ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мы допили наш кофе и распрощались. Я обещал подумать.

По-моему, он даже не понял, почему я отказываюсь. Решил, вероятно, что мало денег. Это, кстати, правда - мало.

Истории этой лет пять, тогда я рассказывал ее как анекдот, и все ржали. А теперь не смеются. Кто-то даже находит резон в предложении маститого продюсера. А что, почему бы и нет? Если, конечно, на приемлемых условиях. Женщина-курдянка убивает возлюбленного! Зря, братец, воротишь нос. Разбаловались!

Да ведь и впрямь разбаловались: захотели писать для души да на это еще и существовать безбедно, ишь вы какие! Жить, не думая, купят или нет... Вон как говорит о себе и своем творчестве модный нынче молодой сценарист: оно, его творчество, "конкурентоспособно". А вот что он говорит о вас в том же интервью: "Не хочешь получать деньги - пиши свои так называемые киноповести, хочешь - пиши по-нормальному... А всякое там авторское кино оно имеет право на существование, но это не профессия". Его "делают неумелые люди".

Сценарист еще полон сил и конкурентоспособен. Вот и его новый сценарий, по которому снимается (теперь уже и снят) фильм. Написан, действительно, "по-нормальному", никаких тебе этих литературных красот и откровений, все по делу, ничего лишнего. И - ничего личного. Но почему-то скучно, хотя, казалось бы, такое накручено - даже вот один из героев оплодотворяет целый нанайский поселок. И все равно тоска. Как будто читаешь во второй или третий раз. У "неумелых" ей-ей поинтереснее. Там хоть не синтетика.

Другой современный автор в том же любимом мною журнале "Киносценарии" обращается с нами покруче. Уж тут достается по первое число "старым идиотам на Высших сценарных курсах", насаждающим мнение, что сценарий есть законченное художественное произведение. "Это все равно, что газ сгоревшего в двигателе бензина объявить самоценным нефтепродуктом",- пишет автор в предисловии - "интродукции", как оно здесь красиво названо. Это не мешает ему все же опубликовать свой сценарный труд, как видно, еще не сгоревший, сопроводив его кокетливыми сносками-комментариями, где он иронически обыгрывает свой текст, напоминая нам, что сам он, конечно, умнее и культурнее того, что написал. А то ведь мы могли подумать, что он всерьез рассказывает нам эту душераздирающую историю про старого вора в инвалидной коляске, толстого мальчика-скрипача, негритянку-проститутку и крутых ребят на "мерседесах". А это всего лишь на продажу. Купят или нет? Об авторе сообщается, что он прозаик, "пишет на машинке и носит модные шляпы". Вот так-то.

Глава 22

КАК МЫ РАЗГАДЫВАЛИ ПЕТЕРБУРГСКИЕ ТАЙНЫ

Вот и еще глава, подсказанная в последний момент издателями: "Петербургские тайны" - как же без них! Уж коль скоро автор - "последний сценарист", как он себя величает,- имеет все же непосредственное отношение к самому популярному российскому сериалу, то как же обойти молчанием этот факт - не рассказать, не поведать о том, что, быть может, всего интереснее читателю!

И я опять сел дописывать книгу.

"Петербургские тайны", ныне знакомые едва ли не каждому взрослому в России, да отчасти и в сопредельных странах,- это, как известно, вольная интерпретация романа Вс. Крестовского "Петербургские трущобы", написанного в середине прошлого столетия и ставшего своего рода бестселлером для тогдашней читающей публики. О романе с сочувствием и похвалой отзывался Достоевский, что, в общем, и понятно, если иметь в виду определенное сходство любимых мотивов. Как это случается с бестселлерами, проходит время, и модное некогда произведение исчезает из обихода, оставив о себе лишь слабую память. По крайней мере ваш покорный слуга имел о романе Крестовского самое смутное представление - попросту говоря, не читал,когда получил предложение, неожиданное и несколько шокирующее, взяться за его экранизацию. До сих пор, как мог, избегал участия в производстве масс-культуры, имея на этот счет стойкое и, надо признаться, высокомерное мнение. А тут - сериал, мыльная опера, "Санта-Барбара", если на то пошло!

