ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Так самоотверженно, днем и ночью бойцы ПВО охраняли Ленинград.

Летчики 7-го истребительного авиационного корпуса в те месяцы более 40 процентов вылетов совершали на прикрытие Ладожской водной трассы, по которой шло продовольствие в Ленинград, эвакуировались дети. Здесь ежедневно разгорались воздушные бои. Наши летчики и зенитчики успешно отражали налеты вражеской авиации, не допускали их к перевалочным базам, стоянкам кораблей. В октябре 1941 года, например, на стоянке судов у маяка Осиновец фашисты предприняли 58 налетов, в которых участвовало 290 самолетов. Однако только при шести налетах имелись жертвы и разрушения. Под воздействием наших истребителей и зенитчиков фашистские самолеты 85 процентов бомб вынуждены были сбросить в воду, далеко от судов{92}. В боях над Ладожским озером за три осенних месяца наши летчики сбили 37 вражеских самолетов{93}.

2-й корпус ПВО продолжал также вести боевые действия по прикрытию и поддержке наземных войск.

И все же несмотря на активность всех частей ПВО, самоотверженность их бойцов к Ленинграду прорывалось немало вражеских самолетов. За четыре месяца (сентябрь - декабрь 1941 г.) они сбросили на город 3315 фугасных и 66 780 зажигательных бомб (соответственно 71 и 96 процентов к общему числу бомб, сброшенных на город за весь период Отечественной войны){94}.

Поэтому требовалось найти пути и средства для усиления противовоздушной обороны. Эта проблема обсуждалась 3 ноября на заседании Военного совета фронта{95}. Городской комитет партии принял меры по увеличению производства снарядов. Военный совет дал указания об улучшении координации действий всех средств ПВО: 2-го корпуса, фронта и кораблей флота.

26-й истребительный авиационный полк получил пополнение и стал действовать как полк ночных истребителей{96}.

Части ПВО были усилены радиолокационными установками.

Особенно отличился расчет станции № 1, который возглавлял коммунист военный инженер 3 ранга Георгий Николаевич Шеин (впоследствии генерал-майор-инженер, заместитель начальника Военной инженерной радиотехнической академии ПВО). Расчет не только своевременно предупреждал о подходе вражеских самолетов, но и сумел в начале ноября по направлению их полетов обнаружить сосредоточение на аэродроме бомбардировщиков, которые готовились нанести 7 ноября массированный удар по Ленинграду. Наша авиация по данным локаторщиков нанесла удары по этому аэродрому и уничтожила более 20 вражеских самолетов, сорвав замыслы фашистов. Г.Н. Шеина наградили орденом Красной Звезды, а операторов Зверева, Ильина, Румянцева, Шкуро медалями "За боевые заслуги"{97}.

Новый этап в развитии ПВО открыло постановление Государственного Комитета Обороны от 9 ноября 1941 года "Об усилении и укреплении противовоздушной обороны территории Советского Союза". На основании этого постановления была осуществлена коренная реорганизация: создано командование Войск ПВО страны, в оперативное подчинение которого выделили часть истребительной авиации ВВС, образованы корпусные и дивизионные районы ПВО. Этой реорганизацией, по сути дела, закладывались основы управления войсками ПВО в оперативно-стратегическом масштабе{98}.

По решению Государственного Комитета Обороны был образован Ленинградский корпусной район ПВО. Командующим войсками этого района назначили генерал-майора береговой службы Г.С. Зашихина, военным комиссаром - полкового комиссара А.А. Иконникова, начальником штаба подполковника П.Ф. Рожкова.

Ленинградский корпусной, Ладожский и Свирский бригадные районы ПВО подчинялись непосредственно Военному совету Ленинградского фронта, а не командующему войсками ПВО страны. Подобное исключение диктовалось специфическими условиями противовоздушной обороны блокированного города, где требовалось сосредоточить руководство всеми войсками в одном центре{99}.

