ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Через год, когда Янош Кадар со своей охраной прогуливался по центральному парку Будапешта, он и его свита резко притормозила. Янош Кадар увидел того старика, над которым много лет назад на побережье Дуная издевался Золтон. Он узнал его. Старик был еще жив. Правда, он сильно сдал, появилась дряхлость, опирался на трость, но все же он жил. Даже восклицательный знак, одряхлев и состарившись, становиться вопросительным знаком. Кадар подошел к старику, тот сидел на скамейке в сквере. В руках у него была маленькая книжонка.

- Отец, вы узнали меня? Это я помните? И Кадар в двух словах напомнил старику ту сцену, где 13 лет назад покойный Золтон опортачил бедного старика перед их девицами. Но больше всего удивило Кадара то, что этот старик еще был жив. Худо-бедно, но он живет, ходит, дышит. Ему сейчас должно было быть около 90 лет. Старик вначале ничего не вспомнил про то, что ему сказал Кадар. Он вообще не понимал, что это вдруг к его более чем блеклой персоне обратили внимание знатные люди. Человек 20 солидных чиновников столпились у скамейки и никак не могли понять, что хочет от этого ходячего трупа шеф полиции Будапешта. Лишь в конце беседы все - таки старик вспомнил, наконец, и еле произнес.

- Да, да, сынок, помню. Твой дружок оскорбил меня, сказал, что я зря жил, зря дышал. Я вспомнил, да. (Улыбаясь, смотрел вниз). Но я и сейчас живу, видимо, зря. Но зато я живу, я вижу солнце. И, поверь мне сынок, я еще поживу на этом свете. Хотя бы я так докажу свое место в жизни, растягивая свой биологический потенциал. А твоему другу с его - то горячим сердцем, вряд ли прожить столько. Пара и терпения не хватит. Кстати, где он, я его часто во сне вижу. Он мне снится. Главное, он подходит с дыркой в голове и опять что-то говорит мне. Я не разберу что. Не умер ли он, а, господин?

Кадар машинально потянулся к книжке, которую читал старик. Взяв в руки, он открыл первую же страницу, где было написано четверостишье, он строки запомнил:

''Я за то глубоко презираю себя,

Что живу день за днем бесполезно губя,

И лениво твердя, я ничтожен, я слаб!

Добровольно всю жизнь пресмыкался как раб''.

Кадар молча вернул книжку старику и со своей охраной тихо отошел от этого места. Все молчали и поглядывали на своего угрюмого шефа полиции. Он после этой беседы еще долго не мог прийти в себя. Но работа есть работа. Потом пошли ежедневные будни, суета, самообман.

Но Янош Кадар все же встретился с Тибором. Это случилось в 1955-м году, когда Яноша засадили в тюрьму за "Титоизм" (антисоциалистическое движение). Там в камере, он вновь оказался один против целой оравы уголовников, среди которых оказался Тибор. Тибор был уже взрослый, лет этак, 32, 33, не меньше. И снова как и прежде, Тибор "казнил" Яноша, опустил его очередной раз. Когда он увидел Яноша, то во всеуслышание заявил на всю камеру:

- Опять ты!!! И зачем только рыба плавает там, где ее вечно ловят. А? Счастья захотел, должности! Счастье всегда манит людей пальцем, и всегда указательным.

Через день в посольство СССР В Будапеште, на имя посла Юрия Андропова поступил пакет, где было написано всего несколько слов.

"Ваш заказ выполнен. Объект вновь обезличен и опозорен. Жду дальнейших указаний''.

Янош Кадар более 30-ти лет был президентом Венгрии, и буквально вскоре после этого он забыл Золтона. Зачем он ему? Даже в беседе с друзьями. Он о Золтоне высказывался очень не лестно, почему-то грубо обзывая его.

В 1978-м году Янош Кадар беседовал в своей резиденции со знаменитым шахматистом, Лайошом Портишем.

- Ну так что, Лайош, скоро у тебя матч с Корчным? Готовишься?

- Конечно, господин Янош.

- Справишься с ним?

- Вот по поводу этого я хотел с вами поговорить. (Шепотом). Может усыпить его порошком? Ну, насыпать ему в чай или кофе? Нет? Он заснет, причем надолго. А в финал выйду я.

- Не знаю, надо бы подумать (с хмурым лицом).

