ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Роджер, на прошлой неделе я беседовала с сэром Каттнером. Он тоже считает, что министром финансов должен быть ты.

– Похоже, так считает весь Уайтхолл, – с оттенком легкой иронии заметил лорд Фитурой. – Только Валентайн Кэмерон с этим не согласен.

– Роджер! – леди Антония Фитурой сжала кулачки. – Если ты найдешь хотя бы одного человека в Лондоне, который осмелится оспаривать тот факт, что Кэмерон – полный болван…

Когда леди Антония сердилась, она нравилась мужу еще больше. Миниатюрная двадцативосьмилетняя Антония, с коротко остриженными каштановыми волосами, чем-то неуловимо напоминала Диану, злополучную бывшую супругу принца Чарлза. Но вот сам лорд Роджер Фитурой на принца никак не походил.

После сорока пяти он начал толстеть, что было особенно обидно при его невысоком росте, и мог иногда казаться неуклюжим – правда, этот недостаток с лихвой компенсировался безупречностью манер. В свете лорд Фитурой слыл слегка чудаковатым, что вполне вписывалось в традиционный образ английского аристократа и никому не мешало ценить его острый ум. Популярность Антонии, пожалуй, не уступала популярности мужа. В прошлом году журнал «Прайвит Лайф» назвал их «самой английской парой сезона».

Реакционные взгляды лорда Фитуроя мало кого смущали. Фашист? Да полно, всего лишь эксцентричный миллионер.

Англия – свободная страна, разве не так?

Лорд Фитурой обрезал кончик сигары, прикурил от золотой зажигалки и неторопливо произнес:

– Кэмерон может быть тысячу раз болваном, а газеты и телевидение – охрипнуть от поношений по его адресу. Но министром финансов останется он, и останется, пока ощущает мощную поддержку американцев.

– Американцы! – фыркнула Антония. – Пусть мы давно привыкли к тому, что они на каждом шагу суют нос в наши дела, но назначать и снимать министров британского правительства – это уж слишком.

От дыма сигары лорда Фитуроя в салоне «Лексаса» стало совсем сизо.

– Тут все сложнее, моя прекрасная леди, – невозмутимо пояснил он. – Американские инвестиции необходимы нашей экономике, без них мы задохнемся. Все эти проекты Пан-Европы – фикция без участия Америки. В свою очередь янки – отнюдь не филантропы. Их интересуют не столько прибыли, сколько геостратегические задачи. Точка приложения сил находится не в Белом доме, Антония, нет. Она находится в ЦРУ, в отделе координации и планирования. Валентайн Кэмерон – фигура, устраивающая влиятельные круги по обе стороны Атлантики, по крайней мере до тех пор, пока Эммет Уинвуд занимает свой пост.

Антония задумчиво покусывала костяшки пальцев.

– А если Уинвуд… скажем, подаст в отставку? Тогда у тебя появился бы шанс?

– Как знать, – усмехнулся лорд Фитурой. – Тогда распалась бы спайка Уинвуд – Белый дом – Уайтхолл – Кэмерон. Многое зависело бы от политики преемника Уинвуда… Впрочем, если бы им стал тот, о ком я думаю, тогда ответ на твой вопрос – «да». У меня появился бы шанс. Конечно, пришлось бы изменить направление некоторых подводных течений… Но это пустые фантазии. Уинвуд в отставку не собирается, а мне сорок девять лет. Время и силы уходят…

Боюсь, – добавил он с мягкой улыбкой, – тебе не стать женой министра финансов, Антония.

Леди Фитурой отсутствующим взглядом смотрела в окно, на отдаленные, как ее мечта, верхушки гор. Казалось, она не слышит слов мужа.

Майкл закончил расчистку дороги, бросил лопату в багажник и вернулся за руль – раскрасневшийся, повеселевший.

– Трудности позади, сэр! – гордо провозгласил он. – Мы можем ехать.

– Ну, так поезжайте, – буркнул лорд Фитурой, не разделявший настроения Майкла.

Лимузин медленно протиснулся в узкий проезд, утрамбовывая лакированными боками вырубленные лопатой отвесные стены снега. Дальше автострада была свободна.

– Следующий завал буду расчищать сам, – внезапно заявил лорд Фитурой с ожесточением. – Возможно, это меня развлечет.

Диалог с Антонией расстроил его больше, чем он хотел признаться себе. Роджер Фитурой не был честолюбив в обычном смысле слова, тем более тщеславен.

Пост ради поста его не привлекал. Но какие горизонты могла бы открыть реальная власть, какие рычаги дать в руки!

