A
A
1
2
3
...
84
85
86
...
99

– Он почти убедил нас, что Камня здесь вообще нет. Так где же сейчас Мандрагор?

– Боюсь, что он снова исчез. Вот почему я смогла соединиться с вами – его сила нам более не угрожает. Но он взял с собой Лорелин.

Дамион повернулся на месте:

– Он опять ее похитил? Куда же на этот раз?

– В страну Элдимию.

– В Элдимию? Зачем бы ему ее туда везти? – не понял Дамион.

– Я хорошо знаю Мандрагора. У него всегда есть несколько планов, на случай, если один из них не удастся. План спрятать Лорелин был разрушен еще в Маурайнии, сейчас он пытается осуществить иной. Он посадит ее на трон Элдимии, но останется рядом с ней, заставляя поступать по своей воле. И окажется, что Элдимией правит Мандрагор, а не Трина Лиа. – Ана глянула на мертвый город и сказала, будто про себя: – Как же все теперь ясно! И как я этого раньше не видела? Он хочет ее использовать для своих целей!

– Тогда ему нет смысла нас спасать, – сказал Йомар. – Или это Эйлия придет нам на выручку?

– Нет, не Эйлия, – ответила Ана. – У Камня есть свои Стражи, обетовавшие защищать его в час нужды.

Йомар встал в дверях с обнаженным мечом.

– Прах побери этих Стражей! Я же тебе сказал, женщина: нет тут никаких Стражей! Нам придется драться за себя самим. Хотя толку в этом не слишком много: вечно нам зимбуров не удержать. – Черные глаза вспыхнули. – Но я сначала прихвачу несколько штук с собой на тот свет!

– Сдерживайте их, сколько сможете, – сказала Ана и повернулась к горам, будто в молитве. – Я буду ожидать Стражей.

Закрыв глаза, она прижала Камень к груди.

– Долго же тебе придется ждать. Они уже несколько веков как мертвы.

Ана не открыла глаз:

– Нет, Стражи Камня не умирали. Они до сих пор живут.

– Это как это? Пятьсот лет назад это было! Никто столько жить не может…

– Стражи могут, – перебила она. – Они не люди.

– Не люди? – эхом повторил Дамион. Мерзкое сомнение закралось в его сердце. Он уставился на седую старуху, на бьющиеся на ветру вокруг лица седые пряди. – Ты говорила… мне кажется, будто ты говорила, что это люди, готовые нам помочь…

Ана открыла глаза и посмотрела на него.

– Я так не говорила, но, боюсь, позволила вам так меня понять. Вы бы никогда не поверили правде: Стражи вообще не из этого мира.

Закрытые пленкой глаза будто смотрели пристально на мраморных ангелов, готовых взлететь с пьедесталов.

У Дамиона подкосились колени, и он едва смог остаться стоять на ногах. Значит, вот как все кончится. Они умрут на бастионах, в битве, как говорил Йомар.

Эйлия медленно подняла голову. Дракон оставался на том же месте: огромный, серебристо-золотой в свете луны и звезд, он снова свернул змеиные кольца вокруг помоста, а голову повернул к девушке. Сложенные крылья более не наполняли воздух громом, и дракон будто стал меньше, хотя все равно оставался больше любой живой твари на свете. Он лежал, тихо дыша, и клубы пара поднимались вверх от его дыхания. Время от времени зверь поднимал когтистую переднюю лапу поскрести шею. Увидев, что Эйлия шевельнулась, дракон снова развернул длинное тело и встал на все четыре лапы. Эйлия застыла. Ей от такого зверя не убежать, даже если бы хватило сил на попытку. Лежа совершенно неподвижно, она смотрела, как идет к ней дракон на мощных когтистых лапах. Очень отстраненно она отметила, что лапы у него как у орла: с загнутыми когтями зловещего вида.

Эйлия достигла того состояния, когда жертва теряет страх вместе с надеждой. Затуманенному сознанию казалось невероятно важным количество когтей на лапах дракона – Эйлия в уме подсчитывала их, пока зверь шел на нее. Пять на каждой лапе – почему-то существенно было, что именно пять. Она таращилась на них бессмысленно; потом глаза ее отвернулись к колоннам, где свернулись, рыча, вырезанные в камне драконы. Имперские драконы – что там говорил Мандрагор об их лапах? Только у них было по пять когтей на лапе…

Ручные драконы!

Эйлия подняла глаза и встретила взгляд чудовища. Оно остановилось в нескольких шагах, глядя на нее. Она осмелилась шевельнуться, медленно встать, не отрывая глаз от дракона. Он не шевелился; зеленые глаза пристально смотрели на нее, но без той враждебности, которую проявил зверь к солдатам. Пар от дыхания, вылетающий из дыры между клыками, согревал дрожащее тело девушки. Оно как-то сладковато пахло, как курильница. У дракона была грива густого меха на шее, как у льва, и борода на подбородке.

