ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

"Я спокоен..." - продолжал я, чувствуя, как против моей воли сжимаются кулаки.

Я не выдержал и снова нервно заходил по маленькой комнатенке. В порыве эмоций пнул кровать-лист так, что он свернулся в трубочку с обиженным шелестом. Мне вдруг стало стыдно, и я придержал его, расправил: "Извини, ты не виноват, конечно".

Сказать Марте? Бред. Так она, видный ученый, и послушает сопливого пацана. А может просто попробовать самому выяснить, что произошло, и предотвратить это? Ведь не было никаких предпосылок к такой катастрофе, что-то ведь произошло из ряда вон выходящее!

Что, что мне делать?

Мысли пошли по второму кругу, прямо как белки в колесе. Я чувствовал себя затянутым в сильнейший круговорот, который медленно, но верно тянет меня к своему центру. И я не мог, ну совершенно никак не мог что-то с этим поделать. Как же мне хотелось домой...

Я промаялся так довольно долго, никак не мог успокоиться. Это была, наверное, самая длинная и беспокойная ночь в моей жизни.

****

Утром я проснулся от окрика Марты. Лагерь уже давно бодрствовал, но ни людской шум, ни яркий солнечный свет не смогли меня разбудить.

- Приключенец! - раздался строгий голос Марты из-за двери, - Выходи, бездельник, и не вздумай закрываться от меня!

Ну да, пока меня не видишь, мыслеречь совершенно бессмысленна, она просто будет уходить в никуда, как будто я все пропускаю мимо ушей. Мне спросонья эта мысль почему-то показалась забавной. Я разулыбался. Правда, ненадолго - события вчерашнего дня вспомнились быстро.

Марте надоело стоять под дверью, и она просто вошла, я даже встать с кровати не успел. Судя по ее лицу, она собиралась прочитать мне длинную и поучительную нотацию, но увидев меня, она почему-то передумала. Какая-то тревога промелькнула в ее глазах.

- Ты как себя чувствуешь? - спросила она.

Хорошо, что я спал одетым, а то сейчас мне было бы совсем неловко. А так, поднимаясь с мягкого листа-кровати, я, хоть и отвел глаза, но вполне спокойно ответил:

- Да нормально... - все-таки я боюсь незнакомых людей.

- Твоя аура...

- Я не специально! Не знаю почему так. Это уже давно.

Я сбивчиво оправдывался, словно натворил какую-то пакость.

- Хм... Интересно, - тон ее снова стал строгим, - Тогда давай бегом на завтрак, и до обеда ты поступаешь в распоряжение Стэна.

Да, это не улыбчивая и веселая Лил, и не вечно хмурый и отрешенный Грег. Серьезная женщина, никогда таких раньше не встречал.

Марта, серьезно глядя на меня, кивнула на дверь. Во мне росло желание, рассказать ей все что знаю, но этот взгляд разом лишил меня всей смелости. Я кивнул, потупился, и шагнул за дверь. Марта шла следом.

Вчера мне не было дел до разглядывания лагеря, я весь ушел в себя. Так что сейчас я знакомился с ним как в первый раз.

Мы шли по узкой тропинке, хаотично петлявшей между домиками светлого дерева. Сделанные в едином стиле, они отличались лишь размером. Некоторые были совсем маленькие, вроде моего, а другие могли вместить в себя и десять человек. Странно, но лагерь совершенно не оправдывал звание "Научного". Он больше походил на аккуратную средневековую деревеньку из учебников по истории для восьмилетних детей.

Вовсю светило Солнце, так что мне пришлось прикрыть глаза рукой. Было несколько жарковато, хотя и дул порывистый прохладный ветерок. Под его дыханием вовсю шелестел листьями лес и его голос причудливо переплетался с людским гомоном, который слышался впереди нас.

Мы дошли до местной "площади" - большой поляны со всех сторон окруженной разнокалиберными домиками.

И здесь людей было много. Они деловито и целеустремленно сновали туда-сюда по многочисленной сети тропинок. Для меня эта людская толпа сливались в одну сплошную и суетливую цветную массу, которая, казалось, исподволь за мной поглядывает.

Стало неуютнее. Вспомнилась площадь проклятой Выставки, и мне сильно захотелось обратно в домик. Но сзади подпирала Марта, так что мне ничего не оставалось, кроме как взять себя руки и идти по ее указке.

