ЛитМир - Электронная Библиотека

– Нет, стащить балалайку и горланить песни: «Я здесь, я Баба-яга, берите меня голыми руками», кстати, он действительно очень быстро разобрался и снял морок.

– И уж как умудрился? Ух, не зря ты его, наверное, себе выбрала. А вот насчет того, что берите голыми руками, это уж фигушки с маслом! Меня так просто не возьмешь! Я им всем такую кузькину мать могу устроить, что мало не покажется!

– Ты здесь не в Заповедном лесу, где каждый кустик тебе помогать готов, а на вражеской территории. А кузькину мать – это ты про шестьдесят четвертый год намекаешь?

– Нашла что вспомнить! Разок оплошала, так теперь триста лет будете энтим случаем в глаза тыкать? Да табе тогда еще и на свете не было! Сплоховала чуток, так попрекать-то зачем?

– Бабуля, ты же знаешь, как я тебя люблю, поэтому и волнуюсь. Когда постоянно живешь в Заповедном лесу, то начинаешь забывать об опасностях, появляется безалаберность и бесшабашность, а нам сейчас надо быть очень аккуратными и осторожными. Ты же лучше меня знаешь, от кого и зачем его надо охранять.

В этом месте сна я понял, что моей скромной персоне что-то угрожает, и стал внимательнее прислушиваться, как-то неприятно задели слова, что меня надо от кого-то охранять, причем так, чтобы не замечал.

– Знаю, не маленькая.

– Ты ведь понимаешь, что мне сейчас некого больше попросить. Иначе ни за что не стала бы тебя из избушки в город вытаскивать, поэтому давай-ка не позволим супостатам воспользоваться нашими ошибками.

– Эх, правильно ты все говоришь, Василисушка. Как есть правильно. Я постараюсь.

Услышав это имя, я встрепенулся: Василиса, опять она мне снится, чтобы не проснуться и дослушать сон до конца, замер, стараясь не пропустить ни слова. Наступила небольшая пауза, какое-то время слышались только легкий стук посуды и звуки льющейся воды, потом опять раздался трескучий голос:

– Вася, я тут табе, это, принесла кой-чего – подарочек к свадьбе.

– Опять? Убери, даже видеть не хочу! Я тебе еще вчера сказала, что не собираюсь читать эту писанину. Не бу-ду!

– Зря ты так строжишься. Это же, почитай, главный научный труд моей жизни!

– Когда пишешь на тему, которой не знаешь, то получаются одни небылицы и выдумки, а никак не научная работа.

– Это я-то не знаю? – обиделась Баба-яга. – Перед тобой трактат об отношениях мужчины и женщины. А уж в этом я разбираюсь о-го-го как!

– Бабушка, ты же сама говорила, что последние отношения у тебя случились с драгуном в конце девятнадцатого века!

– Не с драгуном, а с гусаром, здесь огромная разница! К ним разный подход надобен! И энто все здесь описано, подробно, как есть!

– В том-то и дело, что сейчас двадцать первый век и таких родов войск не осталось в помине, да и человеческие отношения за два столетия кардинально поменялись.

– Зря ты так! Многие солидные издания готовы заплатить большие деньги за то, чтобы получить право на публикацию моего трактата!

– Бабуль, забери эти сказочки для прыщавых юнцов – они мне не нужны. Я хочу все проходить сама, так, как я считаю нужным.

– Вот во всем ты такая: я сама, я сама. Ладно, заболталась я тута с тобой. Пойду твое порученьице выполнять. Ух, и задала ты мне задачку! – В голосе Яги появилась гордость. – Да уж! Как самое сложное и запутанное, то только я. А если не я, то кто тады? Ладно, проводи меня.

Послышались шаги по коридору, хлопнула входная дверь. Вздрогнув от звука, я понял, что уже минут двадцать не сплю, а просто лежу и слушаю. Сердце у меня бешено заколотилось, значит, весь разговор – реальность, а не сон, и то, что вчера случилось со мной, тоже происходило на самом деле? Не в силах сдержать волнение, я вскочил и бросился на кухню.

