ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Диву даешься, как ты еще зелен стоишь, стебелек мой, как выжил. Каких только ты не узнал напастей! Целую осень лили дожди, земля пропиталась водой, набухла, выгнала хрупкий стебелек. А тут придавили морозы, смерзлась земля, как кремень, и уснул стебель. Потом секли его пронзительные ветры, - зима была бесснежная, не было стебельку защиты. Изредка выпадал сухой снежок; точно сорвавшись с цепи, принимались дуть злые ветры, гнали снег с полей в леса, в овраги, в балки, там он и оседал. Вдруг полили дожди, на полях стояла вода, сбегала с бугров, заливала низины, и ты, стебелек, мок в воде. И снова хватили морозы, земля обледенела, и ты, стебелек, вмерз в лед. Морозы все лютели, шальные взрывы сотрясали ночь, земля лопалась, морозы рвали порою и хаты, что стояли на глиняных грунтах, раскалывались стены, глинобитный пол. Вода в колодцах промерзала до дна. Хозяйки ставили в погреба ведра с горячими угольями, чтобы не замерзла картошка. В начале весны задождило, туманы разъедали лед сверху, он подтаивал, крошился, но внизу, на самой земле, был еще крепок. Пригрело по-весеннему солнышко, земля, хоть и под ледяной коркой лежала, отошла, и ты, стеблиночка, ожила, а дышать было нечем - захирела ты... Где тракторами не раздавили лед, хлеба пропали. Да и как ты его раздавишь, когда лед слился с землей. Где нависал корочкой - там раскрошили. Известно, какая весна бывает на левобережье - ветры, сушь, долгоносик".

Печальные девичьи глаза скользили по обширным зеленым полям.

Одна надежда была - росы освежат за ночь растения. Да ночи пошли холодные. А днем на землю босой ногой не ступить - как зола. Ежели корень в сухой земле сидит, как будет растение развиваться? Озимые хлеба уже в трубку пошли, колосятся. А стебель истощен. Откуда колос возьмет силу?

Жгучая тоска оседала на душу.

Мусий Завирюха застыл среди поля. Полотняная рубаха блестит на солнце, юфтевые сапоги парят ноги, соломенный брыль отбрасывает тень на загорелое продолговатое лицо.

Жито от корня горит, желтеет, неоткуда тянуть соки растению, чтобы питательные вещества растворились и преобразовались в органические кислоты...

Не находя слов утешения, излагал дочери агрограмоту. Будто Текля сама того не знала.

И, однако же, Мусий Завирюха потупясь продолжал втолковывать, как растение вбирает железо, калий, кальций, серу, магний, что как раз влага-то и растворяет кислоты.

Галя, Текля, Наталка Снежко, другие девушки, которые здесь были, слушали его с некоторой досадой.

Вырвав стебель, Мусий Завирюха вертел перед их глазами сухими корешками, объясняя, каким образом корень тянет питательные вещества, и все же стебель зачах, пожелтел - недостаток влаги! Чтобы растение росло и развивалось, ему необходимо сорок - шестьдесят процентов влаги. А у нас такой жарищи и летом не бывало. Деревья трещины дают.

Текля досадует на отца: не собирается ли он окончательно вогнать в тоску подруг?

Все веселее посматривает Мусий Завирюха на печальные девичьи лица. Да есть ли у них основание для тревоги? Ведь пока еще хлеба не дошли до стадии восковой спелости, еще зеленые. Рожь начинает колоситься, болеет, пожелтела, но ведь еще не кончился период вегетации.

- Сеяли-то мы что? Крупное, сортовое зерно или всякие отходы, как в старину? Чего вы носы повесили? Селекционная мичуринская наука вырастила сортовое, сухостойкое зерно, которое выносит и суховеи и морозы, не боится ни ржавчины, ни болезней.

Светлая вера звучит в словах Мусия Завирюхи, вера в силу плодоношения зерна, в силу советской науки. Напрасно Текля ворчит на отца.

С чувством облегчения возвращались подруги с поля, с признательностью думая об ученых, вырастивших жизнестойкие семена с выносливым зародышем.

Возле сада встретили хмурого пасечника Луку Остаповича с Арсентием Герасимовичем, садовником. Обычно разговорчивые, приветливые, друзья на этот раз невесело поглядывали на белый свет. В добрую минуту непременно посыпались бы на Мусия Завирюху смешки да шуточки - репей, дескать, промеж цветов! На сей раз друзья скупо бросили: "Здорово!"

