ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вы все пойдете с нами. Делайте, что вам говорят, и вас не тронут.

И он что-то добавил Йомару по-зимбурийски. Мохарец утвердительно что-то буркнул, потом презрительно посмотрел вслед удаляющемуся Шеззеку.

– Что он сказал? – спросила Лорелин.

– Что я пойду у них следопытом, – ответил Йомар. – Диких зверей, небось, боятся.

Ана наклонилась поднять Метелку, но когда она с кошкой направилась к лошадям, Шеззек шагнул вперед, что-то крича и с угрозой размахивая руками. Серая кошка зашипела на него, потом спрыгнула с рук хозяйки и бросилась по берегу. Эйлия и Лорелин закричали.

– Она же погибнет! – возмущалась Лорелин. Полукровка хмуро обернулся к ней, и Ана положила руку на плечо Лорелин.

– Серая Метелка может сама о себе позаботиться, дорогая моя. Ей случалось жить в диких местах.

– Это жестоко!

Лорелин сердито посмотрела на Шеззека, но он уже повернулся спиной, крича команды своим солдатам.

Пленников посадили на лошадей, зимбурийские всадники взяли этих лошадей в повод и повели. Лорелин достался белый конь. Дамиону что-то показалось неуловимо тревожным в этом выборе лошадей, а потом он вспомнил: в древности приносимых в жертву людей везли к алтарю зимбурийских богов на белом коне. В отряд входило с дюжину верховых солдат, в том числе Йомар, пара проводников и несколько собак в кожаных намордниках и на длинных поводках. Шеззек резко скомандовал по-зимбурийски, и отряд пустился в путь по берегу, туда, где обрыв переходил в пологий песчаный подъем. Дальше вверх подъем становился круче, сменяясь травянистым склоном, уходящим в свою очередь в густо поросшие лесом холмы. Между ближайшими двумя лежал широкий проход, в котором вообще ничего не было видно, кроме серости блуждающих туманов. Но во время подъема сумерки не сгущались: Эйлии даже показалось, когда въехали в лес, что под деревьями будто светает. «Но это же невозможно, – подумала она. – Солнце только два часа как село…» Она глянула на северо-восток. И действительно, там разгорался рассвет, заливая небо золотом и багрянцем!

Вспомнилась фраза из старой легенды: «В Тринисии солнце не заходит летом и не восходит зимой».

Отряд поднимался по склону к ложбине, и солнце пылающим ореолом вставало над холмами совсем рядом с тем местом, где только что скрылось.

Спускаясь в сопровождении своих похитителей по дальней стороне хребта, Дамион очнулся от тревожных мыслей и стал смотреть вокруг. Перед ним внизу лежала широкая долина, и по ней вилась сияющими петлями река с востока на запад, а на том берегу долины возвышались новые холмы, а дальше уже настоящие горы, куда выше маурийской прибрежной гряды, и на торчащих зазубринах каменных пиков сверкал снег. Отряд спускался не спеша меж сосен и елей, которые сменились лиственным лесом, превосходившим густотой древние рощи Селенны. Лишайник и мох нарос на столетних дубах и вязах, не уступающих в обхвате храмовым колоннам. На некоторых деревьях пробивалась молодая зеленая листва, другие цвели. Дамион, который был в ботанике не намного сильней, чем в географии, все же узнал белые и розовые соцветия диких вишен и яблонь, набухающие бутоны миндаля, кипень боярышника, как белая метель. Теперь его взгляд остановился на купе древних деревьев, с такими серыми и искривленными стволами, что они скорее были похожи на скалы, чем на живые растения. Наверное, это оливы, вроде тех, которые он видел на Каанских архипелагах. А по стволу и ветвям массивного кедра, прямо по его устремленной вверх кроне тянулись переплетения вроде бы дикого винограда. Дамион много видел таких лоз – уже окультуренных, в ухоженных рядах маурийских виноградников. Но как они могут жить и процветать здесь, где зима должна быть куда суровее?

Сквозь деревья пылало золото-оранжевое сияние, будто огонь разгорался меж ветвей – свет уже возвращающегося солнца. И это была еще одна странность. Отчего здесь не только неестественно теплый климат, но и такие короткие ночи? Дамион вспомнил прочитанное о северных землях – где по полгода никогда не заходит солнце, месяцами не наступает ночь. Не понимая, как такое может быть, он всегда считал это фантазиями. Теперь выяснялось, что и у этой старой басни есть реальная основа.

Спереди раздался крик: похитители велели остановиться. Кто-то из солдат спешился, очевидно, рассмотреть что-то в лесной подстилке. Псы обнюхали это место и возбужденно заскулили сквозь намордники. Там было что-то вроде следа большого животного. Йомар, изучив отпечатки с вниманием опытного следопыта, сказал, что не узнает оставившего их зверя.

