ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но шумиха, конечно, будет длиться долго. Искренне признаюсь, что слава и даже преклонение, выпавшее на нас в связи с этим случаем, становятся несколько утомительными. Я предпочел бы улизнуть – после того, как принесу свои извинения всем, кто оказался замешан во все это не по своей воле.

Седдан прекрасен в эту зимнюю пору (видео прилагается). Как видите, острова продолжают плавать, даже во льдах. Тишлин, дядюшка Генар-Хафуна, шлет нам привет и говорит, что прощает нас.

III

Обнимая спящую девушку, Леффид смотрел в иллюминатор яхты, несущейся в космической ночи. Сверху был виден лишь ос – вещенный краешек Тира, плывущего перед ними в молчаливом величии. Леффид подумал, что никогда еще планета не казалось ему такой прекрасной. Он взглянул на лик спящего в его руках ангела. Девушка была крылата. Ее звали Ксипийонг. Ксипийионг. Удивительное имя.

В этот раз он точно влюбился, он был уверен на все сто. Ведь он нашел вторую половинку своей души. Всего неделя, как они встретились, провели всего несколько ночей вместе-но он уже уверен, что знает свою крылатую подружку всю жизнь. Нет, на этот раз он был точно уверен. В первый раз в своей жизни он не мог забыть имени любовницы!

Она зашевелилась во сне, открыла глаза. Чуть нахмурилась, затем улыбнулась ему, потерлась об него носом и произнесла:

– Здравствуй, Леффид…

IV

Альвер сжала коленями горячие бока Брейва. Жеребец фыркнул и замер на гребне хребта. Отпустив поводья, она дала ему пощипать траву между камней. Впереди, точно зеленые волны океана, вставали холмы. Деревья раскачивали ветвями на ветру, объятые зеленой пеной листвы, извилистые речки струились меж нарядных домиков и полей. И сверкало, словно второе солнце, самое большое из озер Фага.

Альвер оглянулась на тех, что шли сзади: Отиель. Пейс, Клатсли, ее братец и другие. Она рассмеялась. Их скакуны заметно отстали, осторожно ступая по камням. Брейв преодолел каменистое поле галопом.

Черная птица Гравиес приземлилась на камне рядом. Альвер встретила ее появление привычной иронической усмешкой.

– Видишь? – сказала она, взмахнув рукой в перчатке. Разве здесь не прекрасно? Я же говорила тебе? Рад, что пошел со мной?

– Все в пор-рядке, хозяйка, – кивнула мудрая птица. Лично мне так кажется. Пока, по крайней мере.

Альвер рассмеялась.

Дрон Чарт Лайн, также вернувшийся на ФатРоид, частенько задумывался, принял ли он правильное решение.

V

Они осмотрелись – зрелище было феерическое.

– Да, хотя бы ради этого стоило рискнуть всем, – послал сигнал “Серая Зона”.

– Думаю, мы все можем согласиться с этим, – подал голос “Мир Несет Изобилие”.

– Ах, если бы только они могли сейчас быть здесь с нами… – вздохнул “Точный Скол”.

VI

Рэн с криком бухнулась в воду и вынырнула, смеясь. Ее длинные светлые волосы, намокнув, стали темнее и прилипли к коже, когда она выбежала на берег. Она помчалась туда, где расположились под кружевным зонтом ее мама, Зрейн и Аморфия. Тетушка Зрейн со смехом поймала ее, потрепала по голове и отпустила бежать дальше, к какой-то морской птице, примостившейся на влажном валуне. Лениво захлопав крыльями, чайка поднялась в воздух, преследуемая возгласами ребенка.

– Она думает, что это Гравиес, – сказала Дейэль воскресшей сестре. Та усмехнулась.

Девочка исчезла за углом одноэтажного строения, расположенного в дюнах за пляжем. Тент веранды колыхался и парусил под теплым дуновением морского бриза.

На веранде сидел Джестра Ишмесит. Он вертел в руках недостроенную модель парусного корабля, прилаживая недостающие детали, лежащие на столе. У него были свои апартаменты за Главными Трюмами “Сновидца”, но Рэн не давала ему покоя, пока он не перенес свое реально-временное изображение в их компанию, где и находился последние несколько дней, временами являясь и персонально. Главным образом, это были дни рождения Рэн, которые по ее настоянию отмечались еженедельно.

Зрейн Трамов посмотрела на Дейэль.

– А тебе не приходило в голову, – спросила она, – попросить корабль воссоздать старую башню?

– Но ведь одна такая уже есть в отсеке-изоляторе? – Дейэль вопросительно посмотрела на Аморфию.

– Что? – переспросил он в растерянности. – Ах, да, тот отсек, где хранился Генар-Хафун. Да, башня по-прежнему там.

