ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Вкусный кусочек счастья. Дневник толстой девочки, которая мечтала похудеть
Девушка, которая искала чужую тень
Ледяная земля
Рыцарь страха и упрека
Наследница Вещего Олега
Дурная кровь
Не время умирать
Зови меня Шинигами
Рецепт счастливой жизни
A
A

Затем по многофункциональному кабелю, проложенному в стенах и переборках, пробежал импульс энергии. Аварийные огни ослепительно вспыхнули все разом – и так же разом погасли. Внутренняя камера установила структуральный луч и начала сканирование.

Уже? Неужели так быстро?

Тем не менее, затаившийся во тьме дрон чувствовал, что бой окончен. По инструкции он должен был дождаться конца атаки. Если агрессору удастся сломить сопротивление и проникнуть на корабль, тогда дрон обязан начать действовать. Прежде, чем кто-либо из нападающих сумеет понять, что, собственно, происходит, он должен успеть выполнить свою задачу… И это возможно, особенно в тех случаях, когда атака внезапна, сокрушительна и удачна. Всегда наступает какой-то момент, после которого понятно, что бой проигран, и в рукаве больше не осталось тузов – ни блистательного тактического плана, ни какой-либо военной хитрости. Сейчас этот момент наступил.

Удар был нанесен чертовски подготовленным, сильным противником; любое сопротивление после такой атаки было бы просто смехотворно. Корабль эленчей был захвачен почти мгновенно – с легкостью и определенным изяществом.

Спокойно, уговаривал себя дрон. Оцени ситуацию со стороны: твое положение и возможности. Ты предупрежден, ты занял оборону, ты укрепился, ты недоступен. Ты сделаешь все, чтобы выжить, то есть сохраниться в том виде, в каком ты находишься сейчас. Есть план – есть результат. Есть цель – есть выход. Играй свою роль с максимальным мастерством и мужеством, и о тебе не подумают дурно те, кто, быть может, выживет.

Множество тысячелетий эленчи охотно изучали любой вид технологий, любые артефакты бесчисленных цивилизаций своей галактики и сверхдальнего космоса. И всегда их целью было перенять, а не захватить, приспособиться, а не разрушить. Они вели себя как хамелеоны космоса: легко меняясь снаружи, они сохраняли внутреннюю сущность.

Они знали много, гораздо больше, чем кто-либо во всей галактике, единственным их серьезным конкурентом оставались разве что всемогущие эмиссары Культуры, Секция Контакта, полувоенная организация с далеко идущими целями освоения галактики. В ближнем и дальнем космосе хватало миров для изучения и установления контакта, и пространство буквально кишело исследовательскими кораблями, в том числе и кораблями эленчей. И, конечно, всегда существовала опасность столкнуться с чем-то совершенно не изученным и враждебным.

Холодно и бесстрастно, оценив положение, в котором он оказался, – насколько было вообще возможно – рассуждать холодно и бесстрастно в эти несколько секунд между атакой и захватом, – дрон успокоился. Он был готов решительно ко всему – не просто машина, а воплощение высочайших технологий своей цивилизации, одновременно их квинтэссенция и надежный страж. Сейчас он затаился, искусственный и мертвый, железка, тупой неодушевленный предмет. Самые хитроумные инструменты захватчика не смогут проникнуть в его мозг. Он способен выжить в самых невообразимых условиях, стерпеть любые пытки, сохраняя целостность на всех стадиях разрушения. Он остался последним защитником корабля, своего дома, своего творца. Корабля, который за несколько минут был выведен из строя, захвачен и осквернен неизвестным агрессором.

Переместитель, думал он. Единственное, что мне надо сделать – добраться до Перемещающего Кокона…

Он почувствовал, как к нему подбирается крошечное пятнышко луча сканирования. Луч исходил из зоны, где размещалось самое уязвимое место корабля – ИИ-сердечник. Это означало, что медлить нельзя. Орудия считывания памяти и разрушения электронного супермозга уже нацеливались на него, намереваясь получить информацию о захваченном корабле.

