ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Капитан Находнов расположил свой наблюдательный пункт впереди батарей, откуда хорошо просматривалась оборона врага. Со своими помощниками он день и ночь вел наблюдение, изучая вражескую огневую систему. К началу наступления у него имелись полные данные об огневых средствах противника. За день-два до наступления каждый сержант и боец знал задачи орудия: номера целей, какой вид огня должен вестись, тип снаряда, прицел и т. д. Все было готово к бою{310}.

В 43-й бригаде восьмая батарея полностью состояла из девушек. Командовал ею 20-летний лейтенант Владимир Сергеевич Прозоров. Огневую позицию батарея занимала в районе станции Тарховка на берегу озера Разлив.

Девушки с волнением ждали решающих боев. Командиры орудий Зинаида Литвинова, Владислава Корбут, Ирина Егорова, Александра Иванова подготовили и записали на дощечках все данные для стрельбы, ежедневно тренировали расчеты.

Здесь же, на позиции, состоялось комсомольское собрание с повесткой дня: "Комсомолец в бою".

В ряде подразделений прошли встречи зенитчиков с летчиками. Весьма интересной была встреча зенитчиков с Героем Советского Союза гвардии капитаном Михаилом Ивановичем Евтеевым, сбившим к тому времени двадцать один вражеский самолет. Он рассказал о воздушных боях на подступах к Ленинграду, о значении взаимодействия летчиков с зенитчиками. Бойцы задали ему много вопросов. Беседа еще больше сблизила воинов двух родов войск.

В мае была организована радиоперекличка летчиков 103-го гвардейского истребительного авиационного полка с ленинградцами. Началась она так.

В один из майских дней 1944 года над городом патрулировал Герой Советского Союза гвардии капитан Сергей Васильевич Деменков. Летчик много раз видел город с воздуха, видел безлюдные улицы, занесенные снегом. В мае город выглядел иначе - кончилась блокада, дымили заводские трубы, на улицах и проспектах находилось много людей. Город жил кипучей жизнью.

Взволнованным возвратился летчик на аэродром и ему захотелось поделиться своими мыслями о городе с ленинградцами.

Он написал им письмо и отправил его на радио.

Корреспондент радио Матвей Фролов в тот же день приехал в полк и записал письмо Деменкова на пленку. Вечером оно прозвучало в выпуске "Последних известий".

"До войны я никогда не был на берегах Невы, - говорил С.В. Деменков. Родился на Украине, учился в Каче - у Черного моря. Но, как и все мои боевые товарищи, в боях за небо города Ленина я получил почетное право считать себя ленинградцем.

Нам, летчикам, сверху отчетливо видно, как изменилось лицо города. Он стал еще более строгим, величественным, красивым.

Меньше зияющих пробоин в крышах, больше людей на улицах, сильнее дымят фабричные трубы, снова стальные ниточки тянутся от Ленинграда к Москве.

Я возвращаюсь на аэродром и рассказываю об этом летчикам. Это - любимая тема наших разговоров. Мы любим Ленинград, как и вы, друзья, - его граждане. И нам он очень дорог.

Мы знаем: ленинградцы выполнят свой долг и восстановят великий город. А мы стальным щитом прикроем Ленинград. Наше небо - только для советских самолетов... "{311}

Десятки ленинградцев ответили летчику. Они рассказывали о своей жизни, выражали гвардейцам благодарность за их самоотверженную борьбу по обороне Ленинграда. Гвардейцы в своем ответе дали клятву: "... защищать героический Ленинград мы будем как святыню, его обороне с воздуха мы отдаем самих себя, свою жизнь..."{312}

С первых дней июня подготовка к наступлению развернулась полным ходом. 8 июня во 2-м гвардейском Ленинградском истребительном авиационном корпусе прошло совещание командиров частей и их заместителей по политчасти. На нем особое внимание уделялось обеспечению четкого управления и взаимодействия с другими видами авиации и наземными войсками.

В полках прошли совещания партийного актива, а в эскадрильях партийные и комсомольские собрания.

На рассвете 9 июня, когда поступил приказ о наступлении, во всех подразделениях состоялись митинги. Все бойцы восприняли весть о наступлении с энтузиазмом.

- Вот и настал день, которого ждали: предстоит выбить врага с последнего рубежа под Ленинградом, - взволнованно говорил командир орудия сержант Владимир Минин. - Наш расчет готов к бою. Будем беспощадно громить фашистов, отомстим за горе, которое они принесли нашему народу.

Командир пятой батареи 43-й бригады старший лейтенант Владимир Вакуленко свое выступление закончил призывом: "Не посрамим чести воина Красной Армии, своего подразделения"! Воины хором повторили эти слова{313}.

В 8 часов утра 9 июня 1944 года артиллерия Ленинградского фронта и Краснознаменного Балтийского Флота обрушила удар по позициям врага. Началось методическое разрушение железобетонных дотов, командных пунктов и других сооружений. Без перерыва 10 часов грохотала артиллерия. Били орудия осадной артиллерии, а также линкора "Октябрьская революция", крейсеров "Киров" и "Максим Горький".

По позициям вражеских батарей и переднему краю обороны наносила мощнейшие удары наша авиация. В налете на позиции противника в районе Старого Белоострова и Раяйоки участвовало свыше 320 самолетов. На участках, подвергшихся бомбежке, почти все инженерные сооружения были разрушены{314}.

Бдительно следили за воздухом зенитчики. Когда утром 10 июня наши штурмовики наносили удары по переднему краю вражеской обороны, в воздухе появились два фашистских истребителя "фокке-вульф-190". Они бросились на наш самолет, выходивший из боя. Это заметила разведчица Скрыдлова из батареи 83-й отдельной зенитной бригады и доложила командиру. Орудие сержанта Федора Зубакина открыло огонь. Наводчик младший сержант Войскин цепко держал в прицеле вражеский самолет. После третьего выстрела "фокке-вульф" рухнул на землю.

Утро 10 июня выдалось солнечным и тихим. За ночь на переднем крае вражеской обороны развеялся дым, улеглись клубы пыли от вчерашнего артиллерийского обстрела и бомбежки.

В 6 часов могучий грохот потряс всю округу. Снова открыла огонь советская артиллерия, возвещая о начале наступления.

Через час над землей повис грозный гул многих десятков наших самолетов: шли 170 бомбардировщиков и 180 штурмовиков.

Во время артиллерийской подготовки зенитные батареи вели огонь в самом высоком темпе. Они подавляли минометные и артиллерийские батареи, ставили стену отсечного огня, не позволяя врагу маневрировать своими силами.

Метким оказался огонь второго дивизиона 43-й бригады, которым командовал капитан Александр Константинович Матвеев. Его батареи наносили массированные удары по минометным батареям и другим огневым средствам врага. Наблюдатели, находившиеся на переднем крае обороны, сообщали, что снаряды точно ложились на вражеских позициях. Значит, не напрасно капитан Матвеев со своим разведчиком сержантом Василием Авдеевым столько дней и ночей провел на переднем крае, изучая огневую систему врага. За два с половиной часа боя второй дивизион израсходовал 3700 снарядов{315}. Вот какой темп стрельбы взяли зенитчики!

Девятая батарея старшего лейтенанта Григория Михайлова располагалась у самого переднего края обороны. Она наносила меткие удары по вражеским огневым средствам и одновременно прикрывала свои подразделения от налетов авиации. В разгар стрельбы разведчик Базин заметил, что к нашим штурмовикам, возвращавшимся с боевого задания, подошли два "мессершмитта". Наши летчики их не видели и все могло кончиться плохо. Капитан Матвеев сразу же скомандовал батарее Михайлова дать отсечный огонь. Меткими залпами зенитчики отогнали вражеские истребители, помогли своим летчикам.

Наравне с другими подразделениями выполняла боевую задачу и восьмая батарея, которую называли женской. Во время артиллерийской подготовки она участвовала в подавлении минометных батарей врага. Командир батареи лейтенант Владимир Прозоров радовался четкости и слаженности расчетов.

Первый расчет возглавляла ленинградская комсомолка Зинаида Литвинова. В армии она уже прослужила два года, была наводчиком, а потом стала командиром орудия. Не раз ей приходилось вести огонь по фашистским самолетам. Но сейчас в расчете только наводчик ефрейтор Анна Щедрова являлась опытным бойцом, для остальных же девушек это был первый бой.

58
{"b":"55596","o":1}