ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Древний. Час воздаяния
Сетка. Инструмент для принятия решений
Тайна зимнего сада
Сплин. Весь этот бред
Клыки. Истории о вампирах (сборник)
Воображаемые девушки
Дурная кровь
Меняю на нового… или Обмен по-русски
Игра на жизнь. Любимых надо беречь
A
A

Один из владельцев не успел выкачать Хляо. Жаждущая толпа окружила его в то время, когда он водружал на грузовик целые бочки, бутыли и даже ванные с Хляо. Поскольку водители видели, что хляоколонка открыта, они останавливались один за другим, пока не образовалась очередь из примерно пятидесяти машин. Ретрак встал в очередь последним. Видя столько людей, нетерпеливых, крикливых и звереющих, он чувствовал, что душа