ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Труп был украден из морга до нападения на квартиру Санеевых?! удивленно выдохнул Боченко.

- В том-то и дело, что раньше. Поэтому из-за вашего, может быть, поспешного медицинского заключения, Пролович получил возможность уйти от справедливого наказания.

- Но... Но Проловичу могли просто подсунуть труп в квартиру.

- Зачем? И к тому же экспертиза доказала, что именно он расчленил труп. Зачем человеку расчленять подброшенный труп? - Сидоренко чувствовал, что загнал Боченко в угол.

Но капитан умолчал еще об одном обстоятельстве - экспертиза показала, что Пролович с кем-то боролся и получил два удара топором по плечу. Но пока не удалось обнаружить никаких следов второго человека - в комнате ничего не было, кроме крови и волос Проловича, трупа гражданки Соколовой и отпечатков пальцев Варьянова.

- Но... - вновь начал Боченко и растерянно замолчал, не зная, что сказать дальше.

- Поэтому у меня есть основание подозревать, что Пролович просто ловко сымитировал сумасшествие в своих, до конца мне не ясных, целях. Я просил бы вас осмотреть его еще раз и сделать это более внимательно.

- Вы мне не доверяете?! - вспыхнул Боченко.

- Дело вовсе не в этом. Кстати, в каких вы отношениях с напарником Проловича Варьяновым? - демонстративно мягко спросил следователь.

- В хороших. Но при чем тут это?!

- Как знать, может быть, Варьянов... Помешал вам правильно оценить состояние его напарника по работе?

- Каким образом?

- Как-нибудь эмоционально высказывался о болезни Проловича и это могло сбить вас с толку.

- Я профессионал и меня не могут сбить с толку ничьи эмоциональные высказывания! В том числе и ваши! Но раз так, я не буду возражать против того, чтобы Проловича переосвидетельствовали в Минске или в любом другом городе! - перешел на крик Боченко.

Глядя на его раскрасневшееся от гнева лицо, Сидоренко невольно испугался, что и Боченко может спятить прямо у него в кабинете.

- Об этом нет и речи - у меня нет оснований для недоверия. Я просто хотел, чтобы вы посмотрели Проловича еще раз, но уже более внимательно, возразил капитан.

- Я смотрю его ежедневно. Но, раз так... Теперь уже я настаиваю на переосвидетельствовании, потому что в данном случае оказалась задетой моя профессиональная репутация!

- Как хотите, - кивнул головой Сидоренко и едва скрыл свою радость: "В конце концов, ты захотел этого сам!"

21

Прошло несколько дней. Пролович окончательно убедился в том, что его считают шизофреником и после нескольких скандальных попыток доказать, что он не сумасшедший, Сергей внешне смирился со свершившимся и даже заверил Боченко в том, что он и в самом деле чувствует себя не совсем хорошо. Боченко поверил и даже отметил, что видит в этом первые признаки выздоровления. Сергея из СИЗО перевели в Витьбу.

Теперь у Проловича появилась возможность спокойно поразмыслить над всем происшедшим и попытаться понять, что стоит за событиями последнего месяца.

Два дня назад Сергей услышал рассказ санитара Иванцова о том, что ему приснился лев. Пролович тоже видел такой сон, причем совпадающий со сном санитара почти до мелочей. И Пролович понял, что он может приходить в сны других людей. Вначале это предположение показалось ему абсолютно диким и Сергей даже сам начал сомневаться в собственной вменяемости, но на следующую ночь он вновь представил себе лицо санитара и вновь видел тот же сон, что и Иванцов. Сергей был так поражен своим открытием, что вначале даже хотел рассказать обо всем Боченко, но потому передумал, логично рассудив, что после этого Боченко может упрятать его в психушку до конца жизни.

И Сергей решил действовать проще: попытаться попасть в сон Боченко и поговорить с ним там. К тому же Проловича беспокоило то, что он в последнее время никак не мог проникнуть в сон Лиды, а та просила о помощи и он это чувствовал. Как только Сергей пытался пробиться к Лиде, между ними вставало маленькое огненное кольцо, причиняющее Проловичу невыносимую боль. И Сергей отступал. Пролович не мог понять причину и в конце концов решил, что это из-за того, что он давно не видел Лиду и между ними разрушился психологический контакт.

