ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вот и все, – пробормотал Борис. – Теперь уже все…

– Мне совсем не было страшно…

– Правда?

– Конечно нет. Ведь я знала, что ты придешь. Капитаны не покидают своих кораблей.

– Нет, – сказал Борис. – Никогда.

Эпилог

ПОЛЕТ КОРШУНА

Ирак, Южная Месопотамия

21 июля 2001 года

Пустыня была раскалена так, что казалось, ни одно существо не могло выжить здесь. Лишь отдаленные мазанки феллахов, видные у горизонта в жарком мареве, свидетельствовали о том, что жизнь тут все-таки есть.

Международная экспедиция под научным руководством профессора Матвеева работала здесь уже пятую неделю. Иракские власти чрезвычайно удивились, когда Российская академия наук обратилась к ним с просьбой разрешить раскопки. Что можно найти в голой пустыне, в десяти километрах от хорошо изученного древнего города Ур? Но у профессора Матвеева были свои соображения. Исследуя шумерские клинописные таблички, он пришел к выводу, что где-то тут должна находиться гробница, возможно, еще более богатая, чем знаменитый мавзолей Шуб-ат и А-бар-ги.

Багдад пожал плечами и выдал требуемое разрешение. Почему бы и не продемонстрировать лишний раз доброе расположение к России? Пусть себе ищут.

Тонкость заключалась в том, что экспедицию финансировал чикагский Археологический фонд имени Эдварда Кьера, а Соединенные Штаты Америки и Ирак трудно назвать друзьями. Но, так как в состав экспедиции не вошел ни один американский ученый (двое русских, испанец, швейцарец и француз при участии специалистов из Багдадского исторического центра), на это неловкое обстоятельство закрыли глаза.

Предположения Дмитрия Сергеевича Матвеева подтвердились. Экспедиция действительно обнаружила гробницу на четырехметровой глубине, но увы… Разграбленную дочиста задолго до новой эры. Даже царских останков не было на церемониальных носилках.

В восьмом часу вечера двадцать первого июля испанский археолог Мигель Санчес и француз Клод Леметр объявили русским коллегам, что прекращают на сегодня работу и присоединяются к остальным в лагере, расположенном в полумиле к северу.

– Хорошо, – ответил ассистент профессора Матвеева, блестящий молодой ученый Андрей Волков. – Вы идите, а мы закончим обмеры и фотографирование.

Профессор удивился, но вида не показал. Испанец и француз ушли. Русские остались вдвоем под куполом пустой гробницы, освещенной яркими электрическими фонарями, укрепленными на треногах.

– Не понимаю тебя, Андрюша, – проворчал профес­сор. – Что тут еще фотографировать? Ничего нового мы не откроем, как ни досадно.

– Ну нет, профессор, – возразил Волков. – Наши усилия не напрасны.

– Что ты имеешь в виду?

– Как по-вашему, Дмитрий Сергеевич, почему здесь нет останков царя?

– Ну… Наверное, грабители утащили их, чтобы в укромном месте сорвать драгоценности… Волков отмахнулся:

– С таким же успехом они могли сделать это и тут. И где царедворцы, которых должны были похоронить вместе с властителем по шумерскому обряду? Где кости животных? Почему в этой гробнице нет ничего, что есть в других?

Дмитрий Сергеевич заинтересованно взглянул на юношу:

– Ну-ка, ну-ка…

– Это фальшивая гробница, – с торжеством заявил Вол­ков. – Грабители вломились сюда, и их постигло то же разочарование, что и нас. Они решили, что здесь поработали до них… и ушли! Это обман, защитная мера.

– Да, но… Где же тогда настоящий склеп? Я не мог ошибиться.

– Вы и не ошиблись, профессор. – Волков высоко поднял ручной фонарь, освещая стену. – Смотрите.

На камне был высечен знак, напоминающий перечеркнутую вверху букву W.

– Вы, конечно, помните, – задал Волков риторический вопрос, – что означает этот шумерский символ?

– Знак повторения, – кивнул профессор. – В шумерских текстах он имеет смысл фразы «то же самое» или «повторить еще раз».

– Разумеется! Вот за ним, за этой каменной плитой и расположена подлинная гробница. Я хотел поделиться этим предположением сначала с вами одним.

Археологи подошли к стене. Волков ударил по камню стальным ломиком. Звук был глухим.

