ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Похваливали пастуха и колхозников, что вырастили знаменитое стадо. "Якши" - по-ихнему, значит.

Колхозникам очень захотелось пригласить таких дорогих гостей к себе в Буймир, пусть бы подивились, порадовались нашим успехам. Поди ж ты, Буймир и точно в почете у людей. Москва, как мать детей, роднит все советские народы.

На этом повесть Саввы Абрамовича не кончилась. Толпившиеся на выставке вокруг машин люди уже хотели расходиться, когда пастух сказал: "Обождите! Лекция еще не кончена!"

И еще одно упущение заметил пастух: "А почему здесь, рядом с деревянной сохой, нет фордзона? Скракли, которые давным-давно отжили свой век, есть, а почему забыли поставить фордзон?"

Люди так и покатились со смеху - по душе пришлось совершенно справедливое замечание пастуха.

Пришлось оно по душе и односельчанам, и они терялись, чем бы отметить его заслуги. Да что ему наша похвала, наше уважение, когда он на самой Всесоюзной выставке отмечен! Золотой медалью награжден. Всенародной славы добился пастух.

Люди и без того с мыслями не соберутся, а тут пастух гордо объявляет:

- Меня всюду понимают! И в Киеве и в Москве!

До чего же свет переменился... да и люди тоже! Вернись, к примеру, в старое время человек из города - о чем бы только не стал разводы разводить! И обязательно в первую очередь о житейских мелочах. А пастух только все о лекции и толкует - как давал пояснения, что это были за орудия производства, которыми приходилось нашим предкам работать. И, надо сказать, толково объяснял.

- А прядиво было на выставке? - спросила бабушка Чемериска, перебив охватившее людей торжественное настроение.

Пастух сначала замялся, чуть было сгоряча резкое слово с губ не сорвалось, напуститься хотел на старуху, что туда же со своим бабьим умом суется. Мирового масштаба мысли людей заботят, а она про куделю речь завела. Да вовремя спохватился, ничего ведь предосудительного в словах старухи не было.

- А как же, было и прядиво. Так и лоснится, словно стираное, вроде бы серебром отливает, так и посверкивает, так и сияет, желтоватым оттенком отдает - белорусские колхозы вырастили, - а что уж пахнет! - ответил он с полным знанием дела.

И старая была удовлетворена, и сам пастух, и все присутствующие.

А не встречал ли пастух Мусия Завирюхи в Москве? - спрашивали люди. Бывали ли на выставке садовник, пасечник?

- А где ж им еще быть? - отвечал пастух с некоторым даже удивлением. Как же! Вся честная компания на выставке отличилась, только редко встречались приятели, зато частенько слышали по радио друг о друге. Имя Мусия Завирюхи тоже гремит на выставке, высокой чести он удостоен - тоже при золотой медали, - выдвинулся благодаря своей хате-лаборатории. Там некогда было тары-бары разводить. На небо глянуть - и то некогда было. Завирюха ведь тоже учил народ, рассказывал о своих опытах и достижениях. Где ж пастуху все пересказать? Приедет Мусий Завирюха, сам расскажет. С академиком опять-таки имел встречу - будет о чем послушать!

Подошел к собравшимся сорвиголова Тихон.

- Савва Абрамович, - спрашивает, - где ж Марко? Мы уже все соскучились по нему. Скоро он приедет?

- Какой Марко? - изумился пастух.

- Да сын ваш.

- Какой сын?

- Да Марко. Разве у вас еще какой есть?

- Нет, нету.

- Так скоро он будет?

- Кто?

- Да сын.

- Какой?

- Марко.

- А, это орденоносец?

- Он самый.

- Так бы и говорил.

Начал тут пастух при всем честном народе отчитывать Тихона, стыдить его за легкомыслие, за ухарство.

- Отчего имя тракториста Сеня гремит в Москве? Сень пользуется почетом и уважением у людей за свой достойный труд. А ты чем отличился? Скандалами? Распутством? Разгулом? Много ли ума на это нужно? А совести и того меньше.

Лучше бы уж Тихон не заговаривал, не показывался пастуху на глаза, а теперь перед людьми зазорно, терпи, слушай, как тебя пастух уму-разуму учит. Раньше бы Тихон ни за что не стерпел, наплевал бы на пастуха, а сейчас невмочь - люди засмеют, пастух при медали, на всю страну прославлен.

