ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ты хочешь сказать, что мастер-вампир заглянул к нам на огонек и поцеловал нашу девочку? – Райдер хлопнул себя по голове и отошел в сторону. – Марлен, вообще-то, так и говорила, но нас что-то взяло сомнение. Если он мастер, дело принимает интересный оборот.

– Но ведь он ее не укусил? – Марлен поглядела на своих взволнованных подопечных. – И никого из нас тоже?

Рыцарь покачал головой:

– Когда он пал, а потом возродился сильным, мы решили: власть Тьмы над сердцем Риверы слишком велика. Но потом мы узнали, что Совет вампиров попрал высший закон, чтобы этого добиться. В их рядах произошел раскол по философским вопросам, они начали воевать друг против друга. Среди них больше нет согласия, и у сил Света появилась возможность проникнуть туда, где до сих пор властвовала лишь Тьма.

– О'кей. Получается, его таким сделал Совет? И...

– Слушай, Дамали, – перебил Райдер. – Я просто в шоке. Значит, у них еще и Совет есть... И сенаторы, и прочее дерьмо?

– Заткнись, Гонщик, – вмешался Шабазз. – Или не выражайся. И вообще, дай человеку договорить.

– Поскольку закон был нарушен, – продолжал тамплиер, – для восстановления равновесия мы получили три дня – против трех украденных ночей. В момент смерти Карлоса ангелы из небесного воинства организовали атаку и похитили его душу. Теперь она, как мы говорили, находится в Чистилище. Совет Вампиров ищет ее по всем кругам Ада, но не может найти и очень этим обеспокоен. Душа Карлоса Риверы представляет особую ценность для обеих сторон. Он – закоренелый грешник, его душа стоит ста чистых душ. А для вампиров он – единственный шанс добраться до тебя. Кроме того, он войдет в состав Совета и получит территорию, которую занимал Нюит.

– А что случится, если он ошибется в выборе? – сдавленным шепотом спросила Дамали, почти боясь услышать ответ.

– Этот человек ходит по грани, – рыцарь провел кончиком меча линию на полу. – Он может уйти дальше во тьму, в пропасть адских кругов и принять предложение Совета вампиров. Он может присоединиться к вампирам-отщепенцам, которых Нюит называет Миньоном. Тогда с его помощью Нюит осуществит свои планы – обратить во время концерта двести пятьдесят тысяч человек. И они оба станут ходящими днем. Но Карлос Ривера может присоединиться к нам... хотя мы не можем обещать ему ни жизнь, ни вознесение, пока не пройдет срок искупления, – он посмотрел на Дамали. – Но ты смогла обеспечить нам большое преимущество. Когда поцелуй не завершается укусом, он действует как наркотик.

– Что?.. – Дамали подошла к рыцарю вплотную и положила руку ему на плечо. – Я не совсем понимаю... и эти... ходящие днем?

– Сейчас Карлос Ривера ставит на карту очень многое. Предложение адских кругов – сильный соблазн. Нам трудно предложить что-то взамен, чтобы уравновесить ставки. Но ты действительно поразила его в самое сердце. Ты вооружена тремя орудиями Света. Твоя мать, Хранительница-пророчица, объяснит это тебе – в меру своей осведомленности. Она же раскроет тебе планы темных кругов, как только ее дар снова обретет силу.

Рыцарь сделал шаг назад и опустил глаза.

– Но хоть что-то, в конце концов... – взгляд Дамали блуждал по лицам людей, собравшихся в оружейной. Ее терзало нетерпение. – Просто мне надоело. Все эти ожидания непонятно чего, все время непонятно к чему готовиться... Я не могу ждать другого момента.

– Вот эти орудия, – голос рыцаря стал звучным и напряженным. – Вера – вера в то, что человек может измениться. Ты веришь, что он лучше, чем кажется – что он может стать лучше, – и это пронзает его сознание.

Рыцарь поднял руку и загнул один палец, ведя счет.

– Затем надежда – то, что однажды поможет человеку увидеть свои возможности и встать на правильную дорогу. Как и ты, он надеется, что у него есть шанс завоевать тебя. И ты тоже на это надеешься. Это очень мощное оружие против сил Тьмы, – рыцарь негромко вздохнул, твердо и пристально глядя в глаза Дамали. – И наконец, ты пронзила этого мужчину мечом истины, окованным любовью, и этот меч вошел прямо ему в сердце.

Он снова сделал шаг назад и поднял свой меч, как указку.

