ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Да, мы друзья. И я советуюсь с тобой.

Убер кивнул.

— Иногда мне кажется, тебя даже не надо просить о совете.

— Кхм… — Собираясь походить йалем[27], он поднял вырезанную из кости фигурку и стал разглядывать ее. — Меня всегда занимал йаль, — сказал он. — Геральдическое животное, история возникновения которого, судя по всему, уходит во времена, предшествующие Великой Ереси. Но что он собой представляет? Остальные фигурки имеют четкие аналогии, связанные с историческими традициями и структурой Империума. Но йаль… Из всех фигур в регициде он единственный остается для меня загадкой…

— Ты снова делаешь это.

— Делаю — что?

— Тянешь время. Уходишь от разговора.

— Я?

— Ты.

— Прошу прощения.

Он поставил фигурку, взяв одного из моих «хищников» ходом, которого я никак не мог предсказать. Теперь мои солдаты оказались зажатыми в тиски.

— Ну?

— Что — ну?

— Что ты думаешь?

Он нахмурился.

— Йаль. Очень странно.

Я резко подался вперед и взял его йаля. Это был глупый поступок, но он привлек внимание Эмоса.

— Я о другом. Пассажир.

— Это демонхост.

— Да, верно, — выдохнул я чуть ли не с облегчением.

— Ты заточил его в теле Вервеука на Микволе.

— Именно так. Мне кажется, вы видели, как я сделал это.

— Я был контужен и измотан. Но… да. Я видел.

— И что ты об этом думаешь?

Он превратил гвардейца в регента и тем самым проник в левую зону на моей стороне доски. До конца игры оставалось не более полдюжины ходов.

— Я стараюсь не думать о том, чего тебе это стоило. И о том, что человек, за которым я следовал все эти годы, которому доверял, внезапно обрел способность выпустить, использовать и снова заточить демонхоста. Я стараюсь не думать о том, что, возможно, Бастиан Вервеук был жив, когда совершался ритуал пленения. Стараюсь убедить себя, что мой драгоценный инквизитор не пересек ту черту, за которой нет пути обратно.

— Шах и мат, — добавил он после некоторой паузы.

Я признал поражение на обеих досках и откинулся на спинку кресла.

— Извини, — сказал я.

— За что?

— За то, что впутываю тебя в это.

— Твои вопросы…

— Нет. Я не об этом. В ходе охоты за Квиксосом мне довелось прикоснуться к некоторым темным знаниям. Главным в них было умение управлять демоном. И мне не хотелось его применять. Но титан — это уж слишком. Нельзя было позволить ему уцелеть. А противопоставить ему я мог только темные знания.

— Я понимаю, Грегор. Честно. В этой беседе не было необходимости. Ты сделал то, что должен был сделать. Мы выжили… по крайней мере, большинство из нас. Хаос остановлен. Это наша работа, верно? Никто и не говорил, что будет легко. Иногда необходимо чем-то жертвовать, иначе воля Бога-Императора не будет выполнена.

Он наклонился вперед, и его аугметические глаза заблестели в свете камина.

— Начистоту, Грегор… Если бы я думал, что ты стал каким-то слабоумным радикалом, сидел бы я здесь, играя с тобой в регицид?

— Спасибо, Убер.

Эмос заставил меня понервничать сильнее, чем я ожидал. С другой стороны, Медея, к разговору с которой я долго готовился, тоже преподнесла сюрприз.

— Демонхост… что? Мне все равно.

— Тебя это не беспокоит?

— Ни капельки. Меня волновал только Туринг, и ты бросил против него все силы, какие только мог.

— Да, это так.

— Ну вот и хорошо.

Мы сидели в роскошных, заваленных подушками креслах на обзорной палубе «Милашки».

— О, я поняла. Ты боишься, что мы все решим, что ты стал психошизоеретиком? — нахмурившись, спросила она.

Под «всеми» она подразумевала мою команду.

— А вы так решили?

— Проклятие, нет! Расслабься, босс! Умей я делать то же, что и ты, я поступила бы точно так же! Уничтожила бы Туринга любым доступным способом!

— Я сделал этого не ради твоего отца, Медея, — вздохнул я.

— Что?

— И да и нет. Конечно же, мне хотелось отомстить за Мидаса, но демонхоста я выпустил только потому, что Туринг и его треклятый титан угрожали уничтожить не только нас.

