ЛитМир - Электронная Библиотека

– Не нравится мне всё это, – сообщил Серго, ни к кому особенно не обращаясь, просто бросив в наполненное равномерным стрекотанием энерготурбины да тонким воем рассекаемого лопастями забортного воздуха пространство.

– Это ещё почему? – коренастый Макс пожал широкими, фактурными плечами спортсмена-тяжеловеса. – Пессимист ты наш.

– Я реалист, – буркнул Серго, отвернулся и стал глядеть в крошечный иллюминатор.

Серго не просто пессимист, а пессимист по жизни, подумал Александр. Вечный ожидатель несчастий. В смысле, ждитель. Если верить астрологии, то всё так и должно быть. Серго – промежуточный знак Зодиака, полускорпион-полустрелец. Ему присуще хмурое миросозерцание и подозрительность. В астрологию Неверов не верил – Александр усмехнулся мысленному каламбуру – а вот подозрительность заведующего отделом ресурсного обеспечения пару раз сослужила им всем добрую службу. Есть у него какое-то не людское чутьё на опасность. Поэтому, раз что-то не нравится Серго, жди пакости. Как правило – крупной. Александр привычным усилием воли убрал из груди зарождающийся там холодок и вернулся к созерцанию горных макушек.

А вот Кирилл в своё время не поверил. Просто сказал: «Кому-то всё равно надо ехать». И сгинул. Через два месяца до неузнаваемости изуродованное жестокими пытками тело ультры подбросили чуть ли не к воротам Института. Кира они потеряли через год после Ирки…

Молчать, мысленно приказал себе Александр. Слюнтяй, интеллигент. Молчать! Не сметь ворошить это прошлое, иначе душной волной поднимется к горлу ненависть, и что дальше – топать ногами, стенать, плакать? Не хватало ещё истерики здесь.

– Какого хрена, – сказал Серго. – Хотя бы один аппарат связи. Один!

– Ты же знаешь, – снова пожал богатырскими плечами Джаксалыков. – Именно от этого они бежали. От несовершенной техники прошлого. От несовершенной жизни прошлого. Именно этого мы от них хотели. Они, если сказать красиво, отдали себя во власть наших творений. Нам и отвечать… Только не рви сердце. Потери связи случались раньше, поломки случались раньше, крупных операций ультры больше не жди. А с мелкими бандами легко управится одна-единственная эриния. И у фаланстера она есть. Чего колотишься, друже?

И это верно. И эриния у них есть, и после Великой Зачистки основные силы ультралуддитов разгромлены и раздроблены, не до масштабных операций, в подполье ушли, крысы. И всё же…

– Надо было поставить в известность армию, – упрямо скривил губы Серго.

– Армия за каждым пустяком дёргаться не будет. – Макс третий раз пожал плечами, казалось, он то и дело извиняется перед Александром за непроходимое упрямство Северова. – Вот скоро подлетим, и во всём разберёмся.

И всё же понятно, о чём говорит, но чего недоговаривает Сергей Северов. Что слишком странно оборвалась связь с фаланстером. М-связь, между прочим. Что нехрен очертя голову лететь за пятьсот с гаком вёрст троим ведущим специалистам Корпорации и, по совместительству, троим из пяти оставшихся в живых участников Проекта. Потому что, случись непоправимое – и вся тяжесть ляжет на плечи оставшихся – Майки и Алана.

Алан, старый добрый друг Алан. Самый талантливый из Иркиных аспирантов, и некогда соперник за её сердце. Единственный из посвящённых в тайну Проекта, кто долго и всерьёз ставил под сомнение основные его идеи. Сколько бессонных ночей, несметных чашек кофе, и споры, бесконечные споры до самого утра… Нельзя лишать человечества выбора, говорил Алан. Нельзя подменять свободу опекой электронной няньки, ибо невозможно учесть, просчитать на достаточно длинном временном участке все факторы и риски. И ещё никто не отменял теорию катастроф, утверждающую нестабильность любой искусственно созданной системы, начиная с определённой степени сложности. И вообще, любил повторять Алан, человек рождён для свободы. А свобода – это прежде всего одиночество, путь индивидуума. Свобода – это осознанный выбор несвободы, неизменно отвечала ему Ирка.

– Кстати, если что – Алан нас всегда прикроет, – произнёс Александр. – Правда, Алан?! – спросил он пространство отсека, слегка повысив голос.

