьдесят процентов металла в своей структуре.

Гаммадин взревел, и очередной снаряд превратился в порошок, соприкоснувшись с его толстой броней. В этот момент Варсава осознал, насколько может быть страшен его повелитель.

Тела были разбросаны повсюду. Гаммадин просто шел сквозь стены. Более мелкие снаряды барабанной дробью стучали по его броне. Неустрашимый, Гаммадин рукой проламывал стены, словно карточные домики. Казалось, он прибывал в каком-то подобии транса.

— Магистр Гаммадин, — позвал Варсава. — Я знаю маршрут побега через городские взлетные площадки.

Гаммадин с несокрушимой уверенностью пробил очередную стену.

— Иди, брат. Я последую за тобой.

Измена. Возможно, это было естественной чертой расы темных эльдар. Синдул просто не знал другого пути. Обман был для него своеобразной игрой. Это был бесконечная, непрекращающаяся головоломка, которую Синдул составлял у себя в голове, о чем бы он не думал. С точки зрения культуры, эльдар считали, что коварство являлось идеальным сочетанием культуры и интеллекта.

Тех, кто не укладывался в эту схему, назвали пен’шар’ул, что означало «ждущий смерти».

Синдул не считал себя таким. Он заранее спланировал акт измены, еще до того как они с Гумедом достигли «Жнеца». Корабль был пришвартован на открытой площадке, охраны нигде не было видно. Мимо них прошли отделения Гнилостной пехоты. Спеша куда-то, они едва обратили внимание на Синдула и его раба.

По подсчетам Синдула, Варсава должен был уже быть на свободе. Его мысли подтвердились, когда в ста метрах над ним раздался взрыв. Взглянув наверх, Синдул увидел клубы дыма, поднимавшегося из окон.

Синдул одарил его косым взглядом, изобразив подобие улыбки.

— Мы будем ждать, — мягко повторил Гумед. — Я не попадусь в твою ловушку дважды.

Вождь сделал шаг назад и направил лазружье на Синдула.

— Ужасно, — начал темный эльдар. Он ринулся вперед и лезвием отбил ствол ружья в сторону. Его левая рука метнулась к горлу Гумеда.

— В прошлый раз было сложнее, — прошипел темный эльдар. Он сделал шаг вперед и прижал Гумеда к фюзеляжу корабля. Двумя короткими и быстрыми ударами Синдул повредил голосовые связки Гумеда и блокировал легкие.

Изящно отвернувшись от своей жертвы, темный эльдар огляделся вокруг, ища других свидетелей. Но площадка была пуста.

Удовлетворенный, Синдул начал растирать щеку. Он приставил лезвие к лицу и сделал глубокий надрез. Резкая тупая боль чуть было не заставила его упасть.

Подобная травма повергла бы обычного человека в шок, но темные эльдар были короли боли. Его тело парализовало лишь на мгновение. На секунду боль стала нестерпимой, и он слегка пошатнулся, прежде чем снова восстановить равновесие. Он заглушил боль приливом адреналина.

Дрожа и сглатывая сгустки крови, Синдул поплелся к своему кораблю.

Город был огромным левиафаном с множеством незнакомых улочек. Обычный человек легко бы растерялся на такой местности, однако Варсава уверенно продвигался по городскому ландшафту. Огромные торговые центры, дороги и мезонины складывались в единую карту в его голове. Вспоминая путь, по которому его везли на каменной тележке, Варсава воспроизводил в своей голове пикты улочек, мостов и строений.

Мимо него просвистели выстрелы преследователей, но он не обратил на это внимания. Варсава ловко уворачивался в моменты, когда ему действительно грозила опасность. Он отстреливался, опустошая один боекомплект за другим. Городская стража и Гнилостная пехота скоро осознали, что решетчатые блоки не спасают от болтерных снарядов.

Автоматический прицел перескакивал с одной жертвы на другую. Болты, выпущенные из болтера Варсавы, доставали их везде: и на крепостных стенах и в укрытиях. Блоки превращались в пыль, а преследователи отходили все дальше и дальше.

Позади, из дыма, возник Гаммадин. Его голова была опущена, а рога направлены вперед.

— Я видел ее прежде, — произнес Варсава, показывая на каменную арку над мостовой.

Они свернули за угол и оказались на открытой площадке, окруженной колоннами. Несколько тел было разбросано вокруг флагштоков, среди них была и фигура в красной шука.

1095
{"b":"545139","o":1}