ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ИСПЫТАНИЕ СВЕТОМ

Солнце, клонившееся к закату, сияло в километровом просвете между горами и тучами.

Циллер вышел из ванной, отфыркиваясь и вытираясь. Нахмурившись, он уставился на Терсоно и выразил еще большее недовольство, увидев рядом с ним Кэйба с аватаром:

– Всем привет. Я не иду. Что еще?

Композитор упал на широкий диван и вытянулся, с наслаждением растирая шерсть на животе.

– Я взял на себя смелость просить господина посла и Хаба прибыть сюда, чтобы помочь мне в последней попытке, – важно заявил Терсоно. – Еще есть время успеть в зал Штульен и…

– Дрон, я не собираюсь вникать в твои расчеты – все очень и очень просто, – усмехнулся Циллер. – Если он идет, – я не иду. И наоборот. Дисплей, пожалуйста, зал Штульен.

На стене вспыхнул голографический экран, на котором во всевозможных ракурсах высвечивался гигантский концертный зал, различные группы людей, болтающих и смеющихся. Звука не было. Репетиция заканчивалась, и многие гуляли по фойе. Дрон быстро завертелся, оборачиваясь то к аватару, то к Кэйбу. Но оба молчали, и Терсоно пришлось говорить самому:

– Циллер, прошу вас!

– Терсоно, ты мешаешь мне смотреть.

– Кэйб, может быть, вы с ним поговорите!?

– Конечно, – Кэйб наклонил свою массивную голову: – Циллер, ну как же так?

– Вот так, Кэйб.

– Я думал, что вы все-таки…

– Честно признаться, я немного устал. Этим утром я охотился на джанмандресилов, и один из них сбросил меня весьма неприятным образом.

– Но вы, по крайней мере, не ранены?

– Пустяки, царапины.

– Значит, вам не понравилось такое занятие?

– Можно считать, что так, но вообще…

– И вы никому не порекомендуете этого?

– Уж вам-то точно не порекомендую. Если вы прыгнете на шею джанмандресилу, то рискуете сломать ему шею.

– Вероятно, вы правы, – поперхнулся Кэйб и почесал в задумчивости подбородок. – Хм… Джанмандресилы Кюсселя, они ведь водятся только в…

– Да остановитесь же вы! – взвизгнул дрон, и его аура вспыхнула белым гневом.

Кэйб, моргая, повернулся к нему и развел руками, уронив при этом подсвечник:

– Но вы же попросили поговорить с ним!

– Но не о том, как он занимается каким-то идиотским псевдоспортом! Я имел в виду поговорить о концерте! О том, чтобы он сам дирижировал симфонией!

– Во-первых, такой спорт далеко не идиотский. Я проскакал на этом гиганте приличное расстояние.

– Всего шестьдесят два метра, и вообще – прыжок неудачный, – отрезал дрон, имитируя голосом человеческое презрение. – Это вообще не прыжок! Вы просто свалились на бедное животное. Случись это на соревнованиях, вас бы запросто вынесли с поля!

– И все же я не собираюсь…

– Вы просто все время выхваляетесь и кичитесь собой! – заорал дрон. – А тот, кто прятался там, в кустах у реки, был Марел Помайхекер, папарацци, журналист горячих точек и партизанской войны! Смотрите! – Дрон подлетел к экрану и завозился в углу. Появилось изображение Циллера, пригнувшегося к ветке в джунглях.

– Вот дерьмо! – выругался Циллер. Камера перешла на огромное пурпурное животное, пробиравшееся внизу. – Вырубите это, – приказал он, и изображение исчезло. Циллер оглядел всю троицу, и шерсть у него на лбу поднялась дыбом: – Я решительно объявляю, что никуда не пойду, ясно? – саркастически глянул он на Терсоно.

– Но ведь стоит вам только захотеть, Циллер! – заныл дрон. – Никого не волнует, что утром вы грохнулись с этого тупого животного!

Циллер еще раз бросил взгляд на аватара и хомомдана и на мгновение прикрыл глаза.

– Терсоно просил меня помочь ему уговорить вас, – тихо произнес Кэйб. – Но я полагаю, ничто из мною сказанного не изменит вашего решения.

Циллер кивнул.

– Если идет он, я остаюсь. – Он посмотрел на старинный будильник, стоявший на наборном столике у окна. – Есть еще немногим более часа. – Композитор вольготно растянулся на диване, заложив руки за голову, а потом начал демонстративно растирать плечо. – Да и к тому же я сомневаюсь, что смогу сегодня нормально дирижировать. Вероятно, растяжение. – Он снова улегся: – Надо полагать, наш майор уже одевается?