"Заодно попрошу Боченко во сне, чтобы он разрешил мне встретиться с Лидой. И сделаю это так, чтобы он разрешил. Но что же, все-таки, со мной происходит? Читал ли я хоть где-нибудь что-либо подобное? И почему ко мне пришла та женщина, похожая на материализовавшийся кошмар? Кто мне ответит на все эти вопросы? Может быть, Кабцев? Может, уже пришел от него ответ, а я здесь и не могу прочесть? Надо будет попросить Бумагина, чтобы он посмотрел мой почтовый ящик. Но почему он до сих пор не пришел? Неужели еще не знает, что произошло?! Хотя... вполне - он мог еще не вернуться из командировки. А может, послать Кабцеву еще одно письмо, где написать обо всем, что произошло? Быстрее бы приехал Бумагин! А может, послать через Боченко? Нет, не стоит - он, скорее всего, пообещает передать, а сам вместо этого вскроет, прочтет и приобщит к делу - вот он, мол, еде один симптом шизофрении", приняв решение, Пролович немного успокоился и решил вздремнуть.

Но сон не приходил, из-за стены раздавались дикие вопли какого-то буйнопомешанного.

Сергей не знал, что в это же самое время Кабцев въезжал в город на красно-белом "Икарусе" и въезжал с вполне определенной целью - найти человека, написавшего такое интересное и вместе с тем тревожное письмо.

Уже в первом часу ночи Пролович представил себе лицо Боченко и максимально сосредоточился на этом образе. Сергей старался делать все точно также, как делал тогда, когда проникал в сны Лиды и санитара, стремясь не пропустить ни одной мелочи. Затем, выполнив весь ритуал с воображаемым лицом, устало откинулся на подушку и постепенно погрузился в дремоту...

Была ночь. Серая, душная и вместе с тем вязкая, словно воздух превратился в плотный студень и почти сковал все члены. Пролович оглянулся по сторонам и с удивлением понял причину этого явления: в небе сияли две почти одинаковые тарелки луны. На самом горизонте медленно поднималась третья. Наконец, они взошли над далеким зубчатым лесом и воздух сразу же приобрел свою обычную плотность. Почувствовав, что можно идти, Сергей медленно побрел по асфальту, пытаясь понять, где он и что здесь делает. В голове Проловича смутно мелькали неясные воспоминания о том, что он идет в гости к своему брату Боченко.

Сергей медленно шел по асфальту шоссе, теряющегося во тьме. По бокам дороги росли мрачные, густые кусты, из которых то и дело доносились подозрительные завывания. Услышав их впервые, Пролович вздрогнул и подозрительно покосился в сторону кустов. Но потом все же успокоился, уверив себя в том, что так воют самые обычные синицы, предвещающие грозу.

Сергей шел не меньше часа, пока не увидел на горизонте едва различимые огоньки. Синицы давно успокоились и среди гнетущей тишины Пролович неожиданно услышал едва уловимый звук колокольного звона. Звон раздавался со стороны огоньков. "Наверное, там город, где живет брат", - подумал Пролович и пошел прямо на звон.

Не прошло и пяти минут, как он оказался на берегу широкой, полноводной реки. В темноте поверхность отсвечивала металлическим блеском, словно вместо воды внизу тек расплавленный свинец... Это впечатление было настолько сильным, что Пролович не выдержал и сунул руку в воду. В реке и в самом деле тек свинец, но почему-то холодный. Сергей вытащил руку и поднес ее к своему лицу. Свинец застывал прямо на глазах. Чтобы застывший металл не парализовал пальцы, Пролович принялся шевелить кистью и через минуту его левая рука оказалась закованной в прочную рыцарскую перчатку. Но при этом она сохранила неплохую гибкость.

Нужно было как-то перебираться на другую сторону реки и уже в городе попытаться найти брата. Но как это сделать? Сергей нерешительно подошел к "воде", но так и не решился перебраться вплавь - у Проловича не было уверенности в том, что он благополучно преодолеет свинцовую преграду. "Нужно искать мост или какую-нибудь лодку", - подумал Сергей и пошел вдоль берега, внимательно оглядываясь по сторонам. За небольшим пригорком виднелось неяркое, но все же достаточно хорошо заметное сияние. Внутреннее чувство подсказало Сергею, что сияние может быть связано с опасностью и Пролович, осторожно прокравшись на самую вершину, взглянул вниз.

24
{"b":"55586","o":1}