– Какая-то кошка, но не лев и не леопард, – бормотал озадаченный мохарец. – Похоже на помесь этих двоих.

– Леббард, – сказала Эйлия.

– Кто? – уставился на нее Йомар.

– Леббард, лев-леопард. Я о них читала в путевых дневниках Велессана. Считается, что это мифические создания вроде единорогов или драконов. Но, может быть, они есть на самом Деле.

– Звучит как опасный зверь. Надеюсь, он не прячется в кустах, – сказал Дамион.

Йомар покачал головой:

– След старый.

Шеззек, обернувшись в седле, рявкнул:

– Прекратить разговоры!

Йомар с угрюмым лицом отступил, и Дамион встревоженно оглянулся. Тринисия как изолированный континент вполне может иметь свою неповторимую фауну. Он вспомнил гигантских нелетающих птиц и других странных животных, живущих на Внешних островах далеко в Малом океане. Деревья в здешнем лесу вроде бы знакомые, но кто знает, какие причудливые твари могут здесь обитать?

Глубже в лесу появились и более явные признаки присутствия животных. На одной прогалине отряд спугнул у ручья молодую олениху и видел, как она скрылась прыжками, – смесь изящества и страха; на другой из травы с шумом вспорхнула стая диких голубей, и от внезапного хлопанья крыльев лошади заржали и заплясали. И тут же вдали удалось заметить стадо каких-то зверей вроде безрогих антилоп, серых в яблоках, но когда потревоженные животные вылетели из-под деревьев на солнце, цвет их шерсти оказался синевато-пурпурным с белыми пятнами вроде звезд.

– Пантеоны! – воскликнула Эйлия, забыв, что разговаривать запрещено.

Звездные звери! О них Велессан тоже писал. Они жили в стране Эларайнии, в Элдимии, но несколько экземпляров волшебный народ привез в Тринисию. Эйлия попыталась вспомнить, что же еще прочла она в книге Велессана Странника. «Тринисия, кою зовут иногда Долом за Спиной Полночного Ветра, далеко на Полночь располагается, где Океан Льда оточает ея. В доле том солнце в лето не садится, ниже в зиму не поднимается. Обитают там Элей, дети Фей, купно с Духами Вод и Лесов, тако же звери чудные населяют ея, как-то Грифоны, Уникорны, сиречь Единороги, Черви великие и иныя твари сходныя…»

Неужто это на самом деле Тринисия? Если да, то Велессан все-таки не лгун. Конечно, ничего похожего на «Червей великих» здесь нет, и знаменитые «видения сфер» можно отмести как полет фантазии, но уже нельзя сказать, что его описания Тринисии ненадежны. Теплый и цветущий остров на севере существует, именно как он и описывал.

Через несколько часов отряд вышел на поляну – широкое травянистое поле со светлыми камнями, окруженное такими же серыми стволами олив. Шеззек скомандовал привал, и все спешились. Ану и остальных пленников отвели туда, где зимбурийцы собрали хворост и сложили два каменных круга для костров. Как только пламя разгорелось, над огнем повесили два железных котла, чтобы сварить какой-то суп из солонины, взятой с кораблей. Пленникам есть не дали. Йомар, который вызвался их охранять, тоже не имел права есть, пока его не сменили. Дамион решил, что мохарец вызвался охранником, чтобы потом поесть в одиночестве, а не в компании зимбурийцев.

Эйлия, Дамион и Лорелин сидели устало на земле, но Ана подошла к кострам и вежливо что-то посоветовала кашеварам. Совет восприняли злобно, и в ответ на сердитый выкрик Шеззека старая женщина пожала плечами и вернулась к своим товарищам. Все они были голодны и очень старались не смотреть на котлы и не вдыхать запах их содержимого. Эйлия прислонилась к большому камню, торчащему из травы. Сверху он был плоским, но форму имел круглую. Пальцы девушки, бездумно блуждая по белой как мел поверхности, нащупали бороздки, расположенные слишком правильно, чтобы иметь естественное происхождение. Когда она присмотрелась пристальнее, то увидела еще несколько белых обломков на той стороне поляны. Она поняла, что это сломанные колонны, которые сперва невозможно было отличить от поваленных стволов – так сильно покрывали их лишайники и ползучие растения. Она вскочила, забыв усталость, разглядела повнимательнее. На мраморе безошибочно, хоть он и был сильно стерт, угадывался барельеф цветов и листьев.

53
{"b":"5479","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Люди черного дракона
Дзен-камера. Шесть уроков творческого развития и осознанности
Мост мертвеца
Успокой меня
Минус размер. Новая безопасная экспресс-диета
Превращая заблуждение в ясность. Руководство по основополагающим практикам тибетского буддизма.
В тени баньяна
Голос вождя