ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

На буграх, где всего сильнее ветер с морозом, на южных склонах всходы словно бы побурели.

Мусий Завирюха озабочен:

- Земля начинает трескаться, выпирает узлы кущения. От солнца земля раздается, к ночи сжимается, стягивает жилки, рвет корень.

- И больше всего там, где пожиже земля, - добавляет тракторист Сень.

Сень говорит, что в бригаде Текли хлеба кустистые, хорошо укоренились, пошли в рост, не тронуты морозом, а в бригаде Дороша прихватило.

Родион Ржа, осанистый человек, заместитель председателя, недовольно буркнул, что в девичьей бригаде и земля жирнее, покосился на тракториста: ишь ты, старших учить вздумал.

Сень решил посбить Родиону спеси, чтобы не чванился, даром что Текля бросала на тракториста предостерегающие, чуть ли не молящие взгляды, не расхваливай девичью бригаду. Чересчур уж скромна. Сень сделал вид, что никого и ничего не замечает.

Терпи, Родион Ржа, гляди, как Устин Павлюк с Мусием Завирюхой смотрят в рот Сеню. А что изрекает Сень? Давным-давно известные любому хлеборобу истины - как пахать стерню под сев. И, однако же, они ловят каждое его слово, будто необычайное открытие! Как надо волочить да как придавливать катками, чтобы уплотнить почву, чтобы не осела и не оголила узлы кущения. Чтобы были дружные всходы, сильный куст, чтобы ранней весной хлеба не вымерзли. Да кто этого не знает? И, однако же, белая борода так и светится! Уж очень доволен Мусий Завирюха, что его мысли сходятся с мыслями безусого паренька. Павлюк тоже поддерживает тракториста. А Сеню того только и нужно, и он принимается судить-рядить о Родионовом куме Дороше. Будто бы восточные ветры согнали снега на полях бригады Дороша и морозы припекли листочки. Текля же нагребла валы, на ее поля намело снегу, и морозы не прихватили хлебов... Говорит, а сам нет-нет и посмотрит с насмешечкой на Родиона, хочет доказать, что Родион малосведущий хозяин, унизить старается заместителя председателя в глазах людей.

А людей, что стояли на бугре, заботило совсем другое. Ветер уже гонит волны по хлебам. Как бороновать? Апрель ветреный, земля повысохла, начинает трескаться.

Хотя Сень самый молодой здесь, а смотри ты, всех башковитей оказался. Народ сразу оценил интересный опыт. Оживились лица, повеселели взгляды. Мусию Завирюхе совет тракториста тоже пришелся по душе. Как начали молодые парни работать в МТС, раскрылись перед ними горизонты. Один только Родион взял под сомнение предложенный Сенем способ - неизвестно, мол, что получится. Осторожный хозяин, здраво рассуждает, предостерегает от чрезмерного увлечения:

- Только зря трудодни переводить будем!

Зелен еще тракторист, чтобы верх взять над старым, опытным хлеборобом!

- Я бы только борону пустил, - настаивал на своем Родион, проверенное дело.

Сень убедился, что заместитель председателя не отличается толковостью.

- Как пойдет борона по крепкой земле, когда хлеб по колено?

Родион не поверил словам тракториста, - кроме Сеня, никому бы и в голову не пришла эдакая шальная мысль.

Но не удалось ему расхолодить людей, всех захватило предложение тракториста. Устин Павлюк и Мусий Завирюха уцепились даже - находка! А про Теклю и говорить нечего.

Поощренный вниманием друзей, Сень начинает объяснять свою мысль подробней. Шагая рядом с Теклей, он говорит:

- Удивительные люди встречаются, - кивает он на Родиона. - Бороной-то испокон веку боронуем, а вот ротационная мотыга - новинка, бес ее знает, что за штука.

Когда спали морозы, попробовали пустить бороны, чтобы разрыхлить землю, забороновать трещины, и тут увидели - задубела земля, скребут поверху зубцы, как по дороге, и следа не оставляют. И тогда, послушавшись Сеня, пустили ротационные мотыги, которые давно лежали в колхозе без дела.

Борона рвет, а ротационная мотыга давит, диски вертятся и зубцами разрыхляют грунт, посевов не рвут, а корку разбивают. И трещин как не бывало! Мотыга ходила поперек посевов, а вот Текля с Сенем надумали пустить ее и по диагонали, да посильнее придавили тяжелым колесом, - зубцы глубже вонзаются в задубелый слой, ворошат его.