Там царил просто колдовской запах обеда: на плите стояла кастрюля с борщом, а в духовке что-то запекалось – по запаху явно мясное! Все вокруг сияло чистотой и порядком. Нельзя сказать, что у меня грязная кухня, но чувствовалось, что мебель не новая, полотенчики застиранные, кастрюли чуть подкопченые, а тут все просто блестело! «Настоящее колдовство», – подумал я! На столе лежал тяжеленный фолиант в кожаном переплете с тисненной золотом надписью: «Женсчина. Жизнь дамы среди подлых самцов», такая красивая обложка и столь грубейшая опечатка. Наверное, Баба-яга забыла свой «научный труд», подумал я и взял том в руки. Весил этот талмуд килограмма три, не меньше. Открыл первую страницу и прочитал: «Мужчины – злобные и мстительные существа. Они добивающиеся своего господства над нами, дамами. Но есть много способов, позволяющих окрутить и обуздать мерзких паразитов, чтобы использовать их в своих целях». Дальше прочитать не успел: тяжеленный том вдруг легко взмыл из моих рук вверх, захлопнулся и лег обратно на стол, а за спиной я услышал голос Василисы:

– Не советую, после прочтения гарантировано расстройство психики и устойчивая ненависть ко всем представителям противоположного пола.

Я повернулся и заключил свою жену в объятия:

– Василисушка, ты все-таки не сон, а реальность!

Она рассмеялась:

– Когда ты про лопату и печь думал, то показался мне гораздо сдержаннее! Ладно, отпускай меня, пора обедать, я голодная, да и ты тоже, а еще надо много чего тебе рассказать и кое-какие меры защиты принять. Не испугался, не передумал?

– Нет, и передумывать не собираюсь. Вот только ты мне объясни: волшебник – это обычный человек или какой-то особенный?

– Обычный, только прошедший посвящение. Все, садись за стол, если не собираешься уморить меня голодом!

Борщ оказался просто изумительный. Вкуснее этого я ел разве что печеное мясо быка с чесноком, но это случилось в избушке, в Заповедном лесу, там все дышало тайной и волшебством, но Василиса не дала мне развить тему про кулинарную магию:

– Давай-ка я тебе попробую рассказать самое основное, ты постарайся меня не перебивать, а вопросы задашь потом, идет?

Я моментально согласился и подналег на обед, а Василиса начала свой рассказ:

– Магическое сообщество живет совсем по другим законам и правилам. Все волшебники объединены в кланы, между которыми существуют очень непростые взаимоотношения, да и моральные нормы у нас сильно отличаются от общепринятых. Хоть многие волшебники и живут среди людей, но когда начинаются колдовские разборки, то человеческие нормы отбрасываются. Тут все быстро не расскажешь, например, существует целый кодекс, как правильно вызвать на дуэль и что считается благородным, а что подлым.

– Значит, между волшебниками идет война? – не удержался я. – И вообще, откуда такое нерусское словечко – клан, ведь оно больше Шотландии подходит?

– Слово еще во времена Петра Первого к нам пришло и прижилось, а войны между волшебниками сейчас нет, но существует постоянное противоборство. Есть кланы сильные и агрессивные, таких немного. Зато полно мелких, которые сидят на своем единственном артефакте и занимаются в основном сплетнями и слухами. Вот, попробуй, эти пирожки баба Вера специально тебе принесла – очень вкусные!

Я попробовал – пирожок оказался действительно восхитительным. Мясная начинка острая и сочная, почти как в чебуреке. Только у бабы-Вериных пирожков тесто оказалось дрожжевое: пышное, нежное и диетическое.

– А противоборство тоже, как в жизни, из-за денег и власти?

– Некоторые кланы любят деньги и занимаются стяжательством, но гораздо важнее артефакты, тайные знания и магические места.

Василиса убрала пустые тарелки из-под борща, достала из духовки и отрезала нам по огромному куску мяса, запеченного в фольге. Я попробовал и зажмурился от удовольствия: сегодня у меня выдался настоящий праздник – сидеть за столом с моей прекрасной Василисой и есть такую вкуснятину!

– А какие магические места ты имеешь в виду?

– Их много. Нашему клану издревле принадлежит Заповедный лес – очень мощный и своенравный артефакт. Есть и другие: пещеры, горы, озера, например водоем, в котором мать купала маленького Ахилла, держа его за пяточку.

7
{"b":"545157","o":1}