ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Николай старательно и быстро наматывал фал, продолжал о чем-то напряженно думать.

- Осторожнее! Осторожнее! Он же вот-вот свалится, - беспокоилась Грай. - О чем ты можешь сейчас размышлять?! Постепенно! Тихонько! Да не тяни так сильно!

- О чем я думаю? - спокойно переспросил Николай и посмотрел на часы. До возвращения - семь! Поле стабилизируется, но... риск большой. Очень большой... Я думаю, - удовлетворенно подмигнул Татьяне, - думаю, мы спасем-таки корабль!

Притянув вниз Григория и его летающий камень, Петров объяснил суть этого удивительного явления. Фиолетово-голубые глыбы - это обломки метеоритов. Состоят они из минерала, открытого сыном известного в свое время космонавта Ивана Бидила. "Иванитом" - в память отца - назвал молодой ученый новое вещество. Исследования минерала выявили в нем удивительное свойство: его масса могла становиться отрицательной при некоторых изменениях напряжения Мро-поля.

Наконец все готово. На опушке, недалеко от склона, лежит на грунте самый обыкновенный деревянный плот. Конечно, он мало похож на те легендарные, из песен, которые когда-то, в седой старине, сплавляли по Черемошу предки Григория Варибруса. И все-таки это был настоящий плот.

Чешуйчатые, граненые от природы молоденькие стволы местных деревцев, сломленные или вырванные с корнем из сыпучего, до удивления непрочного грунта, крепко связаны спасательными фалами. Над плотом колышутся связанные вместе несколько огромных фиолетово-голубых глыб. Фалы же соединяют этот "аэростат" с плотом.

На плоту, здесь же, возле фиолетовых глыб, сложен балласт обыкновенные черные камни, которые своим весом перекрывали подъемную силу иванита.

Поодаль, на краю плота, или, как сказал Виталий, на корме, беспорядочной грудой лежали обломки иванита и черных камней. Но это только казалось, что они лежали в беспорядке. К каждому фиолетово-голубому куску привязан был черный, причем такого веса, чтобы немного превышал подъемную силу иванита.

Вот и все нехитрое сооружение, которое, по плану Петрова, должно было перенести четырех космонавтов на остров через озеро магмы.

- Рискованно... Очень рискованно... - хмурилась Татьяна, осматривая плот. - А ну как иванит начнет восстанавливать вес раньше, чем мы доберемся до острова?

- Вот уж поистине, с кем поведешься, от того и наберешься. Эх, Таня, Таня!.. - Виталий состроил гримасу. - Заразил вас своей чрезмерной храбростью Варибрус!

- Смех смехом, а Грай права, - Петров снова посмотрел на экран анализатора. - Все может случиться. Но будем надеяться на лучшее... Да и что делать, другого выхода у нас нет. Ну, в добрый час!

Николай осторожно снял с груды балласта большущий черный камень, и в тот же миг плот оторвался от грунта, повис на уровне пояса.

- Садись! - толкнул локтем Варибруса. - Садись, садись! Ты у нас сегодня герой дня: первый, так сказать, открыл навигацию.

- Садись, Грицик! - попросила Татьяна и ободряюще улыбнулась.

- Чего артачишься? - Петров подхватил Григория под мышки, как подростка - долговязого, худощавого, усадил на середину плота и сбросил еще пару камней балласта. - Ведь этот воздушный паром благодаря тебе создан. Ты первый взлетел, ты первый и на остров ступишь.

Плот покачивался над землей.

- Стойте! Стойте! Одну минутку! - Григорий соскочил с плота, присел на корточки, начал что-то искать.

- Опять переключатель потерял? - спросила Грай. - Может, помочь? Мы тогда быстро вдвоем нашли...

- Спасибо, не надо. Вы все делаете за плату, на звезды меняете. А я звезд с неба не хватаю.

- Ты, Грицик, злопамятный... - Татьяна тоже присела рядом с ним. - Так что же ты все-таки ищешь?

- Цветок. Зенона-Талл. Вот, нашел.

Григорий снова, теперь уже сам, устроился на плоту:

- Поплыли!

Подталкивая свой воздушный паром сзади, друзья повели его к самому обрыву.

- Стоп! - скомандовал Петров и положил на груду балласта еще один большой черный камень. Плот сразу осел на грунт.

