ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Морроу Винд

Путь Темного. Шаг в сторону

Путь Темного‑2

Картинки.

http://vk.com/album41941859_182312238

Пролог

— Как тебя зовут? — Спросил он.

— Гера Поттер. — Спокойно ответила она, не моргая и не сводя глаз с точки на стене, а он ходил вокруг нее и продолжил задавать вопросы.

— Кто твои родители?

— Джеймс и Лили Поттер.

— Как ты чувствуешь себя в семье?

— Я счастлива. Они любят меня.

— Кто твои друзья?

— Рон и Гермиона.

— Почему?

— Рон — мой друг детства. Он мой самый лучший друг, я ему доверяю, и он мне нравится. Он всегда за меня заступался и защищал от плохих людей. Он подарил мне кольцо на Рождество и провел каникулы со мной в Школе.

— Верно. А Гермиона?

— Она — моя подруга. Она очень умная, умнее меня и всех. Она лучшая. Она учила меня заклинаниям и помогла справиться с уроками и испытаниями. Мы с Роном спасли ее от тролля и с тех пор дружим.

— Хорошо. — Он довольно кивнул. — Где ты учишься?

— На факультете Гриффиндора, лучшем факультете. Я со всеми дружу и люблю учиться там.

— Кто твой враг?

— Воландеморт и все Слизеринцы. Они — темные маги и зло. Они — дети Пожирателей смерти, подлые и хотят только плохого. Я недавно победила Воландеморта с помощью Защиты, которую мне дали вы.

— Молодец. Кому ты доверяешь?

— Вам, директор. Вы всегда даете мне советы. Когда мне плохо, вы приглашали меня к себе на чай и там помогали мне советами. Вы поручили мне важную миссию, и я ее выполню.

— Блестяще, Гера. — Улыбнулся директор. — И напоследок. Кто такой Луксиния?

— Очень неприятный тип. Не лучше Малфоя. Он обижает моих друзей, унизил Гермиону, сломал руку Рону и обижал меня. Я не должна с ним общаться и всячески избегать его компании.

— Чудно. А теперь поспи, ты утомилась. — Сказал он, и девочка тут же уснула. — Можете входить.

В комнату вошли обеспокоенные Джеймс и Лили.

— Все хорошо, она очищена от зла. Влияние Тома подстегнуло крестраж, но я сумел подавить его, все теперь будет в порядке. Хотя небольшие проблемы с памятью останутся. — Успокоил он их.

— Вы уверены? Я не хочу подвергать Тима опасности от этой мерзости. — Спросил Джеймс смотря на девочку. — Мне тяжело смотреть, как мою дочь поглотил злой дух и порой обманываюсь ею.

— Крепись, Джеймс. — Директор положил руку ему на плечо. — Это ваше испытание, ваша ноша, которую я стараюсь облегчить. Не поддавайтесь, она только и ждет момента.

— Я понимаю. Но… — Он посмотрел на дочь, которой никогда у него не было.

— Будет ли шанс, что она очистится? — Спросила Лили.

— Я не могу ничего обещать.

— Может лучше убить ее сейчас? Пока есть шанс. Облегчить ее страдания. — Предложил Джеймс.

— Нет. Ее защищает пророчество, и только Темный Лорд может ее убить. Она пока полностью не проснулась и не ведает, кто ее враг, а значит, есть шанс, что Том ничего не поймет и убьет ее. Увы, это единственный шанс спасти ее душу.

Лили заплакала на плече мужа.

— Нельзя ей сейчас вредить, иначе это может навредить и Тиму.

— Я понимаю, Альбус. Спасибо вам за все.

— Что вы… Вы мне как дети, которых у меня никогда не было. Я просто не могу бросить вас в беде.

— А что с Тимом?

— Не стоит ему ничего говорить. Он пока не поймет всего и не нужно рушить его веру. Пусть все останется, как было.

— Хорошо.

— Идемте, дадим ей поспать…

Они вышли из комнаты, а девочка продолжила спать. Только никто из них не знал, что за ними следили. Маленький мальчик, стоящий у дырки в стене все слышал. У него дрожали руки, стучали зубы, он испугался того, что услышал. В руках у него была подпаленная фотография его сестры с неизвестным парнем.

— Лу — лулуллллуу Луксиния… помоги…

Глава 1. Терпение и потеря

— Дамби — гад!

— И давно ты на фики подсел?

— А как ты догадался?

«Анекдот»

— Господин! Где вы?! — Звал я. И куда он мог подеваться. Искать его в саду очень сложно. Как бы он не поранился. — Господин! — Черт, надеюсь, его величество не убьет меня, когда узнает, что молодой господин опять потеряется.

