ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Она понурилась, будто дожидалась радостной вести – но так и не дождалась.

– Пропала Люда, – поведала наконец женщина. – В субботу вечером пошла к подружке на день рождения… к подружке по старой школе, Наташе Волковой. И не вернулась.

Дмитрий почувствовал, как что-то скользкое и холодное коснулось желудка. Ничего себе дела! Люда Беляева, старательная хорошистка-брюнеточка, пришла в гимназию в позапрошлом году. Мама – библиотекарь в каком-то вузе, отца нет. Дочка же – девочка тихая, но не забитая, просто флегматик по натуре. Отличалась успехами в хоре, посещала факультатив по художественной вышивке…

– А что говорит подруга? – спросил он, стараясь скрыть напряжение в голосе.

– Говорит, всё хорошо там было, веселились… танцевали, музыку крутили. А потом, уже после одиннадцати, когда расходиться стали, оказалось, её нет. Один мальчик, из той же школы, её как раз проводить хотел – ну и вот…

– И никто ничего не видел, не знает?

– Ну, – задумалась Ирина Сергеевна, – я не успела ещё всех порасспросить. Только Наташу, Лену и этого мальчика, Костю. Там же человек двадцать было.

– А далеко от той девочки до вашего дома?

– Да не слишком. Или три остановки на одиннадцатом трамвае, или минут двадцать пешком. Наташа на Преображенке живёт, возле кинотеатра Моссовета.

– В милицию вы обратились? – задал Дмитрий неприятный, но необходимый вопрос. Про больницы и морги спрашивать не стал – и так ясно, что по нулям.

– Конечно! Ещё вчера. – Лицо её дернулось. – И они меня обхамили! Сказали, что заявление примем, положено, а на особую активность не рассчитывайте. И что таких девочек, которые от мамы с папой погулять вышли – пруд пруди. А потом приходят… с букетом венерических болезней. Лучше воспитывать надо было, сказали. Там один такой капитан был толстомордый…

Она не выдержала, уткнулась лицом в ладони, зарыдала. Дмитрий поднялся, поплотнее прикрыл входную дверь и затем уж осторожно коснулся её плеча.

– Не надо, Ирина Сергеевна, нельзя сейчас. Держитесь. Идиотов всяких полным-полно, стоит ли обращать внимание на гадости? Скорее всего, ничего страшного и не случилось, разные ведь бывают обстоятельства. Милиция милицией, а надо попробовать и самостоятельно разобраться.

Он говорил эти обязательные, но пустые слова – ритуальные фразы. Вот так же утром и отец Георгий успокаивал его… тот хоть не кривил душой. А тут… «Ничего страшного не случилось». Случилось страшное. Сам не понимая, отчего, он это знал. Столь же непреложно, как теорему синусов.

– Вот я и пришла, – справившись с собой, сказала женщина. – Я ведь что хотела – может, вы поговорите с девочками из класса? Ну, мало ли? Вдруг она у кого-то из них? Может, на что-нибудь обиделась, ушла? Вы ж понимаете, такой трудный возраст. Может, она кому сказала чего, где её искать?

– Это мысль, – обнадёжил несчастную мать Дмитрий, вновь ловя себя на фальши. – Я обязательно обзвоню сегодня девчонок. Что же касается милиции… Наверное, надо поискать какие-то знакомства в этих структурах… ну, чтобы воздействовать на местное отделение… чтобы по крайней мере выполняли свои прямые обязанности. Кажется, даже в нашем классе кто-то из родителей имеет отношение к прокуратуре… я позвоню. Должны помочь, нормальные люди ведь… И конечно, мы все будем молиться. Вы уже говорили с Мариной Павловной?

– Нет… – всхлипнула Ирина Сергеевна. – Я вчера батюшке нашему сказала, а сегодня сразу вам.

– Ладно, с директором я сам поговорю. А вам надо бы сейчас домой. В конце концов, кто-то непрерывно должен там сидеть на телефоне. Вечером я позвоню в любом случае. Вас проводить?

– Спасибо, не стоит. Спасибо вам!

Дмитрий долго сидел, уставившись в столешницу. Пусто было на душе. Пусто и гадко. Так всегда бывает, когда чувствуешь собственную беспомощность. Ну что он может, что? Про родителя из прокуратуры наплёл единственно с целью утешения. Да и толку? Просто быстрее открылась бы ужасная истина. Ведь если умная, воспитанная девчонка без всякой видимой причины пропадает – значит, дело плохо. Значит, какой-то криминал. Ушла вечером домой. Почему ушла? Почему тайно, никого не предупредив? Может, поссорилась с кем-то? Обиделась? А дети, ясное дело, темнят. Потом-то всё равно расколются, не маме так милиции, но поздно, поздно!

