1
2
3
...
10
11
12
...
26

– Разве тебе не говорили, что не стоит напоминать мужчине о его матери в такие минуты? – хрипло спросил Ник, наконец оторвавшись от ее рта. Его тяжелое бедро надавило на ее стройные бедра, а рука обвила ягодицы и резко притянула ее, чтобы она почувствовала всю силу его возбуждения. – Но, возможно, ты права. Ты напомнила мне о первом удовольствии в жизни мужчины – о радости пососать грудь.

Откинувшись, он внимательно посмотрел на изумительные холмики ее грудей, бледных как магнолия, с поднявшимися темными сосками. Его руки обхватили их и прижались к ним, а большие пальцы теребили напрягшиеся жемчужинки, пока Лиза не застонала от удовольствия, и только тогда он прижал свои горячие губы к ее ноющей груди.

– Тебе это нравится, – дразнил Ник, теребя темные соски большим и указательным пальцами, одновременно горячо целуя ее плоский живот.

Он раздвинул ее длинные ноги, а когда его губы совершили самый интимный поцелуй, Лиза радостно приняла его. Напряжение все росло и росло, и она уже подумала, что сейчас умрет, как вдруг Ник погрузился в ее содрогающееся тело одним сильным движением.

– Диос! С тобой потрясающе, невероятно.

– И с тобой тоже! – выкрикнула Лиза. Удовольствие невероятным образом снова стало нарастать, когда Ник задвигался в чувственном ритме. Лиза ответила на стремительные движения примитивно бурной несдержанностью, плача и крича от удовольствия. Когда его большое тело вздрогнуло над нею, она снова испытала оргазм. Он что-то пробормотал по-испански, но она была слишком далеко, чтобы расслышать. Он доставил ей гораздо больше удовольствия, чем, как она предполагала, существует. И тем не менее, когда все наконец завершилось и их покрытые потом тела, переплетенные, лежали в изнеможении, она почувствовала, как холодные щупальца страха шевелятся в ее усталой голове. Нику стоило лишь появиться, как она падала в его объятия. Каким же образом она скроет свою беспомощную реакцию на его появление? Если верить колонкам светских новостей, Ник и так очень тщеславен в отношении женщин. Она не желала примкнуть к числу его любовниц.

– Ник, Ник. – Она толкнула его в широкие плечи. – Вставай, пожалуйста.

– Что? – Его голова со спутанными волосами оторвалась от подушки. – Я очень польщен, если ты полагаешь, что я смогу. – Он откинул ее спутанные волосы с раскрасневшегося лица. – Мне нужно еще немного времени, чтобы прийти в себя, – пошутил он с ленивой улыбкой.

Лиза перевела взгляд на окно и вскрикнула:

– Но уже середина утра.

Он прекрасно понял, что она имеет в виду. Высвободившись, Лиза отползла подальше от него и потянулась за полотенцем. Ник упал на спину и насмешливо улыбнулся ей.

– Ты уж не так невинна, чтобы полагать, что люди занимаются любовью только ночью.

Лиза посмотрела на него. С трудом сглотнув, она подумала, что он выглядит потрясающе: глянцевый загорелый торс на голубых простынях, черные волосы упали на лоб, а греховные черные глаза блестели насмешливым весельем.

– Совершенно ничего смешного, – резко заметила она. В ней начало расти раздражение. Как легко ему удалось преодолеть все ее сомнения! Один поцелуй – и она отдала ему всю себя. – А что подумают Мануэль, твоя мать? Они могут вернуться в любую минуту.

Ник подскочил, и на какую-то долю секунды Лиза увидела в его темных глазах вспышку грубой ярости, а потом его чувственные губы дрогнули в слабой улыбке.

– Лиза – сторонница приличий! И это говорит девушка, которая без всяких угрызений совести валялась с мужчиной в конюшне этого же дома, – язвительно протянул он.

Вся уверенность Лизы и все попытки выглядеть уверенной умерли. Она почувствовала, как будто он ударил ее ножом в живот, боль была такой сильной, что она даже не смогла взглянуть на него. Ник так и не изменил своего мнения о ней. И не изменит, а она по глупости думала...

