ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

На высокомерное замечание Урущака, огорошившее собравшихся, Нагорный ответил, что большевики не только сами обязаны учить народ, но и учиться у народа. А массы обязаны контролировать руководителей, поправлять их, вскрывать их ошибки.

Слова эти пришлись по Сердцу присутствующим.

Не в силах совладать с охватившим его возбуждением, пастух победно обводит глазами собрание, кивая в сторону Урущака и Родиона: в наш век глушители критики не в почете!

- Всыпь в ведро кислого квасу ложку сахару - нешто поможет? - говорит пастух. Вот и разбери, к чему он ведет. - Все правление, где засели дружки-приятели Родиона, переизбрать надобно!

Вот это понятно! И против этого возразить нечего. Все дружно поддерживают пастуха.

Нагорный благодарит собрание. Из острых критических выступлений он сделал для Себя немало полезных выводов. Партия изучает опыт организационной работы. Товарищ Калинин учит, что голое администрирование не может дать хороших результатов.

- Людей надо знать! Людей надо изучать! Пастух! Доярка! В душе каждого из них целый мир! Людей надо знать не по одним лишь сводкам и рапортам, - говорил Нагорный, должно быть, в поучение руководителям колхоза, - надо знать, как они трудятся, чем дышат.

Собранию стало известно содержание разговора, состоявшегося между Нагорным и Урущаком в райкоме партии. Разговор возник в результате сигналов, поступавших от Устина Павлюка и Мусия Завирюхи о действиях колхозных дезорганизаторов, которые пребывали под крылышком Урущака.

- Не могу я знать каждого пастуха, - говорил Урущак. - У меня вон их сколько, колхозов этих. Не могу я знать каждую доярку. У меня одна голова.

- И все же мы обязаны знать каждого пастуха, - доказывал Нагорный. Когда окрепнут партийные организации в колхозе, тогда нам легче будет. А у нас пока такие колхозы, в которых нет партийных организаций.

- Значит, нужны срочные мероприятия, - неожиданно заключил Урущак, ощутив, вероятно, опасность. И тут же воспылал внезапным желанием отправиться в Буймир, созвать общее собрание, чтобы выявить все недочеты, тут же, на месте, проверить жалобы, навести порядок.

- Лучше быть не может, - согласился Родион.

- Урущак уже не один год наводит "порядок", - возразил Устин Павлюк.

Тогда-то Нагорный и решил, что сам будет присутствовать на общем собрании. Нельзя сказать, чтобы Урущак и Родион обрадовались подобному обороту дела. И, как выяснилось из дальнейших событий, у них были к тому основания.

Сегодня, среди шума и гама, в этом сложном переплетении обид, поклепов и оскорблений, Нагорный уловил зерно правды, правильно оценил положение. И говорил будто недолго, а всех успокоил справедливой, убедительной речью. Пастух Савва так весь и просиял и, не в силах сдержать бурного потока чувств, от всей души благодарит товарища Нагорного.

Народ - сила, он все может.

Павлюку быть председателем, а Марку фермой заведовать - решило общее собрание.

- Потерял портфель! - кивая в сторону Родиона, говорит пастух.

- А как же Селивон? - растерянно обращается к присутствующим кладовщик Игнат.

- А Селивон будет воробьям кукиши показывать! - под общий хохот ответил пастух.

- На рядовой работе пусть проявит себя, - проговорил новый председатель Устин Павлюк, - пока не кончится ревизия.

- Пока ревизия не выведет всех на чистую воду! - несколько определеннее изъясняется Марко.

Пастуху снова придется скотину пасти, на зеленом приволье с буйными ветрами разговаривать.

Старику хотелось бы весь свет прижать к своей груди.

- А пастбище чтоб нарезали для фермы не такое, как при Родионе, осока, лепешник да жабьи конопельки! - с молодецкой живостью воскликнул пастух, развеселив окружающих.

Не мог удержаться от улыбки и Нагорный, с приветливой мягкостью кивнул пастуху - как решит общее собрание, так и будет.

Полны неостывших чувств, расходились колхозники по домам.

2

На совещании в райкоме, посвященном дальнейшему развитию колхоза "Красные зори", Павлюк повел необычайный разговор.

- Я того мнения, - сказал он, - что хирургу, сталевару и председателю колхоза никто не должен мешать.