Это при том, что знаю людей весьма рафинированных, ценителей прекрасного, вместе с тем неравнодушных к этому мыльному жанру, способных часами, в чем они сами с улыбкою признаются, следить за перипетиями какой-нибудь 34-й или 115-й серии, искренне огорчаясь, если в это время звонит телефон. Это у них как бы идет по другому ведомству, не мешая всему остальному; тут, видимо, заведуют какие-то другие участки мозга, только и всего... Лично я так и не успел пристраститься к сериалам, да, в общем, ни один из них толком не смотрел, и это стало даже камнем преткновения в работе, когда я за нее все-таки взялся: я попросту не знал, с чем это едят, и что, например, пространные диалоги и рассуждения персонажей, с чем мы всегда боремся в кино, здесь как раз-то и необходимы. И если, скажем, кто-то кого-то убивает в 30-й серии, то в 29-й он должен рассказать, как он это сделает, а в 31-й - как он это сделал. Так, в общем, я определил для себя особенности жанра.

А взялся я даже не ради денег, что было бы, в общем-то, объяснимо в наше время, а по мотивам, которые как раз трудно объяснить. Если в двух словах, то меня уговорил Пчелкин.

Леня Пчелкин, Леонид Аристархович, старый мой институтский знакомый, ныне признанный патриарх телевизионного кино, и был главным двигателем этого проекта. Пчелкин славен фильмами - экранизациями русской классики, в которых снялись лучшие наши актеры. Фильмы сделаны добротно, без особых затей, по-телевизионному; тем-то, собственно, и хороши. Актеры в них, по общему признанию, работают отменно. А еще Леонид Пчелкин, при том, что уже немолод, не очень здоров, иногда кажется, что с трудом передвигает ноги, обладает, как выяснилось, недюжинной энергией и магической силой убеждения, против которой устоять невозможно. Чем-то он вас незаметно завораживает: только что вы сказали "нет" и вот уже говорите "да". Как он привлек в "Петербургские тайны" такую мощную плеяду актеров, как он их безошибочно выбрал, соединил, заставил работать до седьмого пота за грошовую, в общем, плату - о плате я еще скажу,- для меня до сих пор загадка. Впрочем, актеры Пчелкина обожают, в этом я не раз убеждался.

Чем он завлек конкретно меня, теперь уж не упомню. Я, как уже сказано, сериалы не жаловал, относился к ним с твердым предубеждением, как к суррогату культуры. Надо народ поднимать до Гоголя, а не Гоголя опускать до народа, так, кажется, сказано у Чехова в письмах. "И поднимем!" отвечал Пчелкин, бодро угадывая мои мысли.- Создадим культурный отечественный сериал! Кинороман! Книга Крестовского позволяет, ты почитай. Мы ее, конечно, перелопатим. Вытащим авантюрную линию, романтическую, там все это есть. Остальное побоку - смикшируем или вовсе уберем. Литература второго ряда тем и хороша для экранного воплощения - можно дать волю собственной фантазии. Ну неужели наши люди, сам посуди, не заслуживают ничего лучшего, чем мексиканский ширпотреб?!"

Актеры потом признавались мне, что этот аргумент был для них как раз решающим. Плюс еще, конечно, хорошие роли. Вот такие соображения, как видите, идеального свойства. Спонсоров нет, деньги придется еще искать, "каналы" заинтересованы купить по дешевке что-нибудь готовенькое в Рио-де-Жанейро, чем возиться с нами. Но ничего, попробуем!

Не дочитав еще книги, где-то на середине второго тома, я сказал "да".

Меня, конечно, подвигли на это и будущие мои соавторы, близкие мне люди - Елена Гремина и Михаил Угаров, оба театральные драматурги, что в данном случае важно: телевизионный фильм все же больше тяготеет к пьесе, к театру. К тому же писать предстояло 48 серий, это в общей сложности 1500 страниц текста, да еще многофигурная композиция - в самый раз работать артелью.

В свою очередь и режиссерская группа составила прочную артель. Вместе с Пчелкиным за дело взялись Вадим Зобин и Марк Орлов, тоже опытнейшие мастера телевизионного фильма. Вадим Зобин, насколько я знаю, даже пробовал писать сценарий собственноручно, но потом все-таки решили пригласить сценариста. Тем не менее многое из того, что появилось в сценарии, в его романтической линии например, предложено Зобиным. В конце концов он дорвался и до заветной мечты - писать самому - и уже после картины, на волне успеха, сочинил продолжение - "Развязку "Петербургских тайн"".

100
{"b":"55635","o":1}