ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Весь пол стал скользким от каких-то жидкостей, стекавших со стен и отвратительно вонявших, с потолка свисали, как флаги, ошметки какой-то плоти, а в трещины то и дело проваливались то нога, то крыло, а то все тело ступавших разведчиков. То тут, то там еще можно было встретить каких-то живых тварей, питавшихся разлагающимся телом дерева, которое они обслуживали. По дороге раптор и Праф по привычке смахивали со стен паразитов, рвали их на кусочки и бросали на пол позади себя.

Наконец, они добрались до помещения, где дерево хранило знания, полученные от предков, родственников и гостей. Как только они зашли в пещеру, по ней пробежала судорога, заставившая затрястись все стены и переместиться несколько полусгнивших тел. Двое разведчиков быстро приблизились к стене, где висело вроде бы еще живое существо, и принялась изучать то место, куда входил кабель. Один из них держал что-то маленькое и блестящее.

– Ты знаешь природу этого существа? – уточнил Праф.

– Нет, – признался Оген, посмотрев на висевшее тело. – То есть не совсем. Выглядит как-то очень знакомо. Наверное, я видел его на экране или еще где-то. Но я не знаю, что это.

– Но это точно не из ваших?

– Конечно, нет! Посмотри сам. Он гораздо больше, глазищи, как у собаки, и совсем другая голова! Мне кажется… м-м-м… я и сам не своего сорта, ну, изначально, если ты понимаешь, о чем я. – Оген обернулся к Прафу, раскрывшему рот от таких речей. – Но самое главное отличие – это, естественно, эта конечность… Кажется, это называется экстранога или экстраступня. Ну, она такая же, как и те, что растут нормально, но только вот в середине… Видишь? Сдается мне, что когда-то и тут было две полноценные ноги, но они как-то смутировали, и вот, пожалуйста…

– Так ты не знаешь, кто это?

– Хм-м-м, пожалуй, нет. Извини. Нет, не знаю.

– А как ты думаешь, если мы сможем сделать так, что оно заговорит, ты сможешь с ним объясниться?

– Что?

– Да оно не мертвое! Подсоединено, конечно, к мозгу Сансемина, который мертв, но все-таки само существо еще пока живо. Если мы сумеем отсоединить его от мозга покойника, тогда оно, может, и заговорит. Словом, если все получится, ты сможешь понять, что оно говорит?

– О! Хм… Сомневаюсь.

– Вот несчастье! – Праф помолчал минутку. – Но все-таки надо постараться отсоединить его, и чем быстрее, тем лучше. И для существа, и для нас, у которых останется меньше шансов взлететь на воздух вместе с Сансемином.

– Да ты что!? – Всплеснул руками Оген. – Так и не раздумывай больше! Давай, отсоединяй скорей! И бегом отсюда! Я хотел сказать, побыстрее отсоединяй!

– Сейчас, – важно ответил Праф и стал грозно наскакивать на двух рапторов, возившихся у стены. Те что-то пищали и издавали странный клекот. Но вдруг они бросили работу. Возникло какое-то недоразумение.

Стены пещеры снова затрясло, пол под ногами заходил ходуном, так что Огену пришлось растопырить руки, чтобы сохранить равновесие. Во рту у него подозрительно пересохло. Откуда-то явственно потянуло теплым воздухом, от которого подозрительно пахло метаном. Этот запах мгновенно перебил вонь гниющего мяса, но Огена стало теперь подташнивать уже от страха. Кожа похолодела и стала липкой.

– Пожалуйста, пойдем, – прошептал он.

Оба раптора делали что-то с обеих сторон безжизненного тела исследуемого экспоната, копались и суетились. Вдруг по существу волной прошла дрожь, и оно подняло голову. Потом слегка зашевелило челюстью и открыло глаза, оказавшиеся огромными и черными. В следующее мгновение существо поглядело на рапторов с обеих сторон, на разбросанные по пещере останки и медленно перевело взгляд на Прафа и Огена Цлепа. И тогда произнесло что-то на языке, явно Огеном доселе не слышанном.

– Эта форма речи тебе неизвестна? – засуетился Праф под умирающим взглядом отчаянных черных глаз.

– Нет. Эти звуки, боюсь, ничего мне не говорят. Но, прошу тебя, нельзя ли все же как-нибудь побыстрей выбраться отсюда?