Буймирцы и без того не очень-то расположены были к Тихону. Девчата посмеиваются, каждая норовит задеть побольнее. Галя вспомнила, как беспутный забулдыга (слово-то какое!) Тихон вечно подымал на смех перед молодежью Марка: дескать, под коровой сидит! А Марко не обращал внимания на насмешки, на козни злопыхателей, добился-таки своего.

В новом свете предстал перед девчатами Марко! И дельный, и честный, и душевный - хвалит Марка Галя. А чем Тихон себя проявил? Чего добился? А Марко все преграды сломал. Со свету хотели сжить хлопца! А кто ничтожеством-то в конце концов оказался? Вся страна оценила Марка.

Галя резко обращается к Тихону:

- А вот ты какую пользу обществу принес?

Вот уж действительно свет перевернулся! Совсем ни во что поставила Тихона! Умишко воробьиный, только что горло драть умеет да нахальства много. Будто уж нет места Тихону в колхозе. Все припомнили девчата Тихону. Какую славу он заработал? Что гуляка-то? Да распутник? Никогда еще не приключалось с ним ничего похожего. Тихон не находил, что ответить. Он беспомощно озирался - никакого сочувствия! Дурной сон, да и только! Раньше стоило Тихону свистнуть, топнуть, крутнуться-метнуться - все полегло бы перед ним как трава! Как ветром бы всех сдуло! А теперь? Полными насмешки глазами так и колют со всех сторон.

Да ко всему еще вдруг запели: "Зачем было влюбляться, зачем было любить?.." Нехотя так завели, тянули нудно, словно бы ничего такого и не происходило, и вид такой безразличный, точно ни на кого и не думают намекать, а ясно же - неспроста. Больше всех старалась Галя. А на Тихона что-то напало - стоит, оторопел, не знает, как держаться, что сказать.

Это он-то, Тихон, должен терпеть все эти каверзы и спокойно наблюдать, как пастух Савва - при медали - людей поучает! Эх, радиатор упал в карбюратор!

Даже Санька и та сердито косила на Тихона своими коровьими глазами. Чего Санька-то злится? Да разве у нее нет причины? Треклятый парень этот Марко, всех обхитрил, всех подмял! Отмечен наградой, в славу вошел. А Тихон чем отличился? Чубом разве! Это мировой-то парень! Ухарь! Хватит, похорохорился перед девчатами. Горько сознаться - прогадала Санька. И Родион не защитил, - сам теперь ходит с вилами, вместо печати-то. Ох, горит у Саньки душа, мести жаждет.

Вдобавок Галя начала при всех позорить Саньку - бессовестная, пыталась хитростью присвоить себе чужие заслуги, - это Галя, которая сама ничем себя не проявила, а туда же при людях стыдить Саньку взялась: шашни крутила, мол, с председателем, гнездо осиное свили в колхозе, хозяйничали, подкапывались под честных тружеников. Родион Ржа собирался ее - как же, полюбовница! - на выставку пропихнуть, украсть чужую славу! Ох, и здорово досталось Саньке! И ниоткуда ни одного доброго взгляда, ни слова сочувствия! Наоборот, попреки, насмешки, подковырки. И понесла ее нелегкая к этим баламутам. Не сиделось дома. Слух, что вернулся пастух с выставки, всех заставил бросить хаты. Вот теперь и терпи.

Кругом все в один голос твердят: чего только не плели Санька с Тихоном на Марка с Теклей, не помогло - правда победила.

Марко плавно опускался в бездну. Не во сне ли это? Всколыхнулась душа, трудно объяснимое чувство охватило парня. И отчего это такие родные вокруг лица?

Он разглядывал сказочное подземелье метро, не спеша подал светловолосой кассирше деньги за билет, ласково улыбнулся, не зная, что бы еще сказать, - не спросить ли, какая в Москве погода? Пока он мялся и раздумывал, кассирша десять билетиков выдала - ох и проворна!

Ну и что, если Марко среди телят вырос, не знает он, что ли, как ходить по этим нарядным светлым плитам? Твердо ступает по строго очерченным квадратам, словно век ходил здесь, а не по зеленым берегам Псла бегал.

Беленькая девушка привела его в порядок, подстригла, причесала, пригладила. "Что за паренек с орденом, откуда приехал - в хромовых сапогах, в синем костюме?" - верно, подумала она. А если подумала, то почему же не спросила? А уж как волновало его, как непривычно было прикосновение нежной руки - дыхание сперло, точно онемел. Стремглав вылетел Марко за дверь, и только за порогом вздохнул с облегчением. После того ему захотелось купить коричневый в вишневых цветочках галстук, он, верно, очень подошел бы к его веснушчатому лицу.

70
{"b":"55654","o":1}