Мы шли по вытоптанной траве, среди снующих туда-сюда людей, с которыми я старался не встречаться взглядом. Многие приветствовали Марту, перебрасывались с ней короткими фразами и шли дальше по своим утренним делам. Я заметил, как на меня иногда бросают косые взгляды. Кто-то с интересом, кто-то с недоумением... Черт...

И вдруг, среди неразберихи взрослых голосов, раздался чей-то звонкий смех. Меня тут же что-то чувствительно ударило по ноге, и я остановился, как вкопанный. Машинально глянул вниз - это был футбольный мяч. Все чувства мгновенно исчезли. Я подобрал этот мяч и с какой-то затаенной надеждой посмотрел вбок.

Метрах в десяти от меня стоял светловолосый мальчуган лет семи. Его лицо светилось ослепительной улыбкой.

- Ну ты чего такой кислый? - прокричал мне он, и рассмеялся тем же звонким и заливистым смехом, - Давай пас!

Моя надежда разбилась вдребезги. Душа ухнула в пятки. Я неуверенно улыбнулся ему и кинул мяч в его сторону. Паренек тут же подхватил его мыслью.

- Так нечестно! Ты пользуешься руками! - немного обижено воскликнул он и запустил мячом в Марту.

Она его ловить не стала, а сразу отбила куда-то вправо поверх идущих людей. Они полет мяча полностью проигнорировали, зато, когда мяч упал, с той стороны раздались оголтелые радостные крики детей.

По моей спине будто пропустили электрический ток. Дети... В Лагере есть дети...

- Дерек, я тебе говорю уже второй раз, начинайте свои игры, когда все разойдутся на работу.

- Мы случайно, тетя Марта, это все Олав!

И мальчишка, не дожидаясь продолжения, сразу убежал. Марта сначала неодобрительно поджала губы на такое, а потом усмехнулась:

- И весь этот бедлам в мою смену... Комитет, видите ли, решил, что школьникам полезно бывать на реальном научном производстве. Наш лагерь сочли для них вполне безопасным местом и занесли в список. И теперь это место на месяц превратилось в черт знает что. Хорошо, что после обеда у них появится работа, а то... боюсь от Лагеря ничего бы не осталось.

Она слегка улыбнулась, но глянув на меня, тут же нахмурилась.

- Все-таки отсутствие твоей ауры это что-то ненормальное... - пробормотала она и уже громче сказала, - Завтра покажу тебя одному специалисту, он наверняка заинтересуется тобой.

Я стоял не шелохнувшись.

- Артур! Что с тобой?

Я всем телом развернулся к Марте.

- Извините, я могу помочь какой-либо партии, отправляющейся в пещеры? - спросил я ее и сам испугался своей решимости.

А Марта секунду смотрела на меня, а потом сказала через мыслеречь:

- Здесь не курорт, парень. И не музей. Чем ты сможешь там помочь, не имея нормального образования?

- Понимаете, я... - вся решимость куда-то улетучилась.

- Мне не 12 лет, и я уже не наивная девочка. Через мыслеречь отвечай, - нахмурилась Марта.

Я понял, что мне надо рассказать ей все. Поверит, не поверит... Но все знают, что через мыслеречь соврать нельзя.

Неожиданно для себя самого, я решился. Прикрыв глаза, я начал собирать мыслеобраз, по кусочкам вкладывая в него все свои мысли и чувства... Опасение того, что мы играем с силами, которых не понимаем, страхи о том, что произойдет, если мы хоть чуть-чуть ошибёмся. Я убрал всякое упоминание о будущем, и высказал идею о псиазах, и в конце добавил, что умею видеть пси-поле и долго, почти всю жизнь, его изучал.

Зелено-оранжевая молния моего мыслеобраза ушла Марте, и та даже захлопала глазами, переваривая весь мой клубок мыслей и чувств.

- Похоже специалист нужен тебе уже сегодня... - прошептала она.

Ни черта не смешно.

- Ты псих, парень, и много на себя берешь. Но твоя способность... Редкая, очень редкая штука. Ты знаешь, я даже затребовала сюда Видящего, но они все нарасхват, и еще месяц он сюда не прибудет. Так что... Я подумаю. А свои теории оставь лучше при себе. Мы тут не в бирюльки играем.

23
{"b":"545225","o":1}