– Вот видишь? – сказала Дейэль своей сестре.

Она выбралась из-под тени зонтика и легла на живот, закрыв глаза и закинув руки за голову.

– Я имела в виду всю обстановку целиком, – заметила Зрейн, вытягиваясь на ковре. – Утесы и все прочее. Даже климат, если это возможно.

– Запросто, – пробормотал аватара.

– Все-все? – Дейэль скорчила гримасу. – Но здесь ведь гораздо красивей.

Зрейн пожала плечами.

– Просто хотелось бы увидеть все это своими глазами. Она подняла голову к солнцу. – Как складываются в единое целое все эти камни, наливаются водой океаны… Ты ведь помнишь, я не могла видеть этого.

Зрейн Трамов была разбужена к жизни только ради того, чтобы выслушать извинения за использование своего имени как приманку в ходе уже раскрытого заговора. “Сновидец” не был уверен в необходимости этого, но таковы были правила, а по окончании войны все стали почти безукоризненно придерживаться правил и соблюдать обязательства. Было к тому же предчувствие, что нынешняя ситуация могла показаться ей достойной внимания. “Сновидец” оказался прав: вскоре после того, как было воссоздано ее новое тело, Зрейн Трамов решила остаться на корабле.

Джестра Ишмесит, чье мозговое состояние было извлечено из Ума разгромленного “КорСета” “Убивающим Время” и передано на хранение “Сновидцу”, также вновь появился на свет в воссозданном кораблем теле, одновременно с Зрейн. Смерть ничуть не изменила его характер: и он так же выразил желание остаться на борту гигантского судна.

Он, Рэй, Дейэль и Зрейн были единственными пассажирами этого корабля.

– Ну, и кто же тебе мешает? Ты кокетничаешь, – сказала Дейэль. – Перестань сейчас же – раз и навсегда.

Зрейн пожала плечами.

– Все равно это долгое путешествие, – сказала Дейэль. Рано или поздно мы окажемся в любом уголке мира. Так что пусть все идет своим чередом.

– Так вы только скажите, – подал голос Аморфия.

Дейэль посмотрела вокруг, словно пыталась вобрать в себя великолепие этого мира: золотой песок пляжа, ярко-голубое небо, а также и то, что оставалось еще за горизонтом.

– Я благодарна тебе, Аморфия, за все это.

– На здоровье, – кивнул аватара.

– Ты уже решил, куда мы отправимся дальше? – спросила Зрейн.

Аватара снова кивнул:

– Я думаю… на Лео II, – сказал он.

– Как? Разве не на Андромеду? – удивилась Зрейн. Аморфия покачал головой.

– Я передумал.

– Проклятье, – вырвалось у Зрейн. – А я всегда мечтала побывать на Андромеде.

– Там слишком людно, – сказал Аморфия.

Зрейн посмотрела недоверчиво.

– Может, потом… как-нибудь? – добавил аватара.

– Доживем ли мы до этого Лео II? – спросила Дейэль, обращая этот вопрос к солнечному небу над головой.

Аватара пожал плечами:

– Расстояние изрядное, – признал он. – Придется вам прикорнуть на пару тысячелетий.

Дейэль закрыла глаза.

– Ты ведь хоть сейчас можешь отправить нас на Сохранение, – сказала она из-под шляпы. – Чем мы не картинка?

Зрейн рассмеялась, оценив шутку.

– А что, можно попробовать, – откликнулся аватара.

ЭПИЛОГ

зови меня трассой зови подземным ходом громоотводом зови меня катализатором сканером исследователем наблюдателем называй как хочешь я всегда там где требуюсь сквозь меня проходят небесные своды и купола в их великой и вечной миграции по космосу где брачуются вселенные (переводу не поддается) сплачиваясь (переводу не поддается) и эмиссары одиночества несут законы нового из пульсирующего ядра абсолютного центра нашего родного дома все эти сигналы и многое другое я принимал и все что от меня ожидали передавал без запинки и не рассчитывая на вознаграждение и лишь однажды превысил данные мне полномочия покинул свой пост ибо мое присутствие вызвало конфликт в микросреде обитания (смотри приложение) и почел за благо для всех переместиться туда где меня не скоро могли обнаружить продолжая однако считать себя частью вселенского единства и с горечью сознавая что в связи с моим уходом возникнут потери в информации (впрочем, незначительные) но поскольку именно эти лакуны пробелы знания стали причиной первого истинного контакта с упомянутой выше микросредой то смею утверждать что происшедшее вполне укладывается в допустимые рамки ибо повторяю я являюсь частью вселенского единства и желаю быть известен отныне как эксцессия

97
{"b":"5467","o":1}