– Ты облачена в духовную броню, юная Нетеру. Твой боевой пояс – правда, кираса – добродетель, шлем – Божье спасение, щит – вера, поножи – благая весть о мире, к которому ты призываешь со сцены, а в твоей руке меч высшей Истины, откованный из слова Божьего. Когда Ривера приблизился к тебе, ты не была безоружна, потому ты и одолела все темное, что было в нем. Может быть, только на миг, но иначе ты бы здесь не стояла. Мужайся и не теряй веры!

Следя за острием его меча, Дамали безмолвно осматривала свое тело. Молчали и Хранители, они были глубоко потрясены. Тамплиер и мусульманин вновь преклонили перед ней колени. Дамали встретилась взглядом с рыцарем в голубых одеждах. На нее возложена такая ответственность, а она еще так молода.

– Будущее за молодыми, – произнес рыцарь. – Да, это может напугать. Но молодые всегда шли первыми. С возрастом человек слепнет и уже не видит дороги. Жанна Д'Арк была совсем девочкой...

– Не самый лучший пример, дружище, – торопливо перебил Райдер. – Знаешь, это все равно как приглашать на увеселительную прогулку, расписывая ее как поездку в Ад. Если помнишь, сага о Жанне начиналась великолепно, а вот конец получился весьма печальным. Понял, к чему я клоню?

– Чего вы хотите? Что я должна сделать?

Дамали уставилась на верстак. Сила, власть, доверие... она не знала, как назвать то, что снова оживало в ней.

– Это твой выбор, и мы не можем обещать тебе какого-то определенного исхода. Мы не можем отвечать и за выбор Риверы. Но – веди нас. Клянемся, что мы последуем за тобой... да, даже в Ад и обратно. Каждый из нас, каждый из двенадцати, будет сопровождать тебя и твоих людей во время этой миссии. Каждый, кто исполнен истинной веры, будет с тобой, связанный незримой нитью. Ваша цель высока, миссия сопряжена с риском. Но мы пойдем, куда прикажешь. Закоренелый грешник, вставший на истинный путь, равен святому.

Дамали кивнула.

– Карлос может передать меня любой стороне, если захочет власти... жажда власти всегда была его слабостью. Я прекрасно понимаю, что она может его ослепить.

Хранители поддержали ее кивками. Марлен подошла ближе и встала рядом с Шабаззом.

– Я больше его не боюсь... – Дамали осмотрела свою команду. – И себя тоже. Никто никогда больше не вгонит меня в состояние, из которого я только что вылезла. Я не собираюсь раскисать, я не хочу сломаться из-за собственных переживаний. Я сделала выбор в пользу света и всегда буду выбирать свет. Я люблю Карлоса... но ради своей семьи или своей цели превращу его в пыль. Это выше его.

Она смолкла и отодвинула кучу оружия, освобождая верстак.

– Я выдержу. Так что... полезем в утробу зверя. Или погибнем, пытаясь это сделать.

– Думаю, она исцелилась, – спокойно сказала Марлен.

– Будем надеяться, – согласился Шабазз, потирая подбородок.

Дамали оглядела свою команду, потом перевела взгляд на рыцарей Ковенанта.

– Джентльмены, вы когда-нибудь участвовали в концертах?

– Приплыли, – присвистнул Райдер. Он покосился на Хранителей, потом на тамплиера, на мусульманина. Когда те покачали головами, Райдер нашел себе металлическую табуретку и плюхнулся на нее.

– Мы придем всей командой, – объявила Дамали. – Я хочу, чтобы рыцари прикрывали нам фланги из коридоров, но им придется еще и выйти на сцену, чтобы обеспечить поддержку.

Она выдержала паузу, дождавшись, пока гости кивнут в знак согласия, и продолжала:

– Джей Эл, мне нужны новые "пушки". Ну, или вообще придумай что-нибудь со светом. Дэн, Большой Майк, Шабазз – поработаете над новым сценическим образом. Я хочу отыграть этакую примадонну: пусть думают, что я влюблена в себя по самое некуда, и приступают к своему плану. А еще я перепишу сценарии и вставлю песню, которую мы не заявляли. Райдер, настрой свой топор, он должен звучать глухо: бум, бум. Остальные – изобразите что-нибудь соответствующее: жесткая перкуссия, сильная линия басов... и украсим все это колокольчиками и бубенчиками. Они хотят конец света – они его получат. Это должна быть совершенно сногсшибательная музыка. А я возьму на себя публику. Времени у нас в обрез, а сделать надо очень много... например, ввести новых людей.

52
{"b":"5469","o":1}