Зверь поднял мощную лапу, и Эйлия сжалась, но дракон не напал на нее, а лишь снова почесал шею. Тут она заметила, что дракон прикован к правому столбу. За головой шею охватывал тугой ошейник из тяжелого черного железа. Вот именно эта цепь и звенела металлом, когда двигался дракон. Но кто же мог такое сделать с таким мощным зверем?

Она шагнула вперед. Дракон следил за ее приближением, по-прежнему не проявляя злобы.

– Так ты ручной! – выдохнула она. – Он тебя приручил? Да? Ты дракон Мандрагора?

Огромный зверь потрогал когтями железную цепь и замычал, будто от боли. Кожистые крылья за спиной зашелестели, задвигались и вдруг резко развернулись. Над головой Эйлии взметнулись две арки прозрачного золота, натянутого на косточки. Она ахнула. Крылья раскрылись во всю ширь горного пика, на шестьдесят шагов от конца до конца. На миг они напряглись, трепеща и закрывая небо, потом обвисли, упали и снова свернулись на боках чудовища. Дракон был прикован к земле и беспомощен, как любое привязанное животное. Мандрагор держал его пленником. Бедное создание. Ему место в воздухе, в небе, и только цепь его здесь держит: ни когтями, ни клыками ему не разорвать железные звенья.

Но она может снять с него цепь. Для нее уже выхода нет, но дракон хотя бы может получить свободу. Он ее спас от зимбурийцев, и она у него в долгу.

И снова заговорил в памяти голос, на этот раз Аны, и он говорил о драконах и магии земли:

Лежа изо дня в день на грудах золота и серебра, они увеличивали собственную силу, получая способность летать и колдовать. Но железо драконов не интересовало. А оно – тоже мощный звездный металл: магия в нем так сконцентрирована, что превосходит и отменяет любое другое колдовство.

Тогда отстегивать цепь у основания столба нет смысла – дракон все равно связан магией железа. Чистое, «холодное» железо уничтожает волшебство, а драконы летают с помощью чар, – так говорила Ана. Чтобы его освободить, надо расстегнуть ошейник. Эйлия увидела на нем замок, как на ожерелье, слишком маленький, чтобы его могли нащупать мощные когти. Но она может его расстегнуть. Правда, это значит, что надо будет подойти прямо к исполинской голове.

Робко, но наполненная решимостью, Эйлия приблизилась, и дракон будто понял ее намерение: он стоял тихо, опустив голову, чтобы замок ошейника оказался у девушки на уровне плеч. Протянув руку, она взялась за железо. Под пальцами ощущались пластины чешуи, и они, как ни странно, были теплые и сухие – Эйлия почему-то думала, что они будут холодные и скользкие, как у рыбы. Схватившись за металлический рычажок, Эйлия оттянула его назад. Замок щелкнул, железный ошейник со звоном упал на камень и вытянулся длинной черной змеей.

От входа на лестницу донеслись крики: зимбурийцы возвращались, и, судя по звукам, их стало больше.

– Лети, – шепнула девушка дракону. – Ты теперь свободен. Улетай!

Но он не расправил крылья. Вместо этого, он, так же глядя ей в глаза, подогнул передние ноги и положил голову и шею на землю. На миг ей показалось, будто дракон благодарит ее – очень уж это было похоже на поклон. Но дракон почти сразу же встал, шагнул к ней поближе и повторил жест, на этот раз положив голову прямо к ее ногам.

Вдруг вспомнилась похожая старая картинка: дама в изящном платье, а перед ней встает на колени верховая лошадь под дамским седлом. Есть лошади, обученные подгибать колени, чтобы всаднику удобнее было сесть. И ручные драконы тоже так поступают?

Злобные вопли наполнили воздух: целая рота солдат бежала к девушке и дракону. Она прыгнула на протянутую шею, схватилась за спутанную гриву. Дракон медленно и осторожно понес ее по площадке, как несет своего погонщика зимбурийский боевой слон. Впереди девушки возвышались изогнутые рога, позади – длинная чешуйчатая спина и сложенные крылья. Посмотрев вниз, Эйлия увидела огромную тень дракона, шагающую рядом по снегу. Позади выстроились солдаты, пуская стрелы из луков. Дракон заревел, когда несколько попали в него. Пар от рева поднялся клубами, задрожала массивная колонна шеи. Но Эйлия в какой-то странной легкости чувств совсем не боялась. «Давай! – думала она про себя. – В бой с ними, разгроми их!»

85
{"b":"5479","o":1}