ЛитМир - Электронная Библиотека

Следующий день, 5 мая, был праздничным – Вознесение Христово. Жанна отказалась даже думать о войне и решила вновь вступить в переговоры с врагом.

Утром Жером Паскерель написал под ее диктовку новое послание англичанам. Жанна села на коня, вооружившись знаменем, взяла с собой д’Олона, который теперь не отпускал ее ни на шаг, и двух сопровождающих – самого меткого лучника, им был шотландец Ричард, и самого громкоголосого бойца. Ее горло немного осипло после взятия Сен-Лу, когда она нарезала круги вокруг форта и призывала смести англичан.

Вчетвером они выехали из Ренарских ворот в сторону форта Сен-Лоран. Там, на расстоянии полета стрелы, девушка передала знамя д’Олону, а сама привязала к стреле письмо.

– Англичане! – крикнул громкоголосый боец. – Послание от французов!

– Арманьякская потаскуха! – со стен Сен-Лорана что есть мочи кричали англичане. – Убирайся вон!

Но Жанна только сжала губы – она больше не хотела плакать! Вчерашняя битва стояла у нее перед глазами. Французская кровь – она дорого стоит! Сегодня она пришла с миром. Пусть англичане выбирают, как им поступать!

Ричард спешился для большей устойчивости и, прицелившись, выстрелил в сторону форта – в одну из деревянных его башен.

Через несколько минут хмурый граф Суффолк, который никак не мог пережить падение Сен-Лу, развернул свиток.

Текст был таков:

«Вы, англичане, не имеете никакого права на французское королевство. Царь Небесный повелевает вам и требует моими устами – Жанны Девы – оставить ваши крепости и вернуться в свою страну. Если вы этого не сделаете, я устрою вам такое сражение, о котором вы будете помнить вечно. Вот что я пишу вам в третий и последний раз, и больше писать не стану».

Далее стояла вызывающе наглая подпись: «Иисус, Мария, Жанна Дева».

Граф Суффолк потихонечку багровел – эта ведьма создала свою троицу! Но это было еще не все – далее шел поскриптум:

«Я бы послала вам письмо учтиво, но вы схватили моих гонцов, вы задержали моего герольда по имени Гийенн. Соблаговолите вернуть мне его, а я пришлю вам нескольких из ваших людей, захваченных в крепости Сен-Лу, так как погибли там не все.

Писано 5 мая 1429 года от Рождества Христова».

– Уилмор! – заревел Суффолк, призывая своего офицера. – Уилмор!

Командующий немедленно отдал приказ: переслать Гласдейлу, в Турель, подкрепление. Удара можно было ждать в любой момент…

Он сам не знал, как было верно его предположение!

Вечером за Жанной послали – ее приглашал Орлеанский Бастард на военный совет. Все полководцы уже были в сборе – за длинным столом, при свете факелов, она разглядела знакомые лица. Жанна сразу почувствовала подвох. Чересчур тихим был этот совет, точно все уже решено. Впрочем, так оно и оказалось. Ей сообщили, что назавтра готовится атака бастиона Сен-Лоран.

– Вы намеренно не пригласили меня? – спросила она, получив известие. Это была еще одна пощечина! – Вы не доверяете мне? – Она хотела добавить: «Даже после того, как я подняла боевой дух солдат и помогла взять Сен-Лу!» Но она только сказала: – Штурмовать Сен-Лоран? А не лучше ли вначале обратить взор на левый берег? Взять Сен-Жан-Ле-Блан, форт святого Августина и Турель?

Орлеанский Бастард переглянулся с другими полководцами.

– Не сердись, Жанна, – примирительно улыбнулся Орлеанский Бастард. – Ты не дослушала нас. Мы действительно решили угрожать Сен-Лорану, но когда из Турели на правый берег придет помощь, мы нападем на саму Турель. Это решение кажется нам разумным, а тебе?

– Вполне, – ответила девушка.

Она возвращалась в дом Жака де Буше разгневанной и полной решимости действовать, едва взойдет солнце. Капитаны, подстрекаемые первыми полководцами Буржского королевства, все еще хотели отделаться от нее? Не выйдет!