Через недельку на берегу Дуная в Будапеште, прислонившись к барьеру, беседовали два человека. С реки дул свежий ветерок и развеивал их волосы. Одним из них был Портиш, другим полковник КГБ Ткачев. Последнему было под 60 лет, он в далеком детстве в качестве нелегала был переброшен в Венгрию. Это был кадровый разведчик, который прошел большую, суровую школу разведки, начиная с ОГПУ, заканчивая КГБ. И вид у него был свирепый, матерый. Внешне напоминал полководца Кутузова. Высокий, чуть сутулый, с одним стеклянным глазом. Он, молча курил и глядел в Дунай.

- ...Я слышал, вы говорили с президентом, господин Портиш. Как он на это отреагировал?

- Никак. Пока думает.

- Удивился (улыбаясь)?

- Да, чуть - чуть. Мне жаль Венгрию, товарищ полковник. Кто нами правит! Боже!

- Красиво лгать - это уже творчество. Если он согласится, будет хорошо. Ну все, товарищ Портиш, ждите новых указаний. А за матч претендентов не волнуйтесь, мы решим этот вопрос. Вы будете играть в финале, не волнуйтесь. У вас ко мне все?

- Да, точнее...я хотел вам задать один вопрос...

- Пожалуйста.

- Товарищ Ткачев, вот мне жутко интересно. Вот вы русский, и, как мне известно, давно живете в Будапеште, чисто владеете венгерским, говорите на балатонском акценте. У вас здесь много друзей, товарищей, свой солидный круг общения. Вы даже сыграли эпизодическую роль в знаменитом нашем сериале "Капитан Тенкеш", общались с внуком легендарного Ференца Листа, дружите с великим Пушкашем. Я знаю, что вас звать Григорий, но ваши друзья венгры раньше вас величали, называли по - другому, по - венгерски что ли, не знаю. Я слышал об этом.

- Да (улыбаясь), меня раньше звали Тибором. А вообще то у меня было много имен.

- А где вы сами родились? Откуда вы сами? Город!

- Все прямо тебе расскажи.

- И все же мне интересно, товарищ полковник. Если конечно это не секрет.

- Есть такой город на Кавказе, это в Советском Союзе. Баку называется. Не слыхал?

- ...?... (отрицательно покачал головой). Давно не были там?

- Давно.

- Не скучаете по Баку?

- Конечно нет (улыбаясь)! Это уже вчерашний день, так сказать, первый класс. Даже воспоминания эти мне уже мешают.

- Как? Вы же там родились. Это же ваша Родина.

- Э, Лайош, давай не будем. Баку - это деревня, провинция. Я готов и привык ставить на ноги любого, кто станет передо мной на коленях. А в Баку даже на коленях не могут стоять. Так что, отдыхай, тренируйся пока.

ГЛАВА 5

1941-й год. О Ленине

Казалось, простой сибирский паренек не был способен вызвать такой мощный хаос и переполох в целой стране. Хоть о его страшном поступке газеты не писали, все же молва царила в массах.

В темной мало освещенной комнате молодой парень грубо насиловал кого то. Но стоны его партнера не были слышны, стонал только он сам, исполнитель этого полового акта. Со стороны казалось, будто он, этот молодой сибирский паренек по имени Михаил, совокуплялся с куклой. Голова куклы неестественно свисала от тела, руки не работали. Но это была не кукла, это была мумия. Михаил встал с нее, отряхнулся и тихо прошептал: ''вот я и некрофил. А что, я ничего. Труп-это человек нетрадиционной жизненной ориентации''.

В конце июня 1941- го года, когда началась война, во избежание бомбежки Москвы немецкими мессершмитами, и возможного попадания бомб на Мавзолей, Сталин принял решение вывезти мумию Ленина из Мавзолея и отправить ее в тихий тыловой город Тюмень. Другого варианта сохранить тело вождя мирового пролетариата просто не было. И вот 29 июня спец.поезд с мумией Ленина тронулся в путь. Вернее поездов было три. Первым ехал дозорный поезд, вторым основной, т.е. с саркофагом Ильича, а третий поезд был замыкающий. В поезде находилось много людей: комендант Мавзолея, охрана, медики, инженеры. Начиная от Свердловска (последняя главная станция перед Тюменем), по дороге, с целью обеспечения безопасности, стояли охрана и милиция. Они молча лицезрели поезд с ценным товаром. После 12-ти дневного изнурительного пути (стояла страшная жара), 10-го июля 1941-го года, саркофаг прибыл в город Тюмень. Его разместили в здании сельскохозяйственного техникума, в актовом зале, на сцене, с задернутым занавесом. День и ночь там дежурили люди, которые по объективным причинам не были призваны на фронт. Они горели желанием хоть как-то, но принести пользу своему государству, своей стране.

19
{"b":"55576","o":1}