Эх, и обильно цветет сад! Одурманивает своим ароматом.

Но только неопытному глазу может показаться, что сад цветет обильно. А что в том проку? Будут ли крахмал, кислоты, масла, сахар - вот что волнует Мусия Завирюху. Где возьмет дерево силу? Солнце высушивает влагу.

Эти пышно цветущие деревья сильно тревожили садовника. Налетом загара покрыты обрамленные сединами щеки. В глазах застыло беспокойство. У пасечника своя забота. И он делится ею с друзьями. Сердитая нынче пчела, иссушает солнце цвет. Горит сад, вянет, как опаленный. А засушило цвет - и пчела зла: негде разгуляться. Вздувшиеся руки, припухшие глаза пасечника тому свидетели. Солнце выжгло нектар, вот и вьется с лютым жужжанием пчела, пыльцы бедновато собрала на ножках. Днем ветрено, а ночами студен нектар, чтобы его брать.

Внимательно прислушавшиеся к разговору девушки поняли: и в саду те же заботы, что и в поле, и дереву недостает питательных соков. Всю весну ветры. Пчела прилетает со скудной ношей, иную и вовсе в дороге ветром собьет. За день в улье набирается двести граммов меду. А в хорошую весну по килограмму.

И говорить не приходится, до чего встревожен скудным опылением Арсентий Герасимович, садовник. Но все же он пока не теряет надежды на хороший урожай. Яблони сильные... Богатая крона, могучие стволы. Должны дать хорошую завязь.

Сад точно в снегу, так на солнце и искрится, глаз не оторвешь. А сколько заботы в него вложено! Каждая поездка, встреча, каждая беседа дает что-нибудь, обогащает опытом.

Щедро одаряет человека советская земля. Учит, как преграждать дорогу стихиям, направляет человеческую мысль на преобразование природы.

Возле кузницы, в центре заваленного двора, собрались председатель колхоза Устин Павлюк, кузнец Повилица, в летах человек. Мусий Завирюха, бригадиры, Родион Ржа, тракторист Сень. Насупились люди, тревога грызет их. Земля под жгучим солнцем стала что черепок.

Как сберечь влагу, уничтожить сорняки, чтобы не тянули драгоценные соки, и вместе с тем не пересушить почву - вот над чем все бьются.

Капельки пота, стекая со лба, попадали в глаза, стекали струйками по смуглым щекам. Сгорела от зноя трава, поскрутило листву на деревьях. Босой ногой не ступить на землю.

Сень сосредоточенно чертил по раскаленной пыли какие-то клинья, и все невольно следили за ним.

Уже три года, как Сень водит трактор. Любознательный юноша год за годом все лучше усваивал грамоту хлебороба - знание грунтов, способы обработки, сложную систему севооборота - науку выращивания чистосортных хлебов. И сейчас народ обратился к нему за советом.

Чуть ли не целую лекцию прочитал по этому вопросу Мусий Завирюха, и все слушали его со вниманием, хоть и сами в этом деле разбирались.

В таком случае как надо сеять озимую пшеницу? Сортовую пшеницу, выведенную Харьковской селекционной станцией? Ведь нужно обеспечить урожай будущего года.

Словно за всех говорил Мусий Завирюха, и каждый в его словах находил отголосок собственных мыслей.

Люди мучительно ищут выхода, как бы не пересушить почву. Да и сам Сень разве не над этим ломает голову? Все в один голос выражают недовольство культиваторами, которые обрабатывают пар одинаково в дождливое лето и в засуху; рады бы люди найти какие-то особые способы обработки поля, но, чувствуя свое бессилие, все надежды возлагают на Сеня, точно он конструктор какой-нибудь. И, надо сказать, голос народа дошел до сердца Сеня, хотя он и был в затруднении... А тут еще Устин Павлюк с присущей ему находчивостью ввернул: разве лекарь выписывает один и тот же рецепт на все болезни?

"А мыслимое ли дело на каждое поле изобретать новую машину?" - так и вертится на языке у Сеня, но он сдерживает себя, чтобы не огорчать и без того расстроенных друзей, и продолжает задумчиво чертить какие-то треугольники, водя палкой по раскаленной пыли.

В глазах окружающих стоял тоскливый вопрос - как помешать солнцу высосать влагу на парах? Озимые успели прихватить холодку, уже дозревают, им солнце не страшно. Сдвинуты брови, бьется, ищет выхода беспокойная мысль.

10
{"b":"55654","o":1}