В этот период сложилось критическое положение с боеприпасами. Их поступление в войска ПВО не покрывало расхода. В связи с этим принимались чрезвычайные меры по экономии боеприпасов. Зенитные батареи открывали огонь только с разрешения командира полка и в некоторых случаях - с разрешения командира дивизиона.

Со всей остротой встал вопрос о коренном улучшении военного обучения личного состава зенитных батарей.

Дело в том, что значительно обновился их состав: в батареи, вместо кадровых бойцов, многие из которых выбыли из строя в тяжелых осенних боях, влились призванные из запаса, причем старших возрастов. Поэтому требовалось серьезно учить новичков, систематически и настойчиво тренировать расчеты в работе у орудий и приборов.

Военный совет фронта обратил внимание всех командиров и политработников на усиление политико-воспитательной работы с бойцами, без которой нельзя рассчитывать на успех в повышении боеспособности подразделений.

Именно тогда была поставлена задача: превратить каждую батарею, эскадрилью, роту в центр политико-воспитательной Работы. Во всех полках состоялись совещания партийного актива, затем общие собрания коммунистов.

На собраниях особенно подчеркивалось, чтобы опытные коммунисты больше помогали молодым командирам и политработникам подразделений налаживать боевую учебу и воспитательную работу.

Собрания принесли свои результаты. Об этом говорила, например, энергичная и инициативная работа многих коммунистов штаба 2-го корпуса ПВО. Офицеры В.В. Метелев, Л.С. Бабахо, В.Д. Наритай, В.Г. Тимошенко в зимнюю стужу за десятки километров ходили пешком на батареи учить и помогать бойцам и командирам овладевать сложным зенитным делом.

Пример всем показывал командующий войсками Ленинградского района ПВО генерал-майор Гавриил Савельевич Зашихин. Он не пропускал возможности побывать в подразделениях, поговорить с бойцами и командирами. Генерал умел вселить в воинов веру в свое оружие, остро критиковал тех, кто переоценивал качества фашистских самолетов.

Полковник в отставке И.И. Геллер, бывший начальник политотдела Ленинградской армии противовоздушной обороны вспоминает такой эпизод. Г.С. Зашихин в конце ноября 1941 года пригласил его поехать на батарею, которая занимала огневую позицию на Марсовом поле.

Приехали они в тот момент, когда батарея вела огонь по двум пролетавшим над городом "мессершмиттам".

- Ну как, комбат? - спросил Зашихин, когда закончилась стрельба.

- Израсходовано 16 снарядов, сбитых самолетов нет, - упавшим голосом доложил комбат.

- Соберите трубочных, - приказал генерал.

Их было восемь - по два на орудие. Специальным ключом они устанавливали на дистанционном взрывателе снаряда время его полета. Ошибка на одно деление - и снаряд разрывается выше или ниже расчетной точки.

Генерал проверил работу трубочных. Итог оказался неутешительным: многие допускали ошибки. Тогда он сам взял ключ и сказал: "Смотрите". Один за другим он брал снаряды, ключом устанавливал скомандованную величину и передавал их заряжающим. 30 секунд - десять снарядов!

- Проверьте, - говорит генерал.

Бойцы восхищались результатом: при таком темпе ни одной ошибки.

- Тренироваться! - приказал генерал. - Каждый день по несколько раз. Записывать результаты каждого трубочного, следить за точностью работы.

Потом он беседовал с командирами.

- Первый же залп должен быть поражающим, - потребовал генерал и стал объяснять, как этого достигнуть{100}.

Беседа генерала с бойцами и командирами оставила большой след в подразделении. Она помогла сделать более целеустремленными тренировки зенитчиков, улучшить их боевую работу.

Прошедшие партийные собрания и совещания повернули всех командиров лицом к воспитательной работе в подразделениях. Естественно, что в превращении каждой батареи, эскадрильи, роты в центр партийно-политической работы главную скрипку были призваны играть политработники. Проанализировав их состав в подразделениях, политотдел 2-го корпуса ПВО пришел к выводу, что в первую очередь необходимо организовать систематическую учебу для политработников - политическую и военную, потому что многим из них не доставало знаний и опыта.

20
{"b":"55596","o":1}