На буграх, где уже повыпирали узлы кущения, по совету Сеня пустили еще кольчатые катки - придавили... И тут Сень удивил вдруг Мусия Завирюху. На песках, сказал он, можно выдавить корень. На плотной земле безопасней. Сень хорошо разбирается в грунтах - уверился Мусий Завирюха. А Текля перенимала эти знания от тракториста.

Не раз в ту весну в апреле студеные ветры сковывали землю, днем пригревало солнце, земля оттаивала, но посевы были предохранены от вымерзания. На радостях Устин Павлюк, нескупясь, делился с соседями своим опытом борьбы с вымерзанием.

Родион предостерегал председателя:

- Еще не известно, поможет ли это делу.

Устин Павлюк доказывал:

- Разве уже не видно? Верхний слой почвы разрыхлен? Трещин нет? Какие еще могут быть сомнения?

Дошло до крупного столкновения.

Устин Павлюк:

- Наша святая обязанность делиться с соседями опытом.

Родион Ржа:

- Чтобы они вперед выскочили?

Текля:

- Надо, чтобы люди узнали, как можно избежать беды.

Родион Ржа:

- Да ведь мы соревнуемся с ними! Хотите, чтобы обогнали?

- Нет у тебя государственного ума, - укорял его Мусий Завирюха.

Родиона не так-то просто переубедить - человек упорного нрава. Если в Буймире урожай будет выше, чем у соседей, кому все почести выпадут? Награды, премии, надбавки? Смотришь, и Родиона тогда не обойдут. Кулики и без того посмеиваются над нами... Вот Сень с Теклей по молодости лет упрекают его, что он не болеет за народное добро. А кто в колхозе больше его печется, чтобы колхозники жили в достатке?

Вскоре обнаружилось, что в Куликах вымерзло больше ста гектаров посевов.

В Буймире же не пришлось пересевать ни одного гектара.

- Климат не тот... - глумливо кивал в сторону Куликов Родион Ржа.

4

В глазах зарябило, когда девичий цветник высыпал на сцену. Множество девичьих пар то вьются змейкой, то свиваются в венок, взмахивают пышными цветистыми рукавами, словно крыльями. На светло-желтом поле плывут, завиваются малиновые разводы, мелькают плахты, красные сапожки, зеленые пояса, перевиваются ленты, набегая синими волнами, и тогда все заплывает туманом. Волшебство, да и только! А девчата красивые - чернобровые, гибкие в стане, с округлыми плечами - все кружатся да кружатся... Марко с Сенем полюбовались минутку и двинулись дальше с нерастаявшей улыбкой на задумчивых лицах.

Плавная степная раздольная песня плещется на солнце, звенит в сердце, ветер уносит ее в синюю даль. Послушать песенников собралось порядочно народу, среди молодежи - седые головы. Окинув толпу беглым взглядом, друзья и здесь долго не задержались.

Цветастый платочек привлек их внимание. Текля со своей подругой Галей осматривали выставку народного творчества. Возле девчат увивался Тихон, его, конечно, интересовали не столько образцы вышивок, сколько сами вышивальщицы. Текля - стройная, русая, кареглазая, Галя - крепкая, круглолицая, чернобровая, каждая привлекательна по-своему, - сам бес не скажет, за какой тут приударить.

Подруги рассуждали о том, что васильковый цвет молодит и что наши вышивальщицы любят яркие краски.

Было бы очень кстати и Тихону ввернуть словечко насчет столь деликатного дела - да что тут скажешь? Что у него в глазах пестро от этих мелькающих зеленых и красных пятен? И потому он предпочитал молча, с глубокомысленным видом разглядывать эти вставки и манишки... Иногда, правда, и он вместе с девчатами с непритворным восхищением любовался узорчатыми рушниками. А вот подходящие слова на язык не шли. Хоть беги в Лебедин, в музей, слушать лекции. До чего же иногда можно заморочить голову человеку!

А вот Марко и Сень - те действительно глаз не могут оторвать от рушников. Заводят непринужденный разговор с девчатами и, к досаде Тихона, обнаруживают полную осведомленность во всех этих девичьих рукоделиях... Мало того, подруги с удовольствием слушают Марковы размышления насчет узоров. Где только набрался он этой премудрости?

4
{"b":"55654","o":1}