Значит, ушла одна, в расстроенных чувствах. По сторонам, небось, не смотрела. И что? Сбило машиной? Был бы труп. Или водитель, осмотревшись и не обнаружив рядом свидетелей, увёз куда-нибудь тело? Закопать за городом, в лесу – не найдут ведь никогда. Небось, на один «найденный и опознанный труп» из криминальной хроники приходится десяток неопознанных. Или ещё хуже… маньяк какой-нибудь, извращенец. Затащил, угрожая ножом… или даже не угрожая. Кажется, где-то писали, будто некоторые маньяки обладают гипнотической силой, и женщины идут за ними… как в романах про вампиров. Врут, наверное… Жёлтая пресса… стремящаяся к металлу жёлтого цвета… А вдруг? Или какие-нибудь обкурившиеся гопники…

Дмитрий резко встал, хрустнув суставами. Какое-то смутное беспокойство, неоформленная тревога проникли в душу. Казалось, что-то надо немедленно делать. А что?

Он повернулся к иконе – в гимназии образа висели в каждом классе – и широко перекрестился.

– Пресвятая Владычице, Матерь Божия, ну помоги! Спаси эту девочку, вырви её из беды. Оборони, защити! И маме её тоже помоги, укрепи её. И мне…

И всё? Это всё, что он может? Девчонка ведь гибнет! А главное, времени почти не осталось. Надо успеть!

Дмитрий дёрнулся, как будто его укололи булавкой. Откуда он это знает? Откуда знает, что Люда ещё жива, но нужно спешить? А ведь знает же!

Знать бы ещё, куда бежать… Девчонка где угодно может быть. Не факт, что и в Москве. Мало ли куда увезли? Может, чеченцы? Похищают же они людей. Трудно было представить, какой выкуп способна заплатить одинокая библиотекарша, но мало ли?

Он глубоко вздохнул. Наскоро покидав в сумку книги и тетради, запер кабинет. Уже на лестнице стало вдруг ясно, что делать. Стоило представить себе лицо Люды – смуглое, кареглазое, с ямочкой на правой щеке – и сразу пришло знание. Надо сейчас срочно ехать на Преображенку и самому пройти от дома той девочки до дома Беляевых. Все адреса он ещё в позапрошлом году, получив классное руководство, переписал себе из журнала. Вот и пригодилось.

Дмитрий сам не заметил, как спустился в метро, как проехал несколько станций, как перешёл на красную ветку. С каждой минутой он чувствовал: время утекает. И сейчас не хотелось размышлять, откуда в нём это странное знание и стоит ли ему доверять. Перед глазами стояло лицо девочки – и значит, всё остальное было не важно.

Направление он почувствовал сразу, едва выйдя на воздух. В несколько приёмов, подлаживаясь под невыносимо медленные светофоры, пересёк Преображенскую площадь. Всего лишь ветерок, струйка холода, касающаяся лба – но стоило ему ошибиться, повернуть не туда, и струйка пропадала. Приходилось растерянно крутить головой, вызывая, наверное, усмешки прохожих. То ли за наивного провинциала принимали, то ли за изрядно выпившего.

Места, конечно, неприятные. Старые, облезлые дома, какие-то кривые переулочки. И в небе тоже ничего хорошего – сгустились плотные, желтобрюхие тучи, намекая на скорую грозу. Отдельные капли – увесистые точно градины – уже расплылись на асфальте. Дмитрий сообразил, что не взял зонта, но тут же забыл о таких пустяках.

Знай он дорогу заранее, наверное, весь путь не занял бы и десяти минут. Но когда через пару шагов останавливаешься, ловишь указующий холод – время растягивается неимоверно. Да ещё и ветер мешал, студеный ветер, поднявшийся перед грозой. Приходилось отделять тот холодок от этого, обычного.

Наконец «направление» привело его к оплывшему под собственной тяжестью длинному восьмиэтажному дому, некогда окрашенному жёлтой краской. Сейчас невозможно было и сказать, какого же цвета эти грязные, облупившиеся стены. Небось, капитального ремонта не делали никогда. Из принципа. Как тут только люди живут?

9
{"b":"55","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Как искусство может сделать вас счастливее
Поющая для дракона. Пламя в твоих руках
Завтра на двоих
Сияющие высоты
Вальс деревьев и неба
Вольный князь
Дневник автоледи. Советы женщинам за рулем
Разведенная жена, или Черный квадрат
Клетка «на диете». Научное открытие о влиянии жиров на мышление, физическую активность и обмен веществ