ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

За очень короткое время Гудгалф наэлектризовал весь город, организовав в этой сонной столице обучение народного ополчения. Командуя людскими ресурсами Минас Трони, волшебник лично составлял карточки рационирования, планы строительства укреплений, прибыльные оборонные контракты, которые сам же и выполнял. Сперва раздавался ропот против столь необычной власти Гудгалфа. Но затем над городом повисла черная туча. Это, а также несколько необъяснимых взрывов в редакциях оппозиционных газет, утихомирило «этих проклятых изоляционистов», как их окрестил Гудгалф в одном из широко опубликованных интервью. Вскоре ходоки из восточных провинций принесли весть о том, что орды нарков атаковали и разгромили пограничную заставу в Омигошгокли. Двудорцы поняли, что скоро псы Сорхеда будут обнюхивать манжеты их брюк.

Мокси и Пепси нервничали, сидя в комнате для посетителей дворцовой конторы Гудгалфа. Их ножки болтались в воздухе, на фут не доставая до плюшевого ковра на полу. Хотя они и гордились своими новенькими мундирами – Гудгалф назначил эту парочку полковниками Двудорской милиции – болотники очень редко видели волшебника, а доходившие до них слухи о нарках сильно их нервировали.

– Ну, можно мы сейчас к нему пройдем? – хныкал Пепси.

– Мы так долго ждали, – вторил саму Мокси. Фигуристая эльфиня-секретарша индифферентно шевельнула грудями в облегающей блузке.

– Прошу извинить, – сказала она в восьмой раз за это утро. – Но волшебник все еще проводит совещание.

Колокольчик на ее столе зазвенел и, прежде чем она успела прикрыть динамик, болотники услышали голос Гудгалфа:

– Они уже ушли?

Эльфиня покраснела, когда болотники рванулись мимо нее в кабинет Гудгалфа.

Там они обнаружили волшебника, сидящего с толстой сигарой в зубах и с двумя крашеными блондинками-сильфидами на его костлявых коленях. Он недовольно посмотрел на Пепси и Мокси.

– Вы что, не видите, что я занят? – выпалил он. – У меня совещание. Очень важное.

Он сделал вид, что собирается совещаться дальше.

– Ох, какой ты скорый, – сказал Пепси.

– Да, скорый, – подчеркнул Мокси, подсаживаясь к блюдцу с черной икрой на письменном столе Гудгалфа.

Гудгалф глубоко вздохнул и предложил томным сильфидам удалиться.

– Ладно, ладно, – заставляя себя звучать дружелюбнее, сказал Гудгалф. – Что я могу для вас сделать?

– Да уж не столько, сколько ты сделал себе, – сказал Мокси, ухмыляясь перемазанными игрой губами.

– Мне не на что жаловаться, – ответил Гудгалф. – Фортуна улыбнулась мне. Угощайтесь, это мой ленч.

Мокси как раз покончил с ним и теперь выдвигал ящики стола в поисках добавки.

– Нам становится страшно, – сказал Пепси плюхнувшись в шикарное кресло…

– По городу ползут слухи о нарках и других мерзких врагах, наступающих с востока. Над нашими головами повисла черная туча, а акции упали на восемь с половиной. Гудгалф выпустил массивное голубое кольцо дыма.

– Маленьким нечего соваться в такие дела, – сказал он. – Вы, к тому же, суетесь в МОИ дела!

– А как же черная туча? – спросил Пепси.

– Просто дюжина дымовых шашек, подожженных мной в Конконском лесу. Зато теперь все тут ходят на цыпочках.

– А слухи о завоевателях? – спросил Мокси.

– Не более того, – ответил Гудгалф, – Сорхед еще долго не соберется напасть на Минас Трони, а к нам, тем временем, подойдут подкрепления.

– Так что опасности пока нет? – вздохнул Пепси.

– Доверьтесь мне, – сказал Гудгалф, выпроваживая их за дверь. – Волшебникам известно многое.

Внезапная атака утром следующего дня поразила жителей Минас Трони своей внезапностью. Ни одно из запланированных оборонительных сооружений не было завершено, а материалы и люди, заказанные и оплаченные через контору Гудгалфа, так никогда и не появились. Ночью огромная орда полностью окружила прекрасный город, а их черный лагерь покрыл зеленые луга, как недельной давности струп. Черные флаги с изображением Красного Носа Сорхеда развевались по ветру. С первыми лучами солнца черная армия ринулась на стены.

Сотни нарков с ушами, разгоряченным дешевым вермутом, бросились к воротам. Следом за ними топали полки троллей-ренегатов и лемуров-проказников, дрожащих от ревности.