Дрон молниеносно переписал свою индивидуальность на запасной ИИ-сердечник, создавая файл копирования персонализации. Его личность, все ее наиболее важные концепты, понятия, программы и инструкции, трансформировалась сперва в электронные нано-цепи, затем в атомомеханический субстрат и, наконец, – в миниатюрный (хотя, конечно, несколько кубических сантиметров – это настоящее расточительство) полубиологический мозг. То, что было его настоящим сознанием и одновременно являлось мозгом корабля, было теперь отчуждено от носителя. Опустошенный мозг дрона превратился в нечто призрачное, в маломощный пучок нейтрино.

Сжавшись в капсулу, которой руководило теперь это отчужденное сознание, дрон проник в стену, а затем – через шлюз в пространство трюма. Ускоряясь, он двигался вдоль коридоров, чувствуя, как вслед за ним неотступно мчится жадный глаз сканирующей камеры: настигнуть, остановить, уничтожить. Радиация захлестнула его, обволакивая, зондируя, проникая… Навстречу ему распахнулся еще один люк, из него что-то вырвалось – слепящее и обжигающее. Это, не выдержав избытка энергии, лопнул силовой кабель. Сознание в микрокапсуле рванулось вверх, разряд прошел мимо, оставив оплавленную дыру в стене. Вкручиваясь, точно бурав, дрон проник в еле видимое повреждение в обшивке, затаился и выставил сенсорное поле, проверяя, нет ли вокруг опасности.

Это был один из основных поперечно-осевых коридоров, достаточно длинный для разгона. В атмосфере, пригодной для человеческого дыхания, капсула мгновенно достигла скорости звука: когда аварийный люк захлопнулся за ней, пространство коридора осталось уже позади.

Но здесь на дрона неожиданно напали.

Из нижнего люка, куда уходила вертикальная труба сквозного лаза, выстрелил скафандр. Он ударился о стенку, смялся, срикошетил и полетел по коридору навстречу капсуле. Мозг в сотые доли секунды просканировал скафандр и, убедившись, что тот пуст, прошел его насквозь, разрезав пополам. Его нелепые половины тотчас отнесло в разные стороны. Они прижались к полу и потолку коридора, словно останки лопнувшего воздушного шара.

Выпустив вокруг тела радужный ореол поля, мозг подогнал его размеры по диаметру трубы, из которой его только что атаковала пустая оболочка. На поршне сжатого воздуха он проехал вниз почти до конца трубы, вышел в следующий коридор и вновь набрал ускорение.

Посреди коридора лежала человеческая фигура в скафандре. Судя по шипению воздуха и миганию аварийных огней, помещение было явно разгерметизировано. Обычно во всех отсеках корабля поддерживались давление и химический состав атмосферы, пригодные для биологической жизни. Но его, дрона, это не касалось.

Продвигаясь дальше по коридору, он заметил, что из воздушного шлюза струится дым. Так вот откуда исходил тот залах гари, который уловили его сенсоры! Дым стал гуще, внезапно вспыхнуло пламя – и раскаленная смесь газов вырвалась из трубы. Дрону это не могло повредить, но сильно замедлило продвижение.

Мозг тщательно сканировал человека и его скафандр. Он хорошо знал этого члена экипажа, они прослужили вместе на корабле пять лет. Скафандр не был вооружен, системы остались целы и функционировали нормально, но, вне сомнения, уже подчинялись захватчику: человек находился в бессознательном состоянии после того, как внутреннее медицинское обеспечение скафандра впрыснуло ему сильную дозу наркотика. Почуяв приближение дрона, скафандр поднял руку. Для человека это был очень быстрый жест, но мозгу дрона он показался вялым и безжизненным.

Дрон слишком поздно понял, что в него выстрелили – видимо, все-таки где-то на скафандре оставалось оружие, не воспринимаемое сенсорам дрона. Ни сманеврировать, ни заблокировать системы нападающего собственным контроллером не было ни малейшей возможности. Укрыться тоже было негде, а густая пелена дыма не позволяла определить, в каком направлении следует развить сверхскорость. Но в момент выстрела инерционное поле корабля дрогнуло вновь, сила его воздействия увеличилась вдвое и тотчас снова стала прежней, – оружие в руках человека взорвалось и разнесло на части скафандр вместе с его содержимым.

На втором рывке капсула со стуком прикрепилась к потолку, окружив себя защитным полем.

Взрыв разворотил обшивку корабля и впечатал капсулу в потолок коридора. Удар оказался такой силы, что коническое поле вокруг капсулы сплющилось в диск.

4
{"b":"5467","o":1}