ЛитМир - Электронная Библиотека

Самой оживленной улицей в Эксе считается Кур-Мирабо, длинный и широкий бульвар, окаймленный кафе, в тени параллельных рядов платанов. На севере – паутина узких улочек и крохотных площадей, известных как Кварти-Ансьен, куда заказан доступ автомобильному транспорту – кроме разве что на закрытые для пешеходов улицы пошире.

Габриель, используя проверенные временем приемы, избавился от потенциального «хвоста». Убедившись, что слежки нет, отправился на маленькую оживленную площадь, расположенную вдоль улицы Эспариат. В центре там возвышалась древняя римская колонна, увенчанная капителью, а в юго-восточном углу, частично скрытое раскидистым деревом, расположилось кафе «Ле Прованс». Несколько столиков стояли на площади, еще больше вдоль улицы Эспариат – там сидело двое стариков, что пялились в пустоту; между ними на столике стояла бутылка пастиса. Это место предназначалось скорее для местных, нежели для туристов. Здесь Рене Броссар будет чувствовать себя уютно.

Войдя внутрь, Габриель направился к табачной лавке. Купил пачку «Голуаз» и свежий выпуск «Нис-Матин»; пока ждал сдачу, осмотрел интерьер – убедился, что имеется лишь один вход. Потом вышел наружу и прикинул, откуда будет лучше видно все летние столики. Тем временем к нему подошли два японских студента и на кошмарном французском попросили сфотографировать их. Притворившись, будто не понимает, о чем они, Габриель пошел вдоль улицы Эспариат, мимо слепо глядящих вдаль стариков провансальцев, в сторону Плас-дю-Женераль-де-Голль.

Шум автомобилей на кольцевой дороге оглушал после тихой пешеходной зоны Кварти-Ансьен. Возможно, Броссар выберет иной путь отступления, однако Габриель в этом сомневался: на машине ближе, чем к площади Генерала де Голля, не подъедешь. Все произойдет быстро, и если не приготовиться, Броссар улизнет. Габриель осмотрел Кур-Мирабо, трепещущие на легком ветру раскидистые кроны платанов и подсчитал в уме, сколько потребуется машин и агентов для безупречной слежки. Как минимум, двенадцать человек и на четырех машинах – чтобы Броссар не заметил «хвоста» и привел их прямиком к дому, где держат заложницу. Медленно покачав головой, Габриель вернулся к кафе у самой границы кольцевой – там, за столиком, сидел Келлер и попивал кофе.

– Ну и? – спросил Англичанин.

– Нужен мотоцикл.

– Где деньги, что вы отняли у Лакруа?

Габриель нахмурился и похлопал себя по животу. Келлер, бросив на столик чаевые, встал.

***

Неподалеку, на бульваре Републик, имелось представительство фирмы «Пежо». Келлер и Габриель несколько минут тщательно присматривались к представленному в салоне товару и выбрали наконец мопед класса премиум «пежо-сатели 500». Келлер расплатился наличными, зарегистрировав транспорт на одно из своих поддельных корсиканских имен. Пока оформляли бумаги, Габриель смотался через дорогу в магазин мужской одежды: купил кожаную куртку, черные джинсы и кожаные ботинки. Переоделся прямо в магазине, в примерочной, а старую одежду спрятал в багажник мопеда. Надел черный шлем, оседлал железного коня и отправился следом за Келлером к площади Генерала де Голля.

Тем временем близился назначенный час встречи. Габриель оставил мопед в начале улицы Эспариат и, зажав шлем под мышкой, поднялся к площади с римской колонной. Старички так и не освободили столик, и тогда Габриель отправился в ирландский паб на противоположной стороне площади. Заказав пинту лагера, он подумал: зачем вообще кто-то ходит в ирландский паб на юге Франции? Его размышления были прерваны появлением крупного мужчины – сжимая в правой руке металлический кейс и стараясь держаться в тени, тот шагал по площади в сторону кафе «Ле Прованс». Войдя внутрь, он через некоторое время появился снова, неся кофе со сливками и стаканчик чего-то покрепче. Присев за столик, амбал медленно обвел взглядом площадь, немного задержавшись на Габриеле. Тот глянул на часы: ровно десять минут шестого.

Габриель достал из кармана сотовый и позвонил Келлеру по забитому в быстрый набор номеру.