Целые бригады истеричных баньши и гоблинов наполняли воздух пронзительными воинственными криками. Следом маршировали хоккейные клюшки и злобные скалки, которые многих отважных двудорцев могли уложить одним ударом своих смертоносных молотков для отбивания мяса. Из-за бугра появились шеренги кровожадных машинисток и танцевальный ансамбль Джуан Тэйлор в полном составе. Невозможно было смотреть без ужаса на это кошмарное зрелище.

Гудгалф, Мокси и Пепси смотрели на него с крепостной стены. Болотникам было очень страшно.

– Их много, а нас так мало, – кричал сильно напуганный Пепси.

– Верное сердце стоит десятерых, – сказал Гудгалф.

– Нас так мало, а их так много, – кричал Мокси, напуганный сильно.

– Чайник, на который смотрят, никогда не закипает. Насвистывайте что-нибудь веселенькое, – заметил Гудгалф, – У семи нянек дитя без обеда.

Успокоенные болотники отбросили страхи, рукавицы, кирасы и корсеты. Каждый вооружился обоюдоострым мастерком, чье лезвие было столь же надежным, сколь и верным. Гудгалф облачился в старый водолазный скафандр из резины. Только его аккуратно подстриженную бороду можно было узнать через окошечко шлема. В руке он держал старинное, но верное оружие, которое эльфы называли полуавтоматическим браунингом.

Пепси заметил над собой тень и завизжал. Они услышали звук рассекаемого воздуха и пригнулись. Хохочущий Ноздруль вывел своего боевого пеликана из смертоносного пике. Небо вдруг наполнилось черными птицами, которыми управляли Черные Всадники, Тут и там хлопали крыльями стервятники, фотографирующие с воздуха военные объекты и обстреливающие на бреющем полете длинными очередями помета госпитали, сиротские приюты и церкви. Кружащие над городом пеликаны сбрасывали на неграмотных защитников кипы листовок с разнузданной пропагандой.

Но двудорцев беспокоили не только сверху. Сухопутные войска обстреливали главные ворота горячей лапшой и сбивали со стены воинов собранием сочинений Рода Маккоэна. Воздух кишел отравленными бумерангами. Несколько штук впились в шлем Гудгалфа, отчего у него ужасно разболелась голова.

Вдруг передние ряды расступились, и болотники вскрикнули от удивления. К воротам галопом подскакал чудовищный черный вепрь. На нем сидел Повелитель Ноздрулей. Он был во всем черном. Велосипедные цепи свисали с его кожаной куртки. Массивный дух спешился. Его солдатские ботинки ушли глубоко в твердую землю. Мокси разглядел карикатурное прыщавое лицо. Клыки чудовища влажно поблескивали в лучах полуденного солнца. Повелитель злобно вглядывался в укрепления Двудора, затем поднял черный жестяной свисток, поднес его к трепещущей ноздре и оглушительно чихнул.

Тут же эскадроны гремлинов, полуобезумевшие от сиропа против кашля, выкатили огромную самку дракона на черных роликовых коньках. Всадник похлопал ее по рогатой морде и нацелил ее единственный, налитый кровью глаз на ворота. Гигантская рептилия кивнула и заскользила на своих роликах к деревянным воротам. Оцепеневшие двудорцы видели, как Ноздруль поджег фитиль, затем дал шпоры, и из пасти чудовища вырвалась струя горящего пропана. Стена вспыхнула и рухнула грудой углей. Нарки весело затоптали языки пламени и хлынули в город.

– Все пропало! – зарыдал Мокси. Он хотел сброситься со стены.

– Не отчаивайся, – скомандовал Гудгалф через свое окошечко. – Принеси мне мою белую мантию, да поживее!

– А-а! – воскликнул Пепси. – Белая мантия – для белой магии!

– Нет, – сказал Гудгалф, привязывая материю к биллиардному кию. – Белая мантия – для белого флага.

Как только волшебник начал отчаянно размахивать своей мантией, с Запада послышался рев сотни горнов. Столько же ответило с востока. Порыв ветра налетел на черную тучу и разметал ее. В чистом небе появился транспарант:

32
{"b":"5478","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Что скрывает кожа. 2 квадратных метра, которые диктуют, как нам жить
Счастливы по-своему
Культ предков. Сила нашей крови
Новая ЖЖизнь без трусов
Страсть – не оправдание
Иногда я лгу
Меньше значит больше. Минимализм как путь к осознанной и счастливой жизни
Серые пчелы
#INSTADRUG