Он не однажды обдумывал вопрос о разговоре начистоту с Эмметом Уинвудом и всегда отвергал эту идею. Положение вещей было известно ему слишком хорошо. Балансируя между ЦРУ и нацистами, Уинвуд шел по хрупкому льду, и стоит ему разрушить хоть одно звено в созданной им цепи безопасности, он тут же провалится в холодную воду. И если он откажется от поддержки удобного для американской администрации Валентайна Кэмерона в пользу сомнительного реакционера Роджера Фитуроя, лед даст первую трещину. К тому же и лично Уинвуду Фитурой полезен именно в его нынешнем статусе.

Антония наугад нащупала единственный реальный путь к главному креслу в британском министерстве финансов. Отставка Уинвуда снимала большинство проблем, дальше все зависело от предприимчивости самого лорда Фитуроя.

Эммет Уинвуд должен уйти со сцены…

«Лексас» разворачивался на развязке, выезжал на дорогу, ведущую к замку Везенхалле. Но сначала необходимо заехать в курортный поселок Альтшвиц близ Фрибура. Там в гостинице будет жить Майкл, равно как и водители, слуги, персонал других съезжающихся в Везенхалле гостей. Такое условие было оговорено заранее, так что остаток пути лорду Фитурою придется провести за рулем.

Справа вдали, в недостижимом поднебесье, сияла куполообразная шапка горы Финстераархорн. Лорду Фитурою, увлекающемуся горными лыжами (пусть и не достигшему из-за комплекции впечатляющих успехов в этом виде спорта), отчаянно захотелось послать в преисподнюю политику и политиков, финансы и финансистов, нацизм и нацистов и просто мчаться с искрящегося склона рука об руку с Антонией, чувствовать на лице колючий ветер скорости, падать в сугробы, хохотать и быть счастливым…

12

Корин прибыл в Везенхалле на черном «Опеле-Омега», арендованном на имя Брайана Торникрофта. Последний отрезок дороги к замку, пролегающий по территории частных владений леди Брунгильды де Веркор, был геометрически прямым. Темный силуэт замка вырастал из нетронутого снега, справа угадывался контур замерзшего пруда или искусственного озера, слева на стоянке замерли автомашины, среди которых Корин увидел «Ниссан-Президент» и «Лексас LS-400».

Такие машины свидетельствовали о ранге гостей.

«Опель-Омега» занял свободное место на стоянке. Никто не вышел навстречу Корину. Он хлопнул дверцей, потоптался на снегу, разминая ноги и одновременно разглядывая высящееся перед ним строение.

Замок Везенхалле не показался ему очень большим. Построенный в форме буквы L, он имел три протяженных этажа и какие-то асимметричные надстройки сверху типа ступенчатых башенок, отделанных грубо сколотыми гранитными плитами. Не будучи специалистом в архитектуре, Корин не мог определить ни года постройки замка, ни стиля, в котором он был сооружен, но облик Везенхалле произвел на него удручающее впечатление. Невольно он вспомнил знаменитые первые строки из «Падения дома Эшеров» Эдгара По: «Весь этот день – тусклый, темный, беззвучный осенний день – я ехал верхом по необычайно пустынной местности, над которой низко нависли свинцовые тучи, и наконец, когда вечерние тени легли на землю, очутился перед унылой усадьбой Эшера. Не знаю почему, но при первом взгляде на нее невыносимая тоска проникла мне в душу…»

День, конечно, не был ни осенним, ни тусклым – напротив, двадцать третьего декабря ярко светило солнце, – тем не менее пассаж великого мастера кошмаров представился Корину как нельзя более уместным для описания замка Везенхалле.

Поднявшись по каменному, расчищенному от снега крыльцу к центральному входу, Корин поискал кнопку электрического звонка, не нашел ее и дернул свисающий шнур, оканчивающийся бронзовой ручкой. Внутри звякнул колокольчик. Спустя полминуты послышались уверенные шаги, дверь отворилась.

На пороге стоял высокий сухопарый пожилой человек с седой шевелюрой. Не только по его одежде, но и по выправке, и по выражению лица не составляло труда догадаться, что это дворецкий, причем английский дворецкий. Только в Англии еще не разучились выращивать эту достойную, освященную многовековыми традициями породу слуг.

9
{"b":"5556","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Паутина миров
Русское сокровище Наполеона
Аниматор
Зови меня Шинигами
Погребенные
Снег над барханами
Фаворит. Сотник
Я люблю дракона