— Ты имеешь в виду ту планету?

— И ту планету… и другие.

— Верно. — Она спокойно пригладила волосы, убрала с лица прядь и потянулась к выпивке.

— В чем дело?

— Ты хочешь сказать, что, если бы планета была вне опасности, ты не стал бы вызывать демонхоста?

— Нет. Я хочу, чтобы ты поняла. Мне хотелось уничтожить Туринга. Хотелось, чтобы он заплатил за смерть твоего отца. Но я не стал бы призывать Черубаэля только из чувства мести. Это было бы слишком мелочным и недальновидным поступком. И потом, я бы не смог оправдаться даже перед самим собой. Демона я выпустил потому, что Фэйд Туринг уже не был просто моим личным врагом. Он стал врагом Империума. Я обязан был остановить его и не видел другого способа. На мое решение не повлияли эмоции, оно не было принято в минуту слабости. Мое решение было трезвым и обдуманным.

— Да какая разница! Туринг уничтожен, верно? Он сгорел? И все остальное меня не волнует. Хотя тебе не кажется, что ты мне кое-что задолжал?

— Я?

— Ты поклялся. На своих тайнах. Что я буду там, когда…

— Ты была там!

— Нет! Я не принимала в этом участия и не заставила Туринга страдать. Так что ты задолжал мне. И я хочу узнать твою тайну. Сейчас.

— Какую тайну?

— На твой выбор. Но она должна быть самой темной из тех, какие у тебя есть. Раз уж ты сам поднял вопрос… о Черубаэле…

Вот так я и рассказал ей о демонхосте. Все. Я сделал это, чтобы соблюсти свою клятву. А еще, как мне теперь кажется, потому, что хотел излить кому-то душу, а Биквин рядом не оказалось. Тогда я даже не задумался над тем, к чему это может привести.

Да простит меня Бог-Император.

Я всегда любил Гудрун, бывший столичный мир Геликанского субсектора. В течение долгого времени моя главная резиденция располагалась на перенаселенном Трациане Примарис. Но только ради удобства. В конце концов, это нынешний столичный мир и именно здесь находится Дворец Инквизиции. Я стараюсь как можно реже бывать на Трациане, потому что эта планета угнетает меня.

После жутких событий, произошедших во время Священной Новены пятью десятилетиями ранее, я переместил свою основную резиденцию на более спокойную Гудрун. Возвращаясь туда, я, так или иначе, чувствовал себя в безопасности.

Мы распрощались со Стартисом и сгрузили свой багаж на частный челнок. Для Черубаэля я подготовил грузовой модуль, полностью покрыв его письменами и защитными знаками. На это ушло много часов. Затем я провел соответствующие обряды и заковал демонхоста внутри модуля, добавив заклятие, которое должно было принудить его к покорности. Безмолвные сервиторы погрузили демонхоста в челнок.

Мы начали спускаться к Гудрун.

Я разглядывал поверхность планеты в иллюминаторы пассажирского отсека. Необъятные зеленые просторы диких земель и лесов, синева морей, выстроенные в четком порядке древние города. Много лет здесь располагалась столица субсектора, пока раздутый гигант Трациан Примарис не присвоил себе эту роль. По опыту я знал, что зла и коррупции здесь гнездилось ничуть не меньше, чем в любом другом имперском мире. Но, при всех недостатках и пороках, Гудрун была воплощением жизни Империума, исключительным примером той культуры, охране которой я посвятил свою жизнь.

Спускаясь, мы сделали небольшой крюк. Я решил, что разумнее будет спрятать Черубаэля где-нибудь подальше от своей резиденции, хотя раньше держал его в тайной темнице, устроенной в глубоких подземельях. Если за событиями на Дюрере последуют официальные разбирательства, мое поместье может стать объектом всевозможных нежелательных проверок.

В свое время я тайно приобрел на Гудрун несколько построек. Они не были зарегистрированы на мое имя, поэтому их можно было использовать в качестве укрытий или для личного уединения. Одним из таких зданий стала полуразрушенная наблюдательная вышка в трехстах километрах к югу от моего поместья. В прошедшие годы я не раз убеждался в том, что это место весьма способствует размышлениям.

вернуться

27

Йаль — использующийся в европейской геральдике мифический зверь, с копытами и огромными закрученными рогами.

181
{"b":"545139","o":1}