– Вы… вы… – прошептало существо на стене на марианском, но с сильным акцентом. – Помогите, – прохрипело оно и уставилось своими пронзительными глазами на Огена, который даже попятился под этим взглядом.

– Ч-ч-что? – пролепетал он.

– Прошу… Цивилизация… Агент… – Существо говорило, явно преодолевая боль. – Заговор. Убийство. Необходимость. Не хватает слов. Прошу. Помогите. Очень срочно. Прошу. Необходимо…

Оген попытался ответить, но не смог. В воздухе, задувавшем в пещеру, все отчетливей слышался запах чего-то горелого.

Праф едва не упал от третьего содрогания, потрясшего пещеру, и все никак не мог отвести глаз от висевшего существа.

– Ну, это ты понимаешь? – спросил он, наконец. Оген только молча кивнул в ответ.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ПАМЯТЬ О БЕГЕ

Фигура возникла, казалось, из ничего, просто из воздуха. Чтобы заметить это медленное падение пыли в радиусе километра на зеленые травяные поля, требовалось иметь более чем естественные чувства восприятия. Все стало проясняться гораздо позже, когда странный ветер вдруг взвихрился, поднял траву на широкой равнине и произвел то, что казалось медленно вращавшимся пылевым облаком – дьяволом, тихо оседавшим из воздуха. Затем, постепенно сгущаясь, темнея и ускоряя движение, облако вдруг исчезло, оставив после себя фигуру, напоминавшую рослую и грациозную челгрианку из касты Данных, одетую в одежду для загородных работ.

И первое, что сделала женщина, оказавшись на земле, это присела на корточки и стала прямо пальцами выкапывать землю из-под травы. Ее когти работали неутомимо, выбрасывая комочки земли, и наконец у нее в ладони оказалась целая горсть перемешанной с травой почвы. Челгрианка поднесла ее к широкому темному носу и принюхалась.

Она явно чего-то ждала. Судя по всему, делать ей здесь было особенно нечего, и потому она тяжелым взглядом обвела окрестность, втягивая воздух раздувающимися ноздрями.

Самые разнообразные запахи наполняли атмосферу. Естественно, более всего благоухала трава, но к ней то и дело примешивался тяжелый дух земли, и свежий – воздуха и ветра.

Еще через некоторое время женщина подняла голову, позволяя ветерку шевелить шерсть на ее голове, и снова присмотрелась к окружающему пейзажу. Все вокруг было идеально простым – по щиколотку во всех направлениях подымалась трава. Где-то на северо-востоке, у гор Ксисселай, собирались облака, на остальном же небе царила аквамариновая ясность. Вокруг было хорошо. Солнце стояло уже на южной половине, на севере показывали свои лица обе луны, а на восточном горизонте мерцала дневная звезда.

Какая-то часть сознания челгрианки считывала всю эту льющуюся с неба информацию и определяла данные: местоположение и время, а также направление, куда она теперь почти неотрывно смотрела. Но все это происходило так, словно совершенно не зависело от нее, ощущаясь лишь как будто посторонний в прихожей деликатно сигналящем о своем прибытии легким постукиванием или кашлем. Неожиданно женщина увидела, как через все небо протягивается бесконечная цепочка бесконечных сателлитов, а за ними несется несколько суборбитальных транспортных судов, которые даже вполне можно распознать.

Вскоре женщина увидела и два пятна на восточном горизонте, на которые и обратила теперь немигающий взгляд черных глаз. Сердце ее забилось часто и гулко, и земля просыпалась из разжавшейся ладони.

Пятна оказались птицами, пролетавшими в нескольких сотнях метров от нее.

Челгрианка успокоилась.

Птицы кружились, глядя друг на друга и бешено махая крыльями. Все это казалось какой-то наполовину борьбой, наполовину игрой. В мозгу женщины отрешенно проносилась информация о научном и расхожем названии этих птиц, об их способах питания и размножения, о привычках и пристрастиях и еще бог знает о чем. Птицы присели на траву, и до нее отчетливо доносились их голоса. Женщина знала, что они звучат именно так, как должны, хотя раньше никогда их не слышала.

Возможно, эти птицы лишь казались такими безопасными и невинными, а на самом деле являлись самыми настоящими реальными или мутированными животными, а то и вовсе не имели ничего общего с биологическими видами. В любом случае, они оставались частью системы надзора. Однако делать по-прежнему было нечего – надо было ждать.

37
{"b":"5466","o":1}