– Он уже одет, – ответил аватар. – Они уже в пути.

– В пути? – переспросил Циллер.

– Отправился в зал, сейчас он в машине и заказывает спиртное.

Циллер просиял и выдохнул:

– Ха!

Квилан сидел в большой наполовину пустой машине. Впрочем, по местным стандартам, машина считалась заполненной. В ее дальнем конце, за вышитыми занавесками и живыми растениями, слышался молодой смех и крики. Иногда раздавался одинокий взрослый голос, пытавшийся призвать всех к порядку.

Вот из-за растений выглянуло детское лицо, повертелось и собиралось уже убраться восвояси, как увидело Квилана. Глаза ребенка широко распахнулись, и он пробрался прямо к майору. Черные волосы растрепались и прилипли к мокрому от пота бледном лбу.

– Привет, – весьма уверенно и свободно произнесло дитя. – Вы Циллер?

– Нет, меня зовут Квилан.

– Джелдри Чойз, – ответил ребенок и протянул руку. – Как дела?

– Отлично. А у тебя?

– Вы едете на фестиваль?

– Нет, на концерт.

– Ах, на этот, в зале Штульен?

– Да. А ты? Ты разве не едешь на концерт?

– Нет, – фыркнуло дитя. – Нас тут много, мы гоняем по всей орбите на этой машине до тех пор, пока нам не надоест. Квем хочет объехать ее как минимум трижды, потому что Ксидди уже объехала два раза вместе со своим кузеном. Но я думаю, что двух раз все-таки хватит.

– А зачем вам это путешествие? Джелдри с удивлением воззрился на Квилана.

– Просто для смеху. – Ребенку это казалось вполне достаточным объяснением. Из-за занавесей снова послышался смех.

– Отчего такой шум? – поинтересовался Квилан.

– Мы боремся, а до этого соревновались, кто громче пукнет.

– Слава богу, что я пропустил такое развлечение.

Из-за портьер снова раздался взрыв смеха.

– Я лучше вернусь, – заявил Джелдри. – Приятно было познакомиться. Надеюсь, концерт вам понравится.

– Благодарю и до свиданья.

Мальчик бегом помчался обратно. Смех и визги усилились.

– Я знаю.

– Что ты знаешь?

– Могу отгадать, о чем ты думаешь.

– Можешь ли?

– Что они, возможно, окажутся в подземке, когда сломается Хаб.

– И неужели я действительно думал об этом?

– Об этом думал я. Это почти одно и то же.

– Что ж, благодарю.

– Прости.

– Мы все виноваты, Хайлер.

Путешествие майора заняло чуть больше времени, чем обычно, поскольку на подъездах к Штульену скопилось очень много народа и машин. В лифте Квилану пришлось раскланиваться с какими-то людьми, узнавшими его, благодаря передачам новостей, в которых он, так или иначе, мелькал. Он даже увидел, что некоторые при встрече с ним нахмурились, вероятно, зная, что его присутствие лишает их присутствия Циллера за дирижерским пультом. Квилан добрался до своего места и сел, рассматривая абстрактную живопись на стенах, но затем, выйдя на поверхность, решил пройтись вокруг и осмотреться, пока есть время.

Зал еще не заполнился – люди предпочитали пока прогуливаться под сенью мощных прямоствольных мощных деревьев. На вечернем небе горели мягкие огни, льющие мерцающий золотой свет. В воздухе стоял запах еды, и люди ломились в кафе и рестораны, во множестве разбросанные по обеим сторонам прогулочной эспланады, в конце которой и высился Штульен, закрывая собой полнеба.

– Майор Квилан! – крикнул, приближаясь к нему, высокий красивый человек в ярком пиджаке. – Чонгон Лиссер, – представился он, протягивая руку, которую Квилану оставалось только пожать. – «Новости, последние новости отовсюду».

– Как дела? – механически спросил Квилан, не замедляя шага, а высокий человек заходил чуть спереди и сбоку, чтобы постоянно смотреть ему в лицо.

– Отлично, майор, чего и вам желаю. Майор, скажите, это правда, что Махрай Циллер, автор сегодняшней симфонии, которая прозвучит сейчас здесь, в Штульене, заявил, что если на концерте будете вы, то его не будет?

71
{"b":"5466","o":1}