ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Послушайте, – быстро перебил Карлос, прерывая процесс изучения себя этим страшным созданием. Оно трогало его, лапало, гладило кожу ледяной ладонью... лизало, будто пробуя вкус соли на коже. – Я ни хрена не понимаю, что тут творится, но...

Скрежещущий смех отдался по залу. Существа вокруг стола уставились на Карлоса и в унисон качнули головами.

– Господин председатель, – сказал один. – Замечание по регламенту. Он новичок, но время никак не терпит.

Председатель усмехнулся:

– Совершенно верно. Мои извинения собранию... но уже так давно никто не приходил сюда сверху.

Лысые головы за столом согласно склонились, блеснув мощными клыками зловещих улыбок. Все подняли кубки и глотнули темную, густую, рубиновую жидкость. Карлос втянул в себя воздух, ощутив прилив голода от запаха свежей крови.

– Мы – древняя раса, – произнес председатель, оглядывая своих коллег. – Наш Совет создан, чтобы обеспечить мир и порядок, и наше царство самое сильное среди всех царств ада. – Он медленно выдохнул, не торопясь продолжать. – Наши методы тонки и не травматичны. Наш укус чист – только две точечные ранки, действенно осушающие тело человека. Чтобы не вызывать лишнего беспокойства. Соблюдать тонкость. Мы не оставляем ни следа, ни запаха. Мы высокоразвиты, мы овладели телепатией, и редко нам приходится прибегать к грубой силе. – Председатель вздохнул, лицо его стало почти философическим. – Мы сливаемся с миром людей, мы избавляем его от наиболее неприятных персонажей и тем совершаем жизненно необходимую службу.

Карлос мог только смотреть и слушать. Каким образом убийство невинных людей может быть службой? У него не было слов. Сотни вопросов теснились в голове, но пока у находящегося перед ним существа было мирное настроение, он не осмеливался шевельнуть мускулом или задать вопрос. Однако по мере того, как создание говорило, растерянность Карлоса проходила, чувства обострялись.

– Хорошо, – усмехнулся председатель. – Вы начинаете адаптироваться, и давайте тогда не тратить слов на тему о преходящих достоинствах человеческой жизни. – Он вытянул руку в сторону сидящей группы. – Позвольте мне представить вам наших парламентариев. Сенатор Влакк, советник, когда-то член ближнего круга римского Цезаря. Он занимается нашими контрактами и деловыми переговорами с людьми в мировом масштабе, но встретил серьезные трудности с клерикальной инвазией... хотя мы приветствовали его инфильтрацию в католическую церковь Северной Америки. Педофилия. Совершенно гениальный ход. Создал такой хаос... почти как в старые дни инквизиции, советник.

Тот, на кого показал председатель, улыбнулся и самодовольно откинулся в кресле.

– Благодарю, господин председатель. Скоро я снова найду себе силы в Ватикане. Я терпелив.

– Отлично, – протянул председатель и снова посмотрел на Карлоса. – Член совета Ху работает с другими деликатными аспектами власти там, наверху... он минимизирует свет в темных секторах инь и ян – в его руках Азия и Тихоокеанский регион. Остальные, – он показал костлявой рукой, скрюченным пальцем, – специализируются на войнах, голоде, болезнях и людских вожделениях на всех континентах.

Вся группа улыбнулась в ответ на представление председателя.

– Вы слишком добры, господин председатель, – произнес один.

– Но наш Темный Властелин с огромным интересом наблюдает за ходом ваших усилий по разрушению Храма Рождества в Иерусалиме. И мы внимательно следим за вашими успехами.

Старейший в черной шляпе клал руку на плечо каждого, проходя вокруг стола.

– Член Совета от Европы и Африки, который руководил трансатлантической работорговлей и завоеванием Америки.

Не могу не похвалить ваши последние войны в Руанде и Боснии. А, да, и современные буйные эпидемии в бедных развивающихся странах, у которых нет ресурсов для борьбы с ними. Выдающаяся работа. Но, как вы видите, за нашим столом есть пустое кресло, и это означает сектор, уязвимый для мира. Неиспорченные девственные территории в самой нашей сердцевине мы себе позволить не можем – это неприемлемый экологический риск.

