ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Ну как разработал? Тут идея, там мыслишка, здесь пару рунных схем… И вместо труб нагнетателей, которые моему дирижаблю вообще‑то ни к чему, имеем очень удобные направляющие для ракет. Точнее… и то и другое сразу, но попеременно. В смысле, при запуске нанесённых мною на срезы труб рунных цепей, нагнетатели превращаются в направляющие. А при отключении, снова имеем обычные двигательные механизмы. И система запуска — остановки нагнетателей, тоже оказалась, что называется, в жилу. С её помощью очень удобно запускать покоящиеся внутри труб ракеты, а вот для переключения рунных схем пришлось добавить простенький, но, как и система управления нагнетателями, дистанционный переключатель, но это уже мелочи. Мне их за полчаса в механических мастерских наделали на весь комплект, за совершенно смешные деньги. Каких‑то две гривны… м — да. Кхм, кто бы мог подумать, что этакие деньжищи я когда‑нибудь стану называть «какими‑то»?! А что делать? Корпуса опытных экземпляров ракет обошлись мне вдесятеро дороже. Правда, их и было аж двадцать штук. И пять из них дожили до сегодняшнего дня и готовы к начинке взрывчаткой.

Кстати, сами ракеты меня так и тянет обозвать торпедами… если, конечно, где‑то существуют торпеды, способные двигаться со скоростью в триста узлов на расстояние в пять — семь миль. Если дистанция больше, упрощённый рунный контур, не имеющий регулировки мощности и, соответственно, скорости хода и потребления энергии, просто выгорает. Как следствие, «торпеда» превращается в бомбу. Пришлось присобачивать к стандартному ударному детонатору блок с механическим таймером. Не знаю, как эту проблему решают в артиллерийских снарядах, но мне не хотелось, чтобы в случае промаха, «торпеда» разнесла чей‑то дом.

Да и со скоростью имеются определённые накладки. По крайней мере, все мои опытные образцы на более высокой скорости начинают вести себя самым непредсказуемым образом, и никакой тоннельный эффект создаваемый направляющими, по образцу причальных «конусов» парящих городов… и по принципу стрелкового оружия того мира, исправить эту ситуацию оказался не в силах. Разворачивающееся «оперение» снаряда почему‑то рвёт «стенки» тоннеля с пониженным давлением, после чего болванка теряет стабильность и… и всё.

Сколько раз я смотрел, как опытный образец разносит в пыль от удара по полу или голым бетонным стенам длинного технического тупика, который я выбрал для испытаний, не сосчитать. И убрать оперение нельзя, иначе ни о какой стабильности в полёте и речи быть не может. В общем, экспериментальным методом я выяснил, что максимальная скорость полновесного снаряда не должна превышать те самые триста узлов… с хвостиком. А закреплённый на стенде корпус «торпеды», точнее труба её нагнетателя из дешёвой жести, прогорает насквозь за одну минуту, ровно. И ведь никаких укрепляющих рунескриптов не повесить! Просто некуда. Всё «сжирает» труба нагнетателя, детонаторы и облегчающий рунный круг. Все сорок две единицы. И угольный накопитель туда не запихнёшь, поскольку даже двухкилограммовый блок даст всего лишь пару — тройку единиц энергоёмкости, а этого не хватит даже на то, чтобы накопитель «нёс» сам себя. Про уменьшение боевого заряда, вообще молчу.

Использовать алмазный накопитель? Пф, пусть затраты на создание сырья для него не так уж велики, но это лишь по сравнению со стоимостью природных алмазов. А кроме того… время. Это на создание кучки алмазной пыли массой в сорок грамм, ушло меньше часа, а для того чтобы сделать один накопитель ёмкостью в пятьдесят единиц, таких «кучек» потребуется не меньше десятка. А это значит… десять часов на один возможный накопитель для одной «ракето — торпеды». Да у меня их в одном заряде предполагается восемь штук! А ведь мне ещё и основные накопители для дирижабля нужно выращивать! И там речь пойдёт уже о тысяче единиц энергопотребления. Сколько времени займёт этот процесс? То‑то же. Нет, можно и нужно, конечно, подогнать размер рабочей камеры для увеличения выхода «сырья», но делать это до бесконечности невозможно, хотя бы потому, что с увеличением размеров камеры, линейно растёт потребление энергии… В общем, я не хочу тратить всё своё время на рутинную операцию, и не могу позволить себе передать производство кому‑то другому. Да и давать даже крохи информации об алмазных накопителях возможным исследователям, мне не хочется. А в том, что рано или поздно, такие появятся, я не сомневаюсь. Стоит пострадавшему от попадания такой «алмазной» торпеды, дирижаблю попасть в руки достаточно заинтересованных в проведении всестороннего следствия людей, и… алмазной пыли там будет достаточно, чтобы обратить на неё внимание. Оно мне надо?

