ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Коммунисты и комсомольцы стрелковых дивизий Ленинградского фронта выступили инициаторами движения снайперов-истребителей. Зенитчики активно поддержали этот почин. Многие батареи занимали позиции у самого переднего края обороны и вскоре открыли свои счета мести, уничтожая огневые точки и живую силу врага.

Вот один из многих примеров.

Днем и ночью вели трудную борьбу с врагом батареи, которыми командовали младшие лейтенанты И.И. Капула и Н. В. Петров (169-й зенитный артиллерийский полк). Об этих батареях говорили, что они стоят на краю земли. Так оно и было: они занимали огневые позиции на дамбах Морского канала.

Узкая полоска земли, кругом вода. Фашисты находились на берегу, в двух километрах. Им виден каждый шаг наших зенитчиков. Вот так, на виду у врага, и несли свою очень ответственную службу зенитчики, вместе с пехотинцами и моряками прикрывая город. По их позициям била фашистская артиллерия, на них часто налетали бомбардировщики. Но они стояли. Стояли день за днем, недели, месяцы.

Осенью 1941 года по Морскому каналу проходили наши корабли с ранеными, с героями-ханковцами и защитниками Прибалтики. Корабли совершили изнурительный и опасный переход, все время отражая вражеские налеты. И вот здесь, в узком заливе, фашисты пытались нанести по ним последний удар авиацией и артиллерией. Но их замысел сорвали зенитчики противовоздушной обороны Ленинграда и дивизии ПВО Краснознаменного Балтийского Флота.

Наши зенитчики пристреляли позиции вражеских батарей, располагавшиеся по берегу у Стрельны и Урицка. Как только они открывали огонь по кораблям, зенитные батареи первого дивизиона 169-го полка глушили их своим огнем. Особенно метко стреляли батареи Петрова и Капулы.

Не раз корабли проходили по каналу ночью. Вражеские прожектора освещали их, помогая своим артиллеристам. Тогда включалась в борьбу вместе с зенитчиками и 2-я прожекторная рота, которой командовал старший лейтенант А. А. Миронов. Более десятка наших прожекторных станций направляли свои лучи на позиции вражеских прожекторов и батарей, ослепляя их.

Одновременно вдоль южной дамбы навстречу друг другу прокладывались уширенные прожекторные лучи. Эта световая стена закрывала от врага проходившие корабли. Если фашисты открывали огонь по нашему прожектору, то он выключался, а вместо него включался соседний. Этими световыми "дуэлями" часто руководил сам командир прожекторного батальона майор А.М. Гордин.

Зимой гитлеровцы не раз пытались проникнуть к городу по льду залива. Зенитчикам пришлось на ночь ставить свои орудия на открытые площадки для стрельбы прямой наводкой, и они не раз отражали фашистскую пехоту.

Однажды батареи, стоявшие на дамбе, сами оказались в критическом положении. С залива подул сильный ветер и погнал по льду воду. Она подходила уже к батареям. Оставалось 50 сантиметров, потом 40... Дамба стала похожа на палубу тонущего корабля. Вода все ближе, а мороз около 30 градусов...

Крепкой волей надо было обладать людям, чтобы спокойно делать свое дело в такой обстановке.

Потом ветер утих и вода схлынула.

Батарея младшего лейтенанта Ивана Ивановича Капулы к маю 1942 года на своем счету имела три сбитых бомбардировщика. Она уничтожила вражескую минометную батарею, много пехоты, подавила огонь шести артиллерийских батарей. В этих боях высокое мастерство и стойкость показали командиры орудий коммунисты Анютин, Мацкевич, Киласония, командир приборного отделения сержант Франгулов, заместитель командира батареи лейтенант Гуляев, командир взвода лейтенант Тесля.

Эта батарея находилась, по существу, в тылу врага. Она могла бить по позициям минометных батарей, которых с фронта не доставала наша артиллерия. Поэтому, как только фашисты открывали огонь, к зенитчикам звонили из стрелковой части и просили подавить минометы врага...

Все больше увеличивали счет мести воины 24-й батареи 169-го зенитного полка, которой командовал капитан Г.Г. Касьянов. В летних боях они показали стойкость и мужество, сбили несколько самолетов врага, не раз отражали атаки танков и пехоты. Осенью и зимой, находясь недалеко от переднего края обороны, батарея своим огнем подавляла минометные и артиллерийские батареи фашистов.

Повышение боевой активности зенитчиков шло и по другой линии: штурма невидимого "противника" - хрононорм. "Каждый орудийный номер, приборист обязаны все делать буквально автоматически, с предельной точностью", - писал генерал-майор Г. С. Зашихин в статье "Боевые задачи наших зенитчиков", помещенной в корпусной газете 14 декабря 1941 года. А чтобы нормативы покорились, требовались напряженные ежедневные тренировки.

Тренировки не легкое дело даже в обычных условиях, а тут бойцам приходилось заниматься при постоянном недоедании и недосыпании, заниматься на морозе, раз за разом "кидать" пудовый снаряд, к которому даже через рукавицы прилипали руки. В такой обстановке политическую работу нужно было вести непрерывно, повседневно.

Вот убедительный пример. Офицеры штаба корпуса проверили, как выполняют нормативы зенитчики батареи, которой командовал лейтенант Васильев. Оказалось, что многие из них еще недостаточно хорошо знают технику, не укладываются в нормативы{108}.

После проверки состоялось комсомольское собрание. Речь на нем шла о примере членов ВЛКСМ в борьбе за выполнение нормативов. После собрания стали ежедневно выпускать боевой листок, в котором давалась сводка выполнения хрононорм. Так, в боевом листке за 18 декабря имелось следующее сообщение:

Как идет борьба за хрононормы?

Сегодня впереди:

Отделение младшего сержанта Локусова.

Заряжающий Беленышев дал 28 заряжаний в минуту.

Отстают:

Трубочные Голубев и Лебедев не укладываются в норму.

Подобные ежедневные сообщения, подведение итогов в расчетах и отделениях оказались очень действенными. Преодолевая все трудности, бойцы упорно тренировались, вырабатывая автоматизм, мастерство. Из успехов отдельных солдат и расчетов рождался успех батареи.

Значительную помощь в повышении боевого мастерства отдельных воинов и подразделений оказала широкая популяризация опыта передовиков.

Больших успехов добилась батарея 194-го зенитного полка, которой командовал лейтенант И. Прусс, а военкомом был политрук В. Котин. Осенью подразделение получило пополнение. Орудийный расчет младшего сержанта Василия Володина, например, целиком состоял из новичков. Когда батарея открыла огонь, то один боец (трубочный) совершенно растерялся и забыл, что надо делать.

Командир и военком сумели так настроить людей, что на тренировках каждый день разгоралось соревнование между бойцами и расчетами.

Батарею проверили офицеры штаба корпуса. После проверки был издан приказ, в котором говорилось следующее:

"Проверкой установлено, что в результате повседневной работы и правильного понимания требований Военного совета Ленинградского фронта в батарее произошел крутой перелом, направленный на повышение боевой готовности, знание своего дела и выполнение установленных хрононорм.

Отличную работу показали: разведчик ефрейтор Васильев, заряжающие красноармейцы И. Пугайкин и Коричев. трубочные красноармейцы Абарбанель, Т. Пугайкин, Канайкин, наводчик младший сержант Сметанников, прибористы ефрейтор Бурганов, красноармейцы Лисин, Акимов, командир орудия младший сержант Володин и повар красноармеец Герасимов.

За отличные показатели в боевой и политической подготовке, честное и добросовестное выполнение возложенных задач указанным бойцам и младшим командирам объявляю благодарность.

За правильное руководство, большевистское отношение к делу повышения боевой готовности расчетов командиру батареи - лейтенанту Пруссу, военкому политруку Котину и заместителю командира батареи лейтенанту Козлову объявляю благодарность"{109}

.

Приказ зачитывался во всех подразделениях. Корпусная газета 16 января 1942 г. посвятила этой батарее целую страницу. Безусловно, этот приказ и рассказ об опыте передовиков послужили большим толчком к усилению борьбы за выполнение хрононорм в других подразделениях.

22
{"b":"55596","o":1}