– Толстая, – сказал Волков. – Но гробница там, я уве­рен.

– Что же, – отозвался Дмитрий Сергеевич. – Твоя идея, как мне представляется, заслуживает внимания. Сегодня мы сообщим об этом коллегам, а завтра…

– Завтра! – В тоне молодого ученого явственно прозвучала укоризна – Неужели вы сможете ждать до завтра, профессор?

– Но рабочие устали… Ничто в мире не заставит их вскрывать стену сегодня.

Волков понимал, что Матвеев прав. Но ему так не хотелось уходить! Еще немного, хоть наружный осмотр этой стены..

– Дмитрий Сергеевич, подержите, пожалуйста, фонарь. Придвинув легкую складную лесенку, Андрей взобрался на нее.

– Тут еще два таких же знака на каменных рельефах, – произнес он и положил руку на полукруглый выступ. – Я думаю, что…

Неустойчивая лестница покачнулась. Чтобы сохранить равновесие, Андрей сильнее оперся на руку. Откуда-то из-за стены послышался мощный гул, словно там включился огромный электрический генератор. Каменное полушарие подалось под ладонью Волкова. Пол задрожал, и начала опускаться тяжелая вертикальная плита. Темная щель за ней становилась все шире.

Андрей свалился с лестницы, тут же вскочил и возбужденно закричал:

– Сенсация, профессор! Древняя автоматика! До сих пор подобное находили только в египетских пирамидах!

Плита уползла вниз, ее верхний край сравнялся с полом. С волнением, знакомым лишь истинным ученым, археологи направили в черный проем лучи фонарей.

– О боже, профессор… – прошептал Волков. – Это великолепно!

В обширной гробнице сияло золото и серебро, свет отражался от полированного кварца, агата, ляпис-лазури, халцедона. На троне, деревянные части которого совершенно потемнели, восседал скелет, украшенный золотыми лентами, листьями и цветами.

Археологи вошли в гробницу. Восхищенные возгласы то и дело слетали с их губ. Они увидели серебряные жертвенные столы, золотые шкатулки, арфы с изумительной резьбой по перламутру, декорированные бисером и серебром повозки, скелеты волов в роскошной упряжи…

На полу вокруг трона распростерлись останки людей. Женщин можно было отличить по золотым диадемам с подвесками из цветного стекла.

– Невероятно, профессор! – воскликнул Волков – Даже гробница Тутанхамона…

Не закончив восторженной тирады, он принялся рассматривать человеческие скелеты. Возле каждого из них валялся небольшой золотой кубок, а перед троном стоял медный котелок.

– То же, что в мавзолее царицы Шуб-ат, – промолвил он, поднимая один из кубков. – Весь двор сопровождает царя в загробное путешествие. Они зачерпывали яд из котелка, потом пили из кубков. Ужасно.

Дмитрий Сергеевич заметил две изящные серебряные модели лодок на бронзовых подставках по обе стороны спинки трона. Он взял ту, что была ближе.

– Андрей! Подойди-ка сюда.

Волков отставил кубок и поспешил к Матвееву. Тот указал на клинописный текст на борту лодки.

– Интересно, – бормотал профессор. – Попробуем разобрать…

Андрей вгляделся в надпись.

– Похоже на рассказ Утнапишти из эпоса о Гильгамеше… «Что было светлым, во тьму обратилось, и не видят люди друг друга…»

– Да, похоже, – согласился профессор, – но не совсем то. Здесь речь идет о мраке смерти. А дальше другое. «Но на исходе великого противостояния царь сойдет с небес и обретет плоть и жизнь земную…»

– Великого противостояния? – Волков бережно принял лодку из рук профессора. – Что это?

– Видимо, никто никогда не узнает, что под этим подразумевалось, – сказал Матвеев.

– Необычный текст, – задумчиво проговорил Андрей. – «Обретет жизнь земную». Странно. Почему не о жизни загробной? И вообще, эта гробница необычная. Ложный склеп. Видимо, гробницу особо старались сохранить в неприкосновенности. А на второй лодке тоже есть надпись? Матвеев осторожно снял с подставки вторую серебряную модель.

84
{"b":"5555","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Квантовое зеркало
Желтые розы для актрисы
Ледяной укус
Отель
Если любишь – отпусти
Волчья Луна
Опыт «социального экстремиста»
Мы – чемпионы! (сборник)
Величие мастера