A
A
1
2
3
...
10
11
12
...
45

— Нечего сказать, Хэлина? Что с тобой стряслось? Тебе разве не нравится, когда вспоминают, какой потрясающей любовницей ты была? — Невеселая улыбка исказила его губы. Он добавил:

— До тех пор, пока твой отец не решил за тебя по-другому.

Его замечание было во многом справедливым, так что спорить не имело смысла, и с равнодушием, которого она вовсе не ощущала, Хэлин ответила:

— Прошлое меня не интересует. У меня нет твоего дара мести. Я хочу выяснить лишь одно: что мне говорить твоей семье, чтобы вечер прошел для меня без особых осложнений. Их у меня сегодня уже было достаточно, — мрачно закончила она.

Его темная голова повернулась к ней, он долго и внимательно изучал ее в полном молчании. Затем снова переключил внимание на дорогу. — Тебе не о чем волноваться. Мой отец знает всю правду. Он сицилиец старой школы и считает совершенно естественным, что ты должна выйти за меня замуж. Это полностью совпадает с его представлением о вендетте, — сказал он бесстрастно. — Что касается остальных членов моей семьи и друзей, то они представляют себе дело так: мы встретились с тобой, когда я был в Англии в июне, чтобы приобрести фирму «Гарстонз эдвертайзинг», а позднее возобновил старое знакомство. Стефано, конечно, знает правду, но будет молчать, в этом ему можно довериться.

Ее огорчило, что Стефано знал всю историю и помог заманить ее на Сицилию, Хэлин считала его своим другом. Очевидно, за два года она не очень-то поумнела в том, что касается мужчин. Ее с такой же легкостью обманули во второй раз с той лишь разницей, что теперь рядом нет никого, кто бы помог выбраться из переплета, в котором она оказалась.

Угадав ее мысли, Карло продолжал:

— Бракосочетание состоится в пятницу в часовне в поместье моего отца. Вечером будет прием в отеле «Хилтон» в Палермо для моих друзей и партнеров по бизнесу. И на этот раз никто не убежит, — жестко произнес он.

— Я не сбежала! — вырвалось у нее. — Ты знаешь, что произошло. Хотя, узнав о тебе всю правду, я бы все равно ушла. И как только представится случай, я уеду отсюда, — добавила она решительно. — Ты не сможешь все время следить за мной. — Она все еще не была готова полностью смириться с его планами. Ее замечание вызвало взрыв смеха.

— Мне и не нужно следить, сага. Ты не сможешь покинуть остров без моего ведома и тем более далеко не уйдешь без паспорта.

Стефано! Она отдала ему паспорт в аэропорту, совершенно забыв попросить вернуть, когда они прошли таможню. Она тихо застонала, осознав безвыходность ситуации. — Полагаю, мой паспорт у тебя?

— И полагаешь верно. Стефано вручил его мне вместе с твоей восхитительной персоной. Так что советую выбросить из головы всякие дикие идейки насчет побега.

Машина остановилась, и Хэлин с интересом огляделась вокруг. Они запарковались в саду, примыкающем к большому зданию. Его величественный фасад светился множеством окон, отражавшихся в водах большого, украшенного скульптурой фонтана в центре сада.

Едва она потянулась к дверке автомашины, как Карло поймал ее за руку. Она вздрогнула от его прикосновения.

— Постой, — резко сказал он. Потом достал что-то из внутреннего кармана пиджака. — Дай мне другую руку.

— Зачем? — ничего не понимая, спросила Хэлин.

— Нельзя, чтобы ты встретилась с моей семьей без этого. — Она смотрела на него, потеряв дар речи. Он надел ей на палец великолепное кольцо с изумрудами и бриллиантами. У нее перехватило дыхание, когда она узнала его. Ее рука затрепетала в его руке, и помимо воли у нее вырвалось. — То самое кольцо! — в ее взгляде читался вопрос.

— А почему бы и нет? То, которое ты сама выбрала, хотя понадобилось значительно больше времени, чем первоначально предполагалось, чтобы надеть его тебе на палец, — насмешливо заметил Карло. Он отпустил ее руку и вышел из автомашины.

