ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Гордиенко Константин Алексеевич

Девушка под яблоней (Буймир - 2)

Константин Алексеевич ГОРДИЕНКО

Трилогия "БУЙМИР" - 2

Девушка под яблоней

Роман

Перевод М. Чечановского

Известный украинский прозаик Константин Алексеевич Гордиенко представитель старшего поколения писателей, один из основоположников украинской советской литературы. Основная тема его произведений - жизнь украинского села. Его романы и повести пользуются у советских читателей широкой популярностью. Они неоднократно издавались на родном языке, переводились на русский и другие языки народов СССР.

За роман трилогию "Буймир" К. Гордиенко в 1973 году был удостоен Государственной премии УССР им. Т. Шевченко.

В этом романе автор рассказывает о росте революционного сознания крестьян села Буймир, о колхозном строительстве в Буймире и о героической борьбе украинских колхозников за свою Родину, за свободу и независимость против немецко-фашистских захватчиков в годы Великой Отечественной войны.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1

Расположились на траве, под яблоней, что раздалась на приволье, ветвистая, пышная, шелестела густой листвой. Круг собрался порядочный, пожилые люди, по старой привычке - стоя, сосредоточенно слушали речь Павлюка. Дело, известно, хлопотное.

- Надо выбрать такого человека, чтобы бригаду не задергал, хозяйство привел в порядок - соседям в науку. Чтобы люди его уважали и сам бы уважал людей.

Собрание было вполне согласно с Павлюком. А суетливый, уже в летах, пастух Савва то и дело, при каждом удобном случае и даже без случая, напоминал:

- При Селивоне бригада не вылезала из прорыва!

Когда же Устин Павлюк добавил, что недостойно бригадиру цепляться за старинку в хозяйственной деятельности, да и в собственном поведении, как это делал Селивон, а должно ему быть новатором смелым, изобретательным, потому что и пожилые люди усвоили достижения передовой мичуринской науки, вводят их на колхозных полях (намек, верно, на Мусия Завирюху) и других учат тому же, - собрание все-таки не могло догадаться, кого Павлюк метит в бригадиры.

Селивон, упитанный мужик, которого бригада не захотела дольше терпеть (известно, Павлюк подбил!), с недоверием отнесся к этим словам: где, дескать, сыскать такого человека, просто Павлюку надобно было опорочить опытного хозяина Селивона. Много, впрочем, не стал распространяться пусть не думают, что в нем заговорила обида.

Игнат Хоменко решительно запротестовал:

- Опомнитесь, добрые люди! Откуда нам взять таких грамотеев? Всех перебрать можно! Никто не хватает звезд с неба! Все мы обыкновенные, простые люди. И сами знаем, кто чем дышит.

- Кто чем, а Игнат наверняка самогоном! - под общий смех прервал настроившегося было поговорить человека этот задира Марко, достойный сынок своего папаши - пастуха. Вот уж бесцеремонно обошелся с пожилым хлеборобом, да еще членом правления. Подкусив сторонника Селивона, Марко снискал сочувствие собрания: кому не известно, что Селивон подпоил горлопанов, чтобы за него надсаживались на собрании? Кто не знает, что за гуляка Игнат?

Ну, чем мог отбить Тихон дерзкую выходку Марка, во всеуслышание срамившего Тихонова отца - Игната Хоменко?.. Э, да неужели у Тихона не хватит духу осудить чье бы то ни было недостойное поведение, пусть даже отцово?

Звеньевая Галя жаловалась, что Селивон без толку дергает людей. Пропалывают девчата свеклу: рядки заглушило куриное просо, позаплетала повилика... Так нет же! Не допололи свеклы - полите, девчатки, пшеницу: директива райцентра. Стали дергать колоски ржи, донник, сурепку, чтобы чистая, сортовая пшеница была. Не успели разделаться с прополкой, как подоспел новый приказ Селивона: полите просо, бурьян забивает. Полольщицы рубили сапкой колючий осот, а куриное просо рвали руками. Не докончили проса - полите, девчатки, кукурузу, потому как сурепка, повилика тянут соки, кукуруза даже пожелтела, если зарастет, початков не даст.

Как могло собрание после этого отнестись к бригадиру?

