ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но представляете, если б я обзавелся таким светом, как тот, на холме? Пускай бы мэр сколько угодно орал, чтоб его погасить, и бригадир тоже. Вот это - свет настоящий!

Заметьте, я несу вздор и сам это понимаю. С таким светом меня живо бы выследили и погасили, как погасили всех остальных. Каким образом? Не знаю.

Нет, честно, я не знаю, как они это проделывают - ни слуги Уполномоченного, ни Черные, чья обязанность гасить светы. Только, похоже, они управляются в два счета. Ведь и мы с Иоландой и Жоссом тоже время зря не теряем.

Мы кинулись бежать вверх по, склону холма, бежали во весь дух. И выдохлись. На полдороге я схватился рукой за бок, и меня вырвало желчью. Одной желчью. Днем я не стал есть (папаша приготовил какое-то мерзкое варево, вроде рагу, черное, как поле ночью, и в этой бурде плавала какая-то дрянь). Я ничего про это не сказал, ни словечка, соврал, будто у меня болит живот и есть неохота. Папаша поглядел смущенно, но не настаивал.

Словом, меня рвало желчью, а Жосс и Иоланда уж не знаю чем были заняты, но тоже сильно задержались. Отстали по меньшей мере на двадцать Взглядов. На двадцать для других, на десятьдля меня, я ведь уже говорил, что вижу вдвое дальше своих приятелей... в общем, они сильно отстали.

Это меня разозлило. Я ревнивый. Не то чтобы я любил Иоланду, но я ею дорожу. Не так-то часто в мои годы найдешь девчонку почти без света, которая станет ходить за тобою в темноте.

Ну вот, я стоял впотьмах, и Жосса с Иоландой все не было видно, а очки снимать не хотелось, и я обозлился и позвал их. Всем известно, что это не годится! Верный способ накликать всю свору Уполномоченного и всех Черных.

Но я не мог с собой совладать. Ревность виновата. Известно, что это за штука. Когда я был маленький, я сразу начинал орать, как только кто-нибудь чужой подходил к маме. Не мог я этого стерпеть. Мама моя, и больше ничья.

С годами это не прошло. Только теперь я ревную не маму, а Иоланду. Прекрасно понимаю, у нас это ненадолго, разве что до осени, ведь она уедет в школу, но все равно - не выношу, когда она уходит с кем-нибудь другим.

Я закричал. Все-таки я кричал недолго, потому что шествие двигалось не так уж далеко, а мне вовсе не хотелось, чтобы Черные или парни Уполномоченного подобрались к нам со своими слуховыми ящиками. Гнусное изобретение, эти ящики. Папаша говорит, в его время их еще не придумали и жилось куда спокойнее. Ори, что хочешь, даже: "Генерал Уполномоченный дерьмо!" - и Черным тебя не отыскать, только даром время теряли. Отойдешь на десяток Взглядов вправо или влево - и все. Черным тебя не найти.

Говорят, когда-то существовали такие приспособления, механизмы, бросали свет на большое расстояние. Папаша говорит, их испытывали сотни, тысячи раз... Но ничего не получается. По крайней мере света от них не видно.

Один тип - он преподает в колледже - уверяет, что эти механизмы и сейчас дают прежний свет, только мы его уже не различаем. Возможно. На месте этого профессора я бы помалкивал: за такие разговоры могут и погасить.

Короче говоря, эти механизмы давным-давно в забросе, зато Черные изобрели слуховые ящики. До чего чуткие машинки, черт их дери! Если хочешь от них ускользнуть, замри не месте и не двигайся - ну ни на волос!

Едва я закричал, откуда ни возьмись - Иоланда и Жосс. И шепотом спрашивают, что это на меня нашло. Не мог же я сказать - меня, мол, ревность заела. Так что я вытянул руку и говорю тихонько:

- Слушайте!

Признаться, по этой части мне за ними не угнаться. Вижу я дальше, но уши у них куда лучше моих. Оба застыли. Прислушались.

- Вот черт! - говорит Жосс. -Они в двадцати Взглядах, а может, в тридцати.

Мы переглянулись и поняли друг друга. Не упускать же такой случай. В первый раз можно выследить, как Черные гасят светы. Позже, гораздо позже я узнал, что у них много разных способов, но в тот день мы думали, всех всегда гасят на один манер.

- Пошли? - говорю.

Иоланда вздохнула и пожала плечами:

- Ты же сам знаешь, это невозможно.

- Да ну?

Хотите верьте, хотите нет, но я начисто позабыл, что Иоланда и Жосс не умеют притемняться, и, стало быть, Черные могут выследить их слабые светы. Несколько секунд я стоял разинув рот, потом сообразил, в чем дело, и заколебался из-за Иоланды, ведь она останется с Жоссом.

Но мне уж очень хотелось узнать, как Черные гасят светы. Да притом Иоланда и Жосс порядком струсили - ну, постоят в обнимку, а больше ничего не посмеют Что же, а я пойду, - говорю.

Они не ответили. Меня взяла досада. Вечно одно и то же. Раз я умею притемняться, они уже воображают, будто я ничем не рискую. А слуховые ящики? Их-то я не могу заткнуть, верно?

Я тихонько двинулся в сторону шума. Подошел на два или три Взгляда и, даже еще ничего не видя, притемнился. Почем знать, вдруг среди Черных есть парень вроде меня, который видит дальше обыкновенного.

Притемняться дело спокойное. Просто-напросто перестаешь думать. Видишь, слышишь, чувствуешь по-прежнему. Все замечаешь. Только думать ни о чем не надо. И сразу становишься невидимкой, потому что твой собственный свет при этом гаснет. И тогда можно подойти к кому угодно очень близко, на расстояние одного Взгляда. Жосс, Иоланда и еще десяток знакомых ребят сто раз пробовали. Не получается. Их светы не гаснут. Может, они умнее меня, хотя что-то не верится!

В общем, я притемнился и пошел дальше. В былые времена, если верить нашим старцам, все получалось не так, как теперь. Чем ближе человек подходил, тем лучше его было видно... и тем лучше видел он сам. Похоже, в те времена свет был повсюду, даже просто в воздухе!.. Ерунда, конечно, не может этого быть. Где ничего нет, откуда там взяться свету? Сколько мне толковали на уроках физики: свет может исходить только из радиоактивных тел, и его проникающая способность ничтожна.

Но старики чего только не наболтают!

Я лег наземь, и пополз, и вдруг увидел Черных - сразу двадцать человек. Два десятка Черных, представляете? Я подумал про слуховые ящики, но не шелохнулся, веточка чабреца щекотала мне нос. Окажись тут кролик, я бы тоже не удивился. Но кролики - шутка сказать - замечают тебя за десять, а то и за двадцать Взглядов, как тихо к ним ни подбирайся. Подумать только, они видят вдесятеро лучше нашего!

2
{"b":"55571","o":1}