5

На следующий день, на рассвете, Жанна стала собирать солдат и городское ополчение для атаки форта Августинцев на левом берегу Луары – крепости, что защищала Турель. Соблазнив этой затеей Ла Ира, сторонника быстрых действий, взяв с собой Жана де Новелонпона и Бертрана де Пуланжи, окружив себя самыми преданными рыцарями, она вышла из Бургундских ворот и переправилась через Луару на вытянутый, похожий на острие копья, остров Туаль. Задача была – захватить небольшой форт Сен-Жан-Ле-Блан на левом берегу. Войско настороженно дожидалось, когда англичане дадут о себе знать, но форт подозрительно молчал. Тогда французы выстроили из лодок понтонный мост и перебрались на левый берег.

Англичане ушли из форта – они бросили его, присоединившись к основному гарнизону Турели и форта св. Августина. Это было обидно – Жанна намеревалась разделаться с англичанами, пока те были разъединены. Подход к бастиону, построенному на развалинах монастыря св. Августина, оказался свободен, но у Жанны и Ла Ира было слишком мало солдат, чтобы брать приступом эту крепость.

Надо было возвращаться назад.

В то самое время, когда французы собирались перебраться обратно на остров Туаль, из бастиона св. Августина вышло английское войско и устремилось на противника.

Французов могли перебить во время переправы, и тогда Жанна и Ла Ир, а с ними и другие конные рыцари, взяв на перевес копья, бросились на наступающих англичан. Пешие французы устремились за ними. Небольшой конный отряд врезался в английское войско, состоявшее из пеших латников, смел копьями несколько рядов, а затем, вооружившись мечами и секирами, принялся беспощадно вырубать атаковавших англичан.

Тут подоспели и пешие французы…

Несмотря на то, что были в меньшинстве, французы сумели очень быстро превратить атакующую сторону в отступающую. Теряя солдат в большом количестве, англичане отходили к своему бастиону. Но Жанне и Ла Иру этого показалось мало. С острова Туаль подходило подкрепление. На свой страх и риск, пока не подоспели солдаты из Турели, французы перенесли бой к стенам бастиона.

Англичане были ошеломлены – они не ожидали такой расторопности от противника! Вязанки из прутьев и осадные лестницы, приготовленные для засыпки рва форта Сен-Жан-Ле-Блан и штурма его стен, пригодились для рва и стен бастиона св. Августина. Жанна приказала воткнуть белое знамя в крепостной вал. Битва шла на валу и на дне рва. Утопая в вязанках, где они были, и на свободном пространстве, французы и англичане кромсали друг друга на куски. Но французы были решительнее – невиданное упорство ошеломило англичан.

Меч Жанны трепетал в ножнах, но она билась топором. У него была легкая длинная рукоять и тяжелая сталь. Ковальон знал толк в оружии! Годоны отказались от мира? – захотели войны? – и они получили ее!

Англичанин с занесенным мечом бросился на девушку, но она увернулась, припав на колено. Удар ее топора пришелся как раз в колено врагу – сбоку. Хруст кости ударил по ушам. Англичанин взвыл. Жанна быстро поднялась, топор легко взлетел и, точно по своей воле, зачерпнув недюжинной силы, врезался в бок англичанина. Хруст ребер – и еще один вопль. «Ты назвал меня арманьякской шлюхой?! – кричала она. – Получи же! Получи!» И третий удар – под подбородок. Лезвие распороло кольчугу на шее, и когда Жанна рывком вытащила топор, горячая струя крови рванула вверх, ударила ей в лицо. Она отшатнулась, мгновение приходила в себя, а потом, тряхнув головой, покрепче перехватив топор, бросилась дальше по насыпному валу…

Смятение и паника в рядах англичан, еще недавно намеревавшихся побить французов на берегу, а теперь оказавшихся в роли осажденных и погибающих, довершили дело. Бастион был взят, почти все англичане перебиты.

К девушке, стоявшей в компании Бертрана де Пуланжи и ординарца д’Олона, все еще державших в руках мечи, подходил Ла Ир. Направлялся к ним, разглядев издалека свою патронессу, и светловолосый Жан де Новелонпон. Шлем он держал в руке.

Все еще тяжело дышали.

– Жива – я рад, – широко улыбаясь, сказал Ла Ир.

– Ранили в ногу – копьем, – устало ответила Жанна. – Легко…

– Я видел, как ты махала топором! – кивнул Ла Ир. – Славная работа!

6
{"b":"551840","o":1}