- Не умеет Селивон расстанавливать силы! - обвинил бригадира Марко.

Возвели напраслину на Селивона! Стоит кому-нибудь одному бросить первый камень, а там уж посыплется! И невеяным-то жито сеял, и дождем-то залило недовывершенные скирды...

На смуглое лицо Павлюка набежала тень, - это был средних лет человек, крепкий, складный, полнолицый, с казацкими русыми усами. Он уже видел - не ждать добра от Селивона будущему бригадиру.

Собрание заметило, что Устин Павлюк в своем слове о воспитании кадров, о капиталистическом окружении обращался больше к женщинам. Он прямо так и сказал, что советская женщина - огромная сила в строительстве социализма и что мы живем под постоянной угрозой нападения империалистических хищников, мужчины могут пойти на войну защищать советскую землю, нужно, чтобы женщина приучалась вести хозяйство.

Это было неожиданностью для Селивона, он удивленно переглянулся с Игнатом: куда это Павлюк гнет? Долго еще будет он выматывать душу?

Павлюк фактами подтверждал, что за десять лет коллективизации немало прославилось звеньевых-пятисотниц, которые доказали свое умение управляться с большим хозяйством.

Когда наконец Устин Павлюк посоветовал выбрать бригадиром Теклю, все онемели. Нужно сказать, что больше других это смутило Игната Хоменко, Селивона и конюха Перфила; они в штыки приняли это предложение. Кто не знает этой своенравной девчонки? Еще когда звеньевой была, натерпелись. Разве ей угодишь? Будет приказывать, распоряжаться. Верховодить захочет Селивоном, будет смотреть на него как на рядового колхозника! И остальной народ уж не станет к Селивону обращаться... Уже не Селивон будет первым гостем на свадьбе... Кто теперь заметит Селивона? Будь то на ярмарке или в райзу... На что это похоже? Да с ней никогда покоя знать не будешь, жизни не увидишь. Никогда чарки не опрокинешь, от этой не жди - спуску не даст. Твердой рукой поведет бригаду, как до сих пор звено вела.

- Неужели в бригаде люди перевелись? - обращается Игнат Хоменко к собранию. - Ничего не остается, как бабу выбирать, мало сказать бабу девку, у которой ни знаний, ни опыта? Давно ли она пашню знает? Как землю обрабатывать? Землю!.. Спасибо на добром слове, не понять только - всерьез или для смеху дает Павлюк такой совет? Неужели больше выбрать некого?

Селивон:

- Игната...

Игнат:

- Перфила...

Перфил:

- Селивона...

Непочатый край опытных людей в бригаде, а Павлюк, нате вам, уцепился за девчонку! Да хватит ли у нее смекалки, умения?

У девушки свет в глазах помутился, не знала, куда и деваться, высмеяли, опозорили... Чуть не расплакалась от обиды. Боялась, чтоб не подумали дурного - будто сама навязывается, за славой тянется. Разве она просила Устина Павлюка ставить ее бригадиром? Легко ли ей слушать, как глумится Хоменко.

- Мужики хозяйствуют - и то ни складу ни ладу! Селивон какой хозяин, и то не угодил... Так неужели девчонка наведет порядок? Разве по силам ей эта работа? Да и очень сварлива! Суетлива! Придирчива!

Селивон, и говорить нечего, возмущен легкомысленным советом. Мясистое лицо набрякло.

- Одумайтесь! За хозяйство душа болит! Разве это девичье дело? Народ в поле расставить нужно. Разве ее послушают? Объем работы немалый, чтоб не было перерасхода трудодней!

Да, Селивон выказал неплохое знание колхозного дела, в чем люди имели возможность убедиться. Кое-кому западет теперь, может, трезвая мысль: не сумели уважить толкового бригадира! Такого дорогого человека Устин Павлюк ни во что поставил!

- Где это видано, чтобы нам по указке какой-то девчонки плясать? поворачивается Селивон еще раз к бородачам.

Игнат Хоменко тоже может подтвердить:

- Совещания созывай, планы составляй, в севе, в жатве не отставай. Виданное ли дело, чтобы баба бригаду вела, да ко всему сортовую пшеницу сеяла!

1
{"b":"55654","o":1}