ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— У меня все в порядке, спасибо, — вежливо проговорила она. — Извините, мне надо заняться гостями.

Но он не позволил ей так просто отойти:

— Подожди, Ребекка…

— Ах, Бэкки, милая, дай мне чего-нибудь быстренько выпить, и поскорей двинемся, пока Джонатан не устроил нам концерт! — Это Мэри пришла ей на выручку, и Ребекка, с облегчением переведя дух, ускользнула от Бенедикта и постаралась затеряться в толпе гостей, спешащих к своим машинам.

Стоя возле купели в старой церкви, теперь уже снова рядом с Бенедиктом, причем его рукав касался ее плеча, она всем своим существом ощущала его соседство. Улучив момент, она украдкой покосилась на него. Он выглядел чертовски привлекательно. Его довольно длинные темные волосы падали на ворот пиджака. В какое-то мгновение его мускулистое бедро слегка прикоснулось к ней, она дернулась в сторону и едва сумела ответить священнику. К счастью, никто не заметил ее смущения.

За исключением Бенедикта. Он повернулся к ней, и глаза его насмешливо вспыхнули.

— Мы ведь в церкви, Ребекка, ты в полной безопасности… Пока что.

Его шепот вновь возмутил ее, но она ничего не могла поделать. А до чего же хотелось врезать хорошего пинка этому самоуверенному истукану!

Когда они вернулись домой, Ребекка изо всех сил пыталась избегать Бенедикта, но, куда бы она ни направлялась, он возникал перед ней как из-под земли. Оживленно беседуя с гостями, она его в упор не замечала, но его это нимало не конфузило.

— Я тебя все равно достану, Ребекка, — в какой-то из моментов пробормотал он ей на ухо.

Лучше умереть, подумала она с горечью, отпрянув от него, и вздохнула с облегчением, завидев вновь прибывших гостей: Фиону Гривз и ректора с супругой. Фиона тотчас же устремилась к Бенедикту и, с обожанием ухватив его .под руку, стала с ним ворковать.

Ребекка сказала себе, что ей все равно — пусть будет другая женщина. Но взгляд ее постоянно устремлялся туда, где стоял Бенедикт. Присутствие этого сильного, динамичного человека привлекало к себе людей. Бенедикт поднял голову, и глаза их встретились; он подмигнул ей…

Волна отвращения к себе захлестнула Ребекку. Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, — ведь все уже кончено, и она пережила это. Но нервы ее были как натянутая струна.

Расслабиться никак не удавалось.

Может, пойти в дом, там никого нет; постараюсь привести себя в чувство, подумала она и прошла в гостиную. Подарки крестнику были аккуратно выставлены на столе, и от нечего делать она стала читать приложенные к ним карточки; на одной она, посмеиваясь, прочла: «Отправляюсь за набором». Карточка была приложена к серебряному кольцу для салфетки.

— На твоем месте я бы не улыбалась. Фиона! Как это она отцепилась от Бенедикта? — подумала Ребекка и, невольно покосившись на открытую дверь, увидела, что Мэри как раз заводит Бенедикта в кабинет.

— Это почему же? Мне кажется, крестины удались на славу, — ответила Ребекка, делая вид, что не замечает намека Фионы.

— Брось, Ребекка. У тебя был исключительный шанс, и ты его упустила.

— Антрополога нельзя назвать исключительным шансом. Я еще понимаю, если бы он был мультимиллионером, — пошутила Ребекка, надеясь, что Фиона отстанет.

— Так ты не в курсе? Или притворяешься? Хотя вряд ли. — И, откинув назад рыжеволосую голову, Фиона расхохоталась.

Ее резкий фальшивый смех резанул Ребекке по нервам. Нет, она не будет задавать никаких вопросов, хотя Фиона явно этого ожидает.

— Дорогая, Бенедикт Максвелл — миллионер, и даже более того. Ты, конечно, слышала об «М и М», англо-французской фирме, связанной с электроникой? — Фиона сделала паузу, но, не дождавшись от Ребекки никаких проявлений интереса, все-таки пояснила:

— Монтень и Максвелл. Подробности были в телевизионной передаче Джеффа Кейтса, недели две назад. Он брал интервью у Бенедикта и страшно его разозлил, предположив, что никакой он не гениальный антрополог, а его открытие неизвестного племени — всего лишь счастливая случайность.

— Это странно. — Почему-то Ребекке захотелось защитить академические достижения Бенедикта.

— Знаешь, что о нем говорят? Деньги к деньгам, слава к славе и тому подобное. Когда Бенедикт взял себе двухгодичный отпуск в фамильной фирме, а потом пропал и все думали, что он погиб, его дядя, Жерар Монтень, управлял компанией по своему усмотрению. Но Бенедикт вернулся и стал председателем правления.

Ребекка поражение глядела на Фиону. Неужели «М и М» принадлежит Бенедикту? Она слышала об этой фирме. Кто хоть изредка заглядывает в деловую прессу, не может не знать об «М и М». Фирма, взявшая на себя большой объем работ по электронному обеспечению туннеля под Ла-Маншем. Да, конечно, ведь Гордон говорил ей, что его мать француженка. Мать Бенедикта… О Боже! Какая же я идиотка, ахнула про себя Ребекка.

— Ребекка, я хочу поговорить с тобой. — Стальные пальцы схватили ее за руку, и, подняв голову, она увидела смуглое лицо Бенедикта. — Наедине, — проговорил он сердито.

Что-то или кто-то неприятно задел этого самонадеянного человека; казалось, в воздухе назревает гроза. Но Ребекка не собиралась играть роль громоотвода. Однажды он уже поступил с ней именно так, но никогда больше…

— Бенедикт, милый, я думала, что вы никогда не вернетесь к нам, — заворковала Фиона.

— Оставь, Фиона, я хочу поговорить с бывшей невестой.

Ребекка даже пожалела девушку; ее умело загримированное лицо сделалось пунцовым, и, надменно вздернув голову, она вышла из комнаты.

— Довольно грубо, но, по сути, правильно, — заметила Ребекка хладнокровно. Бенедикт еще крепче сжал ей руку. — Отпусти меня, — сказала она резко.

— После нашей краткой беседы можешь идти ко всем чертям, но сначала я требую объяснения.

Взглянув на него, она позволила отвести себя в кабинет через холл. Она не простит себе никогда, если допустит, чтобы он устроил здесь сцену, да еще в день крещения. Не хватало только этому человеку испортить один из счастливейших дней в жизни Мэри.

Бенедикт явно был на грани бешенства; сжатые губы, злобный блеск в золотистых глазах. Что его так разволновало? Непонятно почему, но, как только дверь кабинета за ними закрылась, по спине у нее пополз страх.

— Ну, Ребекка, отвечай, какого черта ты все рассказала Мэри? Меня никогда в жизни так не оскорбляли. Пять минут тому назад меня поджаривали здесь на углях за мое якобы недостойное поведение. И кто же? Женщина, которую я знаю много лет. Мэри сожалела, что не смогла мне дозвониться, иначе мне было бы отказано стать крестным отцом ее сына. Это твоя работа!

Ребекка вздохнула: как она сразу не догадалась? Мэри справедливый и откровенный человек. И теперь то, что она случайно увидела в открытую дверь, стало ей понятным: Мэри вела Бенедикта в кабинет «на ковер».

— Почему ты так возмущаешься, Бенедикт? Я рассказала не более того, что ты и сам знаешь как участник. — Она старалась выглядеть спокойной, хотя чувствовала себя очень несчастной. Ей не приходило в голову, что Мэри сразится с Бенедиктом…

— Я не ожидал, что меня будут обвинять в изнасиловании, — грубо огрызнулся он, и внезапно руки его метнулись к ее худеньким плечам; он судорожно притянул ее к себе, резко наклонился и, не успела она опомниться, впился поцелуем ей в губы. Его пальцы запутались в копне ее черных волос, растрепав аккуратный пучок.

Ребекка откинулась назад, волосы рассыпались по плечам. По непонятной причине поцелуй смягчил его гнев, и он что-то тихо пробормотал. К своему стыду, она кротко вздохнула, признавая свое поражение. Он выпрямился и, держа ее на расстоянии вытянутой руки, уставился сверкающими глазами на алые опухшие губы и красноречивый румянец на лице.

— Если бы Мэри могла тебя сейчас видеть, она бы поняла, что ты лгунья и тебя следует проучить. Что за насмешка! Ты не могла от меня оторваться, — сказал он язвительно.

Все, оказывается, было гораздо хуже, чем Ребекка могла себе представить. Мэри не только предъявила ему претензию по поводу разрыва, но, очевидно, добавила свои собственные домыслы насчет отношения к нему Ребекки.

15
{"b":"5486","o":1}