– Разумеется, парни, – ответил «ракопаук», заодно исполнявший обязанности приёмопередатчика и транслировавший в режиме реального времени ситуацию на борту.

В точном соответствии с пунктом Устава Корпорации: «Полевая группа на задании обязана поддерживать постоянный аудиовизуальный контакт с ближайшим подразделением „Механорг Систем“ и не прерывать его ни при каких обстоятельствах». М-да, эдакий образчик корпоративного идиотизма. «При выполнении задания при вас будет оружие. Но пускать в ход его вам нельзя, ни при каких обстоятельствах…» Откуда эта чушь в голову лезет? Мало ли какие обстоятельства бывают. Не помог Устав ни Аркадиушу с Марикой – их подорвал смертник вместе со всеми пассажирами рейса «Дубаи – Нью-Йорк», не помог убитому снайперской пулей Андронику, и уж тем более ничем Устав не мог помочь погибшим при штурме Тель-Авивского представительства Двум Грациям – милым толстушкам Ленке-первой и Ленке-второй… и Марго, королеве Марго. Жене Макса…

Вскоре «Стрекозёл» перемахнул очередную горную гряду, выходя к цели путешествия, фаланстеру «Долина Безмятежности». Макс присвистнул. Серго безнадёжно махнул рукой, мол, я же говорил. Неверов ощутил, как в груди снова возник и стал разрастаться холодный и вместе с тем жгучий ком.

Чёрный дым стелился пластами, с высоты полёта картина разрушенного посёлка казалась игрушечной, и оттого, словно соскочившей с холста безумного сюрреалиста. Посёлок утюжили основательно. Уцелело с десяток домов, включая большое трёхэтажное здание, наверняка в нём проходили заседания Совета фаланстера, да водонасосная башенка на берегу реки. Остальное… Вот вам и «Долина Безмятежности».

Макс сорвал с кронштейна пульт внутренней связи:

– Командир, круговой облёт! Высота сто! Медленно!

Молодые наладчики, позабыв о нардах, вскочили и припали к своим иллюминаторам. Легко представить, что творится на душе у парней. Очень легко. Все мы через это прошли. И вот снова. Снова смотреть, как дело рук твоих, да что там дело, твоё детище, любимого ребёнка, уничтожает тёмная, тупая, не рассуждающая сила.

Эриния обнаружилась за южной окраиной посёлка, там, где ближе всего подступали к долине покрытые «зелёнкой» холмы. Лежала, распластав восьмиметрового размаха крылья. Крупная и опытная особь, наверняка ещё из Первоклана. Приземлившись, они долго смотрели на поверженную богиню возмездия. И без того узкие глаза Макса сделались словно два кинжала.

Эриния, совершеннейший механорг, орудие устрашения и возмездия. Видит во всех диапазонах. Воспринимает радиоволны любой частоты и способна к самостоятельной дешифровке и интерпретации чужого радиосигнала. Подавляет любые электронные средства слежения. Поражает электрошоком и снотворными газами, прицельно мечет иглы-парализаторы на дистанцию до двухсот метров. И ещё много сюрпризов таит обтекаемое, совершенное тело. А самое главное – мечта разработчиков средств индивидуальной защиты всех времён, от бронзового щита до пластозного бронескафандра – неуязвима ни для пули, ни для ракеты. При ударе быстродвижущегося предмета, участок оболочки мгновенно твердеет, делаясь тем более прочным, чем сильнее ударное воздействие. Да, кстати, оболочка легко переносит сверхнизкие, до абсолютного нуля, и сверхвысокие – до десяти тысяч по Кельвину – температуры.

Тем не менее, в боку у эринии зияют два огромных, рваных, обгорелых по краям входных отверстия, а ещё одно, третье – прямо в груди, где располагался модульный блок связи и спин-процессоры…

Внезапная догадка заставила Александра достать из кармана трубку радиометра. Он шагнул вплотную к поверженному механоргу, сунул индикаторный щуп в отверстие.

– Радиация, – утвердительно произнёс Серго.

Александр кивнул, медленно пятясь и разглядывая шкалу прибора.

– Двести микрорентген.

– И что это, по-твоему?

– По-моему, это микротермальные заряды.

– Хм… – Серго сосредоточенно тёр переносицу. – Ты веришь в микротермальные заряды? Здесь?

14
{"b":"548","o":1}