Председатель остановился и посмотрел на Карлоса пригвождающим к месту взглядом.

– Как видите, у нас есть член семьи на каждом континенте. Все докладывают одному из членов Совета. Все стараются сохранять хаос человечества в полной силе, потому мы и остаемся необнаруженными. До сих пор все было в равновесии. – Председатель улыбнулся Карлосу: – У вас вопрос? – Он медленно закрыл глаза и открыл их снова. – Вам дается позволение заговорить.

Карлос огляделся, кивнул, но продолжал молчать. Страх начал постепенно отступать, давая место осознанию. Его пригласили не на бойню. Явно существовала проблема "наверху", как они это называли, и сейчас его призвали на Совет даже выше того, что был в лесу. Иначе почему он здесь и все еще жив?

Инстинкты свернулись пружиной, готовые прыгнуть при первой возможности начать торг за свою безопасность, если не долголетие. Выживание – категория императивная. Надо будет создать альянс – только так и делаются дела. А он – самый молодой из молодых и приведен к ногам сильнейших.

Готовясь задать вопрос, Карлос заставил голос звучать уверенно, глаза – оглядеть всю группу. Он смотрел на выражения лиц, язык тел, все их реакции, еще ничего не говоря. Он слышал их речи. Он подметил, как они общаются друг с другом. Как в суде, приходится быстро усваивать лексикон. И уж точно проявлять почтение.

– Таким образом, я здесь, поскольку у вас есть для меня предложение, как вы заявили при моем появлении, достопочтенные члены Совета?

Карлос дураком не был. И не собирался погибать только из-за того, что не сумел проявить уважение. Он сказал себе, что следует играть спокойно и узнать, чего они хотят. Поэтому он ждал.

Председатель осклабился, сунул костистый искривленный палец в кубок, поболтал содержимое, вытащил и облизал.

– Мне нравится его стиль. Он быстро обучается. Сумел показать Совету требуемую степень подчинения. Утончен, не то что наш дикарь. Перед нами человек, который умеет ловить возможность и жаждет власти. Но следует отдать должное тому, кому оно следует, – все же он предложил душу за власть и таким образом может отдать Дьяволу то, что должен. Интересно.

– Он рвется вперед, – вполголоса заметил советник. – Нетерпение может быть для нас и благом, и злом.

Председатель кивнул.

– У нас есть одна забота, господин Ривера, – сказал он тихо и ровно. – Как я уже говорил, наш мир весьма упорядочен – равновесие доверия и продуманной агрессии. Двадцать лет назад – миг по сравнению с вечностью – один из наиболее одаренных членов нашего Совета стал дикарем.

– Он поймал священника и обратил его, – проворчал злобно один из членов совета.

– Да, – спокойно согласился председатель. – Нам не дозволено убивать клириков, поскольку они понимают, как и мы, что это еще не конец. Убийство одного из них лишь добавляет душу на их сторону духовного уравнения. Я бы даже сказал, что убивать их глупо, поскольку они только становятся сильнее в духе, и потому мы всячески стараемся избегать подобных жертв. Но обратить одного из них, не соблазнив его сперва, как оно следует, в нашем мире считается ересью. Обращение клирика требует, чтобы этот человек сдался добровольно, отдал свое спасение за одно из вожделений вроде власти, денег, славы, иного телесного желания, должным образом загрязнив свою душу. А послать его душу сюда лишь в результате укуса постфактум – это значит привлечь батальоны ангельского воинства. Наш раскольник не соблазнил намеченную жертву, он обездвижил клирика и укусил, но жертва не отдала душу по собственной воле. Это не был добровольный обмен. Как я уже говорил, мы придерживаемся весьма утонченной тактики.

– Не говоря уже о том, что этот одичавший уничтожил возможность и чуть не вверг наш народ снова в эпоху кровной мести, – прошипел советник.

– Это могло вызвать хаос, и потому мы обрекли его коридору непреходящей муки – где он не мог питаться, – сказал кто-то еще.

49
{"b":"5468","o":1}