Ник увидел боль в ее глазах еще до того, как она отвернулась, и тут же пожалел о своих словах. Он вспомнил, как разозлился, когда застал Лизу в объятиях того парнишки. Не глупо ли? И совершенно не похоже на него. Впервые в жизни ему стало стыдно за себя. Он восхищался женщинами и гордился своим учтивым отношением к любой из них. Не сошел ли он с ума? Нет, это все Лиза; она довела его до сумасшествия. Всякий самоконтроль покидал его, как только она оказывалась рядом.

Лиза заставила себя взглянуть на него.

– Мне было шестнадцать, и я была глупой, – резко ответила она, и на мгновение ей показалось, что он вздрогнул. – Но я повзрослела и многому научилась. – Высоко подняв голову и сверкая глазами, Лиза добавила: – А ты, видимо, нет. Ты по-прежнему высокомерный, самодовольный дьявол, каким и был всегда. Ты по-прежнему тиранишь женщин, если тебе этого хочется. – И с этими словами она спустила ноги с кровати.

Ну уж нет! Он схватил ее за талию и притянул к себе:

– Пропади все пропадом, Лиза. – Он упал спиной на кровать, увлекая за собой Лизу. – Прекрати, женщина, – зарычал он, когда ее руки стали царапать его шею. Он схватил прядь ее волос, намотал на кисть и притянул ее голову, чтобы соединить свои губы с ее губами. И держал ее, пока не почувствовал, что запал у нее прошел, и только тогда дал ей глотнуть воздуха. – Обзывай меня как хочешь, Лиза, – грубо сказал он, запечатлев поцелуй на ее шее, – но я вовсе не тиран. На самом деле мне даже нравится, когда женщины верховодят мною. Не хочешь попробовать?

Его руки обняли ее бедра, когда он опустил ее на себя.

Лиза громко выдохнула, откинув голову. Она не в силах была сопротивляться удовольствию. Она двигалась с неосознанной чувственностью. Руки Ника лежали у нее на спине и направляли ее. Ее злость негодование полностью исчезли. Спустя некоторое время Ник усмехнулся:

– Не хочу расстраивать тебя, дорогая, но уже почти полдень.

Он услышал, как Лиза с разочарованием вздохнула, и, легко поцеловав ее в распухшие губы, спустил с кровати ноги и натянул халат. Выпрямился, чтобы не поддаться искушению и снова не присоединиться к ней в кровати.

– Не беспокойся, Лиза, торопиться не надо. Ланч будет около часа, и я встречу тебя внизу. – Он заметил, как ее щечки покраснели. – И не смущайся. Ты желанный гость в этом доме, друг семьи, и я обещаю, что тебе понравится пребывание здесь.

Поцелуй и нежность в его голосе согрели душу Лизы. Ее красивые губы дрогнули в улыбке.

– Уж постарайся, а то я могу потребовать возмещения убытков.

Спустя полчаса Лиза рассматривала себя в большом зеркале. Она зачесала волосы назад и завязала их белым шелковым шарфом. Немного губной помады и увлажняющего крема для кожи – вот и вся ее косметика. Она решила надеть хлопковую белую рубашку и синие брюки, кожаный ремень подчеркивал узкую талию, а на ногах были мягкие кожаные лодочки. Она собралась раньше времени, но ей не терпелось снова увидеть Ника. Хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Николос Менендес был ее любовником, и ей хотелось закричать об этом на весь свет.

Она прошла по коридору к кухне. У Анны Менендес ланч обычно проходил очень просто, и она полагала, что ничего не изменилось. Но Мануэль повел ее в столовую, и она, к своему удивлению, увидела, что за столом были и другие гости.

Вдруг разнервничавшись, она замешкалась у двери. Снова оглядела комнату и едва не убежала, когда поняла, что Ник еще не пришел, а все гости были в очень дорогой одежде: мужчины в костюмах, а женщины в платьях от модных кутюрье.

Лиза увидела сеньору Менендес и поспешила ей навстречу. В конце концов, она находилась здесь по приглашению этой дамы. Как сказал Ник, она была другом семьи. Никому не было известно, что они любовники. Лизе всегда нравилась мать Ника, маленькая, темноволосая и очень хорошенькая женщина, похожая внешне на Одри Хэпберн. Сегодня на Анне Менендес был костюм от Шанель. Гостями были две пожилые и две молодые пары, которых Лиза никогда раньше не видела.

Она почувствовала себя раздетой и готова была убить Ника за то, что он не предупредил ее и бросил одну с незнакомыми людьми. Лиза выпрямила плечи и, собрав всю свою выдержку, произнесла:

11
{"b":"5484","o":1}