В общем, с идеей воздушного ракетного катера, пришлось распрощаться. Точнее, урезать осетра и пока успокоиться на варианте катера торпедного. Учитывая, что в первое время придётся бить исключительно прямой наводкой, новости не очень. Зато этот вариант прост и незатейлив, к тому же стоимость такой «торпеды» ненамного превысит стоимость порохового стодвадцатимиллиметрового снаряда. Всего‑то раза в три, мда. С другой стороны, мощность самой торпеды превышает мощность того же снаряда в четыре раза. А это значит, что одного попадания хватит, чтобы противник вышел из боя. Да и условия применения такого оружия у меня уже прорисовываются… и они оказались довольно неожиданными, даже для меня. Эх, ещё бы разобраться с системой самонаведения! Но, вспоминая работу со штурманским столом, можно с уверенностью сказать, что там уж точно будет не обойтись без алмазного накопителя.

Но ничего. Пусть блок самонаведения требует ещё многих и многих часов расчётов, как собственно и механика самоуправляемой торпеды, к которой я попросту боюсь подступиться. О практических испытаниях я и вовсе не заикаюсь. Море работы. Но я не отчаиваюсь и один из моих проектов как раз и призван решить эти вопросы. И здесь, опять‑таки, спасибо пресловутому детектору изъятому у навестивших нас в Новгороде взломщиков. Без него, думаю, мне пришлось бы возиться с этой идеей куда как дольше. Хотя, механика… а, не надо о грустном, придумаю что‑нибудь… когда‑нибудь… наверное, м — да.

— Кирилл, вы опять исследовали нижние уровни? — Голос раздавшийся за спиной, заставил меня подпрыгнуть на месте. Брин! Интересно, давно он меня дожидается?

Я бросил взгляд на стол, занявший весь центр гостиной в нашем доме и, не увидев дымка над самоваром, тихонько вздохнул. Не меньше получаса…

— Прошу прощения, Алексей Иванович. — Повинился я с извиняющейся улыбкой. — Увлёкся, совсем позабыл о времени.

Именно так, ползал по техническим переходам и совсем потерял счёт часам и минутам. А о том, что я испытываю в одном из тех переходов, господину куратору знать совсем не следует. Иначе, какое же это тайное оружие, если о нём осведомлён представитель седьмого департамента?

— Я пришёл несколько раньше, чем рассчитывал, так что вы совершенно не опоздали, но, Кирилл, я ещё раз и очень настоятельно прошу вас не искать приключений в старых галереях. Это опасно. — Вновь начал читать нотацию Брин, и я еле сдержал усталый вздох.

Ну, действительно, надоело! Сколько можно талдычить одно и то же. Нет там ничего опасного. Вообще нет. По крайней мере, теперь. Было дело, в начале моих поисков места для «тайных» испытаний, натыкался пару раз на чёрт знает как забредших в старые переходы «вечных» транзитников, из тех, что годами обретаются в гостевой зоне Китежа и вечно смотрят сверху вниз на прибывающих с поверхности визитёров. Хотя сами живут в парящем городе на птичьих правах и зачастую, никакой полезной деятельности не ведут. Нет среди них ни арт — инженеров, ни военных… припортовая шушера, не гнушающаяся мелким, а порой и крупным воровством, карточным мошенничеством в матросских гостиницах транзитной зоны, а то и грабежом в переходах у тамошних кабаков. Вот с такими вот «криминальными элементами» мне и довелось несколько раз пересечься в своих ползаниях по нижним уровням Китежа.

Так, пара зуботычин быстро объяснили им, что нельзя трогать маленьких исследователей, встречающихся в старых технических ходах. Теперь, при редких встречах, мы с ними вежливо раскланиваемся и расходимся каждый в свою сторону. Ну да, и это называется охраняемый гарнизоном город! Да будь у меня необходимость, я бы без всяких разрешений прошёл его из конца в конец, ни разу не попавшись на глаза охране. Правда, до реально запретных секторов не добрался бы, но и это уже немало. В общем, не защита здесь, а натуральное решето! Забыли люди опыт Зверина и Любеча. А ведь второй был «приземлён» именно усилиями диверсантов. Эх, совсем гарнизон мышей не ловит. Ну и ладно. Мне это пока на руку… вот закончу свои дела, представлю Брину полную карту нижних переходов и галерей. Пусть передаст начальству. А я посмотрю, как замечутся словно ужаленные здешние «комендачи».

42
{"b":"551866","o":1}