Что за вздор! Вот это загнул! Урущак обалдел. До чего договориться можно?! Это что же, Павлюк против всяких планов и руководства? Урущак, право же, постичь не может, куда человек гнет, чего хочет! Такому только дай волю - он нахозяйничает! На это недвусмысленное обвинение Павлюк даже не потрудился ответить.

Секретарь райкома Нагорный, следя за выступлениями, словно бы даже посветлел от этих слов Павлюка - уж не сочувствует ли он тому опасному взгляду на вещи, который выразил Павлюк? Не думает ли поощрять в таком деле Павлюка?

И, словно в развитие этих мыслей, Нагорный начал говорить о том, что честному, дельному председателю действительно не следует связывать инициативу.

Урущак ничего подобного еще не слышал! А как же тогда земельные органы? Не иначе как Павлюк втерся в доверие к секретарю.

- Кадры надобно изучать, воспитывать, - развивал Нагорный свою мысль. - Есть руководители колхозов большого организаторского таланта, государственного ума. Которые всю душу вкладывают в развитие социалистического хозяйства и народного благосостояния. Люди партийной совести.

Урущак уверен, что секретарь в данном случае имеет в виду, конечно, не Павлюка.

- А есть председатели колхозов, - продолжает Нагорный, - ограниченные мелкособственническим эгоизмом, которые не столько озабочены развитием хозяйства, сколько спекулятивными махинациями. Такой председатель сегодня засевает подсолнухом утаенные от государства "неудобные земли", бьет масло - маслобойня-то своя, - а после того отправляет машину за машиной на рынок в Донбасс. А завтра уже он под Азовом скупает рыбу и везет в Сумы на базар. Попробуй только не пресечь его "инициативы"! Что мы и сделали.

Слова секретаря вызвали смех. Урущаку, однако, было не до смеха. В сердце закрадывалась тревога. Ясно же, что секретарь имел в виду Родиона Ржу, которого Урущак выдвинул в председатели, мало того - взял под свое крыло, дал рекомендацию для вступления в партию. Но собрание свалило Родиона. Урущак хмурился.

- Или же взять такой случай, - продолжал секретарь. - Гибридными высокоурожайными семенами кукурузы кормят свиней, потому, видите ли, что соседние колхозы не хотят брать в обмен на простые семена. Как тут не подсказать?

Павлюк понес фантастические бредни насчет инициативы, и весь райком навострил уши. Тут нужна ясность! Это дело необходимо прояснить раз и навсегда. И Урущак со всей решимостью отвечает Павлюку и всем его защитникам:

- Я отвечаю за урожай. Следовательно, Павлюк должен выполнять мои инструкции и распоряжения!

- А я разве за урожай не отвечаю? - угрюмо стоит на своем Павлюк. Мало того, берет под сомнение кое-какие распоряжения Урущака, возбуждая, конечно, любопытство членов райкома.

Урущак требует доказательств.

Члены райкома тоже потребовали, чтобы Павлюк высказался конкретнее.

И Павлюк говорит, будто бы озимая пшеница "украинка", которую, согласно распоряжению Урущака, колхозы перестали сеять, дает самый богатый урожай. Особенно в засушливое лето. Пока нет других сортов. Или вот взять гречиху. Урущак, поднимая спешку с рапортом об окончании сева, всегда настаивал, чтобы скорее сеяли гречиху. Ранняя гречиха вечно выгорала, потому что цвела как раз в самый зной. Попробуйте возразить. "Будешь иметь дело с прокурором!"

Каких только обвинений не взваливает Павлюк на Урущака!

Поощренный вниманием, с которым его слушали, Павлюк сгоряча договорился до того, что Урущака плохо контролировали. Глубоко не вникали в его распоряжения. Почему кормовая база у нас отстает от темпов развития животноводства?

Это уж, несомненно, упрек самому райкому. Но никого это не сердит, не возмущает, никто и не подумал осадить Павлюка.

Правда, Нагорный, который первоначально, видимо, не имел намерения избегать острых выступлений, на этот раз повел в спокойных тонах разговор на тему о более тесном сотрудничестве земельных органов и колхозов, предостерегая от излишнего административного усердия, и даже признал, что к замечанию Павлюка следует прислушаться.

67
{"b":"55654","o":1}