Хэлин разглядывала кольцо, и слезы застилали ей глаза — она вспомнила, как они вместе выбирали его в магазине. В голове мелькнуло: а не сложилась бы ее жизнь более счастливо, если бы отец не рассказал ей правду. Она тут же испуганно отогнала эту мысль в самый дальний уголок сознания, инстинктивно чувствуя, что предаваться таким фантазиям в ее положении опасно. Слишком легко во второй раз попасть под гипноз обаяния этого человека.

Карло схватил ее за руку и буквально вытащил из машины. — Тебе холодно, — заметил он. Его рука скользнула ей за спину, длинные пальцы легли на ее обнаженное плечо. — Нужно было захватить с собой шаль, вечера бывают прохладные.

Хэлин не ответила. Все свои силы она сконцентрировала на том, чтобы сохранить спокойствие. Поэтому она не заметила той нежной заботы, которая мелькнула в темных глазах обнявшего ее мужчины. Она осторожно высвободилась из под его руки под предлогом, что ей хотелось бы посмотреть дом.

Холл был просторным, облицованным от пола до потолка панелями темного дерева. По обе стороны шли двери, а в центре массивная резная лестница, изгибаясь, вела на верхние этажи. Стены украшали старинные картины, в большинстве своем портреты, отмеченные, как ей показалось, явным сходством с человеком, находившимся с ней рядом.

Она оглядывалась в изумлении: интерьер напоминал какой-то средневековый замок.

За спиной у нее послышалась быстрая итальянская речь:

— Карло! Как я рада тебя видеть. — Хэлин повернулась и увидела, что Карло обнимает маленькую седую женщину, одетую по традиции во все черное.

— Роза, ты все молодеешь, — сказал он, отстраняя ее хрупкую фигурку от себя и широко улыбаясь. Выражение неподдельной радости смягчило резкие черты его лица, он сам выглядел на несколько лет моложе.

Хэлин нервно выслушала пышные поздравления этой улыбающейся женщины, которая, как она предположила, была экономкой.

Они прошли за Розой в комнату налево. Карло крепко держал Хэлин под руку. Склонив голову, он прошептал в дверях:

— Не забудь быть вежливой с моей семьей. — И не успела она осознать, что он намерен сделать, как его губы мягко прижались к ее губам. Нежная ласка захватила ее врасплох: губы раскрылись в невольном приглашении. Осознав спонтанность своей реакции, она вспыхнула, как маков цвет, и отвернулась.

Карло торжествующе прошептал:

— Не стесняйся, сага, формула сексуальных симпатий меняется редко. — Ей захотелось сбить самодовольную усмешку с его лица пощечиной. Она была в ярости от того, что откликнулась на его поцелуй и уже готовила язвительный ответ, как вдруг осознала, что они стоят перед стариком, сидящим в инвалидной коляске.

Хэлин быстро подавила свое удивление. Карло упоминал, что его отец не совсем здоров, но она не ожидала увидеть его в инвалидном кресле. Представляя ее, Карло подошел и встал рядом с отцом.

Даже если бы ей не сказали, она бы не сомневалась, что это его отец. Ошибиться было трудно — сходство граничило с зеркальным отражением за исключением того, что у этого человека голова была вся седая. А лицо такое же: с резкими чертами и высокомерное, но только больше морщин, и кожа свисает тяжелыми складками. Даже сидя он производил впечатление очень высокого человека. Она перевела взгляд на Карло, небрежно прислонившегося к креслу. Он смотрел ей прямо в глаза. В этот момент отец заговорил:

— Ты опоздал, Карло. Ты же знаешь, как я ненавижу непунктуальность. — Карло ответил не сразу, а позволил своему взгляду откровенно блуждать по стоявшей перед ним девушке, задерживаясь на прядях золотистых волос, свободно ниспадающих на плечи, на линии ее грудей, просвебодно ниспадающих на плечи, на линии ее грудей, просвечивающих сквозь кремовый шелк платья, потом скользнуть ниже, к ее бедрам и длинным, прекрасной формы ножкам.

— Согласись, отец, что Хэлина — достаточно веская причина для любого мужчины, чтобы опоздать? — ответил он, а его взгляд пополз вверх по ее телу.

Ей показалось, будто эти оценивающие глаза раздели ее донага, и помимо воли краска стыда стала заливать ей лицо. Двое мужчин дружно засмеялись, очарованные ее застенчивостью. Отец сказал:

11
{"b":"5485","o":1}