– Я же говорил: он придет, – напомнил Англичанин.

– На чем он прибыл?

– На черном «мерседесе».

– Модель?

– Е-класса.

– Номера?

– Угадайте.

– Не та ли это машина, на которой встречали Поля на пристани?

– Вот скоро и выясним.

– Кто за рулем?

– Женщина, лет за двадцать, может, слегка за тридцать.

– Местная?

– Возможно. Хотите – спрошу?

– Где она сейчас?

– Круги нарезает.

– А где вы?

– В двух машинах позади нее.

Нажав «отбой», Габриель спрятал свой телефон и достал из кармана тот, что забрал на лодке у Лакруа. Все произойдет быстро, снова подумал он. Если не среагировать адекватно, Броссар улизнет. Будь у Габриеля в распоряжении двенадцать сотрудников и четыре машины, операция прошла бы как по маслу. Вместо этого у него всего два транспортных средства и пытавшийся когда-то убить его киллер в напарниках. Габриель – чисто для убедительности, чтобы не выдать себя, – отпил глоток пива. Затем уставился в дисплей мобильного, на часы, что так медленно отсчитывали оставшееся время.

15

Экс-ан-Прованс, Франция

В 17:18 время как будто остановилось. Далекий шум машин угас; люди на площади замерли, будто написанные маслом на холсте рукой Ренуара. И Габриель, реставратор, мог вволю ими полюбоваться. В закусочной четверо упитанных немцев изучали меню. Две шведочки в сандалиях озадаченно всматривались в полиграфическую карту города. У подножья колонны сидела симпатичная женщина, а на коленях у нее – мальчик лет трех-четырех. И наконец, за летним столиком кафе «Ле Прованс», в компании металлического чемоданчика, ждал своего визави крупный мужчина. В чемоданчике лежала сотня тысяч евро. Сотня тысяч, выделенная человеком без страны и имени, известным просто как Поль. Габриель снова взглянул на женщину у колонны, и перед мысленным взором у него полыхнул взрыв. Потом он перевел взгляд на одинокого мужчину за летним столиком. Было уже двадцать минут шестого. В тот момент, когда часы Габриеля показали 17:21, мужчина встал и, подобрав чемоданчик, ушел.

– Если кто-то из вас не явится, есть запасной план?

– Кафе «Ле Сезанн», вверх по улице.

– И долго он будет тебя ждать?

– Десять минут.

– А если не придешь?

– Сделка не состоится.

Как это профессиональный преступник мог не явиться на встречу, где его ждал лакомый кусочек – сто тысяч евро? Все просто, этот преступник схлопотал пулю в лоб и покоится на дне Средиземного моря. Рене Броссару этого знать, само собой, не положено, вот зачем Габриель держал мобильник мертвеца наготове. Он взглянул на упитанных немцев, на шведок, на мать и ребенка – последние еще горели где-то в темных закоулках его памяти. Было двадцать две минуты шестого. Восемь минут – и погоня начнется. Одна ошибка – и все пропало. Одна ошибка, и Мадлен Хэрт умрет. Габриель отпил еще пива, отдающего полынной горечью. Беспомощно взглянул на мать и ребенка, на то, как их пожирает пламя.

***

В 17:25 Габриель еще раз позвонил Келлеру.

– Где она?

– Все еще круги нарезает.

– Может, она водит вас за нос? Вдруг есть вторая машина?

– Вы всегда такой пессимист?

– Только если на кону жизнь невинной девушки.

Келлер не ответил.

– Где она сейчас?

– По-моему, направляется в вашу сторону.

Габриель отключился и достал телефон Лакруа. Набрал номер Броссара и, зажав пальцем микрофон, поднес мобильник к уху. Два гудка. Броссар ответил:

– Ты, сука, где?

Габриель еще плотнее зажал пальцем микрофон.

– Марсель? Это ты? Почему не пришел?

Габриель нажал «отбой», выждал полминуты и, снова зажав микрофон пальцем, перезвонил Броссару. Тот ответил после первого же гудка.

– Марсель? Марсель! Я сказал тебе больше не звонить. Даю три минуты – потом ухожу.

На этот раз первым отключился Броссар. Габриель спрятал телефон и уже со своего перезвонил Келлеру.

18
{"b":"547889","o":1}