— ЭЭЙ! — Слышу крик с ветки. — Попался! — Поднимаю голову, и на меня падает тело.

— УГХ! — Я упал, придавленный им.

— Хе — хе! Я поймал тебя, глупый «******», глупый! — Смеялся ребенок, прыгая по моей спине. И за что мне такое? Мальчик смотрит на меня большими изумрудными глазами. Ну как на такого злиться? Умеет меня разжалобить. — Пойдем играть!

— Да, господин. — Тяжело я вздохнул. Ну, куда он без меня, поранится же или заблудиться.

Почему я не слышу, как он меня назвал? Я вижу этот сон очень часто. Не понимаю, что со мной происходит. Кто это ребенок? И почему я подчиняюсь ему? Не понимаю. Не помню. Как же его звали? Черт. А меня?

О Темнейшая, дай мне ответ — кто я? Почему я не могу ничего вспомнить? Кто тот тип с фиолетовыми глазами и что ему от меня нужно? Ничего не понимаю.

Просыпаюсь и начинаю разминку. Физические нагрузки прочищают мозг. Не нужно думать. Расслабься. Но негатив в голову так и лезет. Гера не отвечает на письма. Пусть животные меня не любят, но одну сову мы завели, только с ней возятся родители. И те три письма, что я отправлял, так и не дошли. Невилл тоже писал, что не может ей написать. Неужели канон вновь жив и Добби мешает мне? Да не, рано еще. Но там у нее проблем с колдовством дома быть не должно. Ведь определить, кто в доме колдует, если там живут маги — невозможно. Она ведь обидится на меня, ну, что мои письма не доходили до нее. Точно обидится. Как же быть? Подарю ей цветы. Точно, девушки любят цветы. Надеюсь, прокатит.

Я вышел из комнаты и пошел есть. На стол уже накрывала мама, за столом сидели отец и Сириус и о чем — то болтали. Бродяга стал дорогим гостем у нас дома. Родители сначала испугались, но потом все поняли. Он часто к нам заглядывал, отец просвещал Нюхалза в реалиях «мира маглов», а уж музыка вообще стала его любимой. Пусть Сириус и принял главенство над родом Блэков и соответствует, но бесить своих родственников всем немагическим ему нравится. Портрет его матушки не знает, как быть. Радоваться, что сын за ум взялся или мучиться от песен Айросмита. Вот ему весело.

— Привет, Соловей. — Улыбнулся Бродяга.

Я зевнул, махнув ему рукой. Они продолжили свои обсуждения. Я же приступил к завтраку. Яичница с колбасой, еда русского джентльмена, студента и лентяя. Быстро поел, запил все сладким чаем и пошел гулять.

В парке Соха, как всегда, было оживленно. Пошел на музыку и хорошо провел время в компании моих знакомых музыкантов. Как всегда было весело, я порассказывал о том месте, где учусь, в разумных пределах. Потом пришли братья Криви. С ними я посидел подольше. Они тоже старались научиться играть, но пока не получается. Зато Колин — фотограф хороший. Он только достал меня вопросами о Гере. Я рассказывал, но парень был не тупым и понимал, что преследовать ее с расспросами не стоит. Так же решил со мной на Хафф пойти. Там все же я знакомый, а быть в окружении Избранной ему не хочется. Шансов быть ближе нет.

— ЭЙ, Соловей! — Позвал меня Сириус. — Нам пора.

— Ага. — Кивнул я, попрощавшись с друзьями, пошел за Бродягой.

Пора приступать к следующему пункту плана. Краска готова. После боя с Квиррелом, я достиг 2‑го уровня, и теперь я смогу выдержать нанесение магических знаков. Я сначала подумывал о Валласлинах, но тату на лице это уже сильно круто, а мне бы скрываться нужно.

Мы быстро добрались до места. Тату — мастер давно меня ждал, краска из крови горного тролля с добавлением экстракта из Дьявольских силков и мизерного добавления минерала, существование которого меня удивило, а именно Лириум. Это до жути редкий магический минерал, магически — радиоактивен, но стимулирует магию и простым магам очень вредит, но я Маг Смерти и такие проблемы — не для меня. Обычный маг может сделать себе только две татуировки, большего он не выдержит. Если добуду себе крови дракона, то будет мне японская татуировка на всю спину и месяц боли, потому как эта процедура крайне болезненна. Мой символ — это руна Уруз, руна силы и твердости. Руна в круге, а рядом рога быка. Ставится на левую руку и усиливает магические и физические Щиты. Позволяет использовать Щиты левой рукой без палочки — проводника. У меня появится крепкий Щит, блокирующий магию и физику. Ставиться будет невербально и легко. Но цена будет крутой.

1
{"b":"551835","o":1}