A
A
1
2
3
...
17
18
19
...
36

Лекции занимали все ее время, и днем она еще более-менее держалась, но по ночам, в одиночестве, горько плакала. Иногда не могла уснуть до рассвета.

Она еще раз побывала в Оксфорде в октябре, когда Руперт и Мэри устроили прощальный вечер. Вернувшись в Ноттингем, она имела возможность окончательно убедиться в собственном безрассудстве: наконец-то посетила врача и тот подтвердил, что она беременна.

Ребекка сменила свою комнату на двухкомнатную квартиру и, проведя Рождество с Джоан и Джошем, посвятила их в свою тайну. Они оказали ей незаменимую поддержку. Даниэль родился в пасхальные каникулы, и Джоан провела с Ребеккой более месяца.

Все складывалось отлично. Ребекка блестяще сдала выпускные экзамены, после чего предложила свои услуги одной из лондонских школ и была немедленно принята. Остаток лета она провела с малышом и занималась домашним хозяйством…

Ребекка встала и подошла к окну. Взгляд ее блуждал вдоль широкого побережья, уносился в бескрайние морские просторы. Волны с чувственной истомой ласкали берег, а луна озаряла эту сцену серебряным сиянием. Сомнения мучили ее, и предметом ее сомнений был Бенедикт Максвелл… Правильно ли она поступила? Да, конечно, ответила она сама себе и подняла глаза к усыпанному звездами ночному небу, как бы ожидая от небес подтверждения.

Она передернула плечами. Если не быть начеку, ее уютная по-своему жизнь может резко измениться.

— Я пригласила друга, ничего? Ребекка вскочила на ноги, уронив сосиску, которую пыталась подцепить на вилку с жаровни.

— Проклятье! — выругалась она сквозь зубы и, повернув голову, увидела процессию, идущую по саду: возглавляли ее Долорес с сияющим лицом и Бенедикт Максвелл, а за ними тянулась вся группа.

— Мы встретили вашего друга, и я пригласила его к нам на ленч.

— Надеюсь, ты не будешь возражать? — Бенедикт подошел к ней. Его золотистые глаза осмотрели ее едва прикрытое тело с явным одобрением.

Ребекка внутренне содрогнулась, горько пожалев, что не оделась более капитально. Короткие шорты и купальный лиф были плохой защитой от изучающих глаз Бенедикта. Но еще больше ее беспокоил вопрос: что он здесь делает? Мисс Смит повела ребят на экскурсию по городу. Каким образом Долорес спелась с Бенедиктом?

Она неуверенно покосилась на его крупную мужественную фигуру. На нем была черная безрукавка, подчеркивающая мускулатуру грудной клетки, бежевые брюки облегали бедра, на ногах пара легких мокасин.

— Вчера я чуть с ума не сошел, когда увидел, что ты постриглась: сразу вспомнилось, как твои волосы рассыпались по моей подушке, — сказал он тихо. — А теперь мне так тоже нравится. — И он провел рукой по ее коротким вьющимся волосам.

Она тряхнула головой, пытаясь избавиться от его прикосновения, а заодно и от воспоминаний, навеянных его словами, и резко проговорила:

— Признаться, не ожидала, что ты будешь приставать к подросткам.

— Не глупи, Ребекка, я зацепил Долорес, чтобы через нее найти тебя.

Она поверила. Вся беда в том, что она хотела быть найденной. Нет слов, опасный он человек, с него станет лишить ее последнего… Она враждебно сощурилась и хотела сказать, что незачем было искать ее, но в это время мисс Смит восторженно заахала:

— Ребекка, представляю себе, какой это для вас сюрприз! Встретить старого друга, мистера Максвелла! Подумать только, ваш папа был одним из его профессоров в университете. Как все-таки тесен мир! Я рассказала вашему другу о моем маленьком несчастье, — и она показала забинтованную руку. — Отгадайте, что он предложил?

Торжество, сквозившее в глазах Бенедикта, подсказало Ребекке, что предложение это ей не понравится.

— Яхта мистера Максвелла простоит здесь несколько дней, в связи с небольшим ремонтом. И мистер Максвелл любезно предложил помочь с вождением автобуса. А в четверг ребята покатаются на его лодке. Здорово, не правда ли?

Подавив тяжелый вздох — все оказалось хуже, чем она предполагала, — Ребекка сказала решительно:

— Я не считаю возможным обременять мистера Максвелла таким образом.

— Ерунда, Ребекка, для меня это удовольствие, — благодушно протянул Бенедикт. — Для чего же тогда нужны друзья?

Она окинула его пытливым взглядом; несомненно, он использовал последние два часа, чтобы завоевать доверие ее коллег и ребят. Она представила себе выражение их лиц, если бы она им все рассказала: как он ее соблазнил и сделал матерью… Даниэль. Мысль о сыне охладила ее гнев. Она должна быть начеку. Одно неосторожное слово, и Бенедикт узнает о том, чего не должен знать никогда. Открыто выражать свою ненависть не стоит. Лучше принять его игру. Изображать дружбу, а через несколько дней дороги их разойдутся.

— Ну что ж, если вы уверены, что вас не затруднит. — . — бросила она беззаботно, сама удивляясь своему актерскому таланту. — Помощь с автобусом будет нам весьма кстати. — Детки сведут его с ума в первый же день, так и надо этому истукану, подумала она со злорадством.

— Напротив, Ребекка, мне будет приятно. Это мы еще посмотрим… Наивный человек. Его ждет разочарование. С этой утешающей мыслью она стала накрывать на стол.

К ее неудовольствию, оказалось, что единственное место для нее осталось в конце скамьи, рядом с Бенедиктом. Она села за стол, и его бедро коснулось ее голой ноги; она непроизвольно дернулась.

— Зачем нервничать, Ребекка? В этом нет необходимости. Выпей, — проговорил он мягко и, взяв большую бутылку дешевого вина, наполнил ее стакан. — Вообще-то полагается шампанское, чтобы отметить наше воссоединение.

Реплика, произнесенная им с чувственной гортанной интонацией, его дыхание, коснувшееся ее лица, золотистые глаза с нескромным блеском — все это будоражило ее, доказывая, что она до сих пор под его чарами и никогда не сможет излечиться от печального недуга.

— Навряд ли воссоединение, — сказала она осторожно.

Слабая улыбка тронула его жесткие губы.

— О да, Ребекка, и я даже надеюсь на большее, — протянул он, и взгляд его, скользнув с ее лица, остановился на полной груди, вызвав в ней дрожь, что ее очень огорчило. — Я жду не дождусь завтрашнего дня, чтобы сопровождать вас в Коньяк. А в среду, кажется, у вас опыты на природе, ну а в четверг мы идем под парусом;

— Ни к чему все это, — выпалила она, забыв, что решила принять его игру.

— Но, Ребекка, я уверен, что ты во мне нуждаешься.

Она покраснела и отвернулась. Он мне не нужен, мне не нужен никто, упрямо твердила она себе.

— Я имею в виду присмотр за детьми, — иронически уточнил он. — Хотя Долорес говорила, что вы здесь до пятницы, так что, может быть, все-таки пообедаем вместе, — продолжал он свою издевательскую игру.

Дура я, дура, бичевала себя Ребекка. Разумеется, Бенедикт не имел в виду, что она нуждается в нем лично.

— У Долорес большой чувственный рот, — неожиданно для себя пробормотала она.

— Да ты что, Ребекка, при чем тут твои ученики? — с усмешкой ужаснулся Бенедикт.

Она постаралась напустить на себя невозмутимый вид и стала с остервенением расправляться с сосиской, словно разделывалась с Бенедиктом. А что касается Долорес… Она с ней еще поговорит. Кто знает, о чем этой девчонке взбредет в голову с ним болтать. От школьных дел легко перейти на личную жизнь. Она не допустит сплетен. Поднеся к губам пластиковый стакан, она выпила вина, чтобы успокоить нервы. Затем снова взялась за сосиску. Немного успокоившись, она наконец огляделась вокруг себя и, к своему ужасу, обнаружила, что Бенедикт договаривается с мисс Смит и мистером Хамфри о том, чтобы Ребекку отпустили в среду вечером с ним пообедать.

— Нет, — вмешалась она, — я не могу оставить вас вдвоем с детьми.

— Ерунда, Ребекка, ты будешь загружена следующие два дня, надо же хотя бы один вечер провести со старым другом. Я не желаю ничего слышать, — настаивала мисс Смит.

Фиалковые глаза Ребекки сверкали негодованием. Самодовольная ухмылка и явное торжество, сквозившие во взгляде недруга, заставили ее стиснуть зубы, чтобы не выругаться. Несомненно, по части манипулирования обстоятельствами и людьми Бенедикт Максвелл усовершенствовал свое мастерство. Если он решил провести следующие два дня с их группой, а также побыть с ней наедине, должно быть, у него имеется какой-то тайный план. Сейчас для нее самое главное — поберечь нервы. Лучше истратить свою энергию на то, чтобы выяснить, что у него на уме…

18
{"b":"5486","o":1}