И в тот же миг скала вздрогнула, глубинный, глухой гул прошел по ней. Над кратером дым почернел и, внезапно качнувшись, запылал красными отблесками магмы.

- Началось... - Петров посмотрел на экран прибора, нахмурился. - Плохи дела. Успеем ли?.. По местам!

Григорию Николай приказал стать на корме. Рядом поставил Виталия. Татьяну усадил возле центральной иванитовой глыбы, а сам принялся сбрасывать балласт.

Громоздкое несуразное сооружение, подгоняемое попутным ветром, медленно поплыло над пропастью. Внизу чернел девственный лес, громоздились скалы, зияли бездной провалы. С сотню метров оставалось до озера магмы, а там - с километр до острова.

- Начали! - скомандовал Петров.

Григорий взял из груды два связанных камня.

- Кидай! - крикнул Николай, и камни полетели в противоположном движению направлении.

- Принцип реактивного двигателя. Здорово придумано! - в восторге воскликнула Татьяна. - Ну и молодец же вы, Петров!

Повеяло горячим дымом. Плот приближался к огненному озеру.

- Еще!

Летели уже над самым озером. Серый, ядовитый дым застилал остров. Двигались почти вслепую. Где-то справа, казалось, совсем недалеко, багровея сквозь рыжую мглу, ревела, грохотала Афродита.

"Какая красота! - Григорию хотелось петь. - Здорово! Что ни говори, для подвига необходима обстановка. Вот сейчас бы..."

Внезапно кто-то словно толкнул плот вниз. Серным смрадом дохнула уже близкая магма.

- Кидай балла-а-ст!! - не своим голосом взревел Николай. - Кидай!

Григорий и Татьяна торопливо бросали и бросали тяжелые черные камни. Плот поднимался, но медленно, очень медленно, словно нехотя. Дым стал как будто реже, прозрачнее.

- Хватит! - крикнул Николай. - Иванит тяжелеет. Изменения в поле Мро.

В тот же миг плот снова пошел вниз. Извержение усиливалось.

- Кидай!! Кидай!! - хрипел Николай сквозь пронзительный свист и грохот.

- Кидай балласт!.

- Еще! Еще! Еще! - едва долетала его команда.

Плот поднимался, дым рассеивался.

- Остров! - закричала Татьяна. - Вижу остров! Корабль, корабль вижу! И словно задохнулась вдруг: - Балласт... кончился...

Петров обнял Григория и сразу встрепенулся, бросился к фалам, ведущим к иванитовым глыбам:

- Отвязывайте плот, на них дотянем!

Григорий тоже метнулся к иваниту. Плот медленно, едва заметно приближался к островку, который все уменьшался и уменьшался, погружаясь в тяжелые огненные волны.

В дыму мелькнула фигура Виталия. Его било, как в лихорадке.

- Помогай! - крикнул Григорий, но Виталий только вздрогнул. - Пустое, промямлил, - бессмысленные усилия, - закрыл лицо руками.

И снова, в третий раз уже, словно ударило что-то в плот, потянуло книзу.

Ломая ногти, пуская в ход зубы, Григорий и Николай развязывали и развязывали узлы. Сейчас бы резаки. А остров близко, совсем близко! Еще бы сбросить что-нибудь и дотянули бы. И вдруг Григорий спохватился: где Татьяна?

- Татья-а-на!..

- Татьяна! Помогай! - крикнул и Николай.

- Поздно! - послышался голос. Сквозь дым к краю плота мотнулась маленькая тень.

- Стой! - Григорий ринулся за Татьяной. - Стой! Стой!

У самого края, над дымной огненной пропастью схватил за плечо, успел-таки, остановил:

- Стой, говорят!

Но глянув вниз, где ленивые огненные волны были совсем близко, понял: "Татьяна права. Не успеем..."

Вспомнил: "Один поцелуй - одна звезда..."

- Прости, - сказал, - я не смогу подарить тебе звезду... - протянул Татьяне почерневший цветок. - Я - счастливый...

Отшатнулся, ступил на край и растаял в багровом дыму...

Плот перестал падать. Медленно, словно из последних сил, приближался он к черному, обожженному берегу. И, не дотянув какого-то метра, тяжело опустился на остывающую у края магму.

Сквозь горячий кровавый дым трое выпрыгнули на раскаленную скалу. И тут же Татьяна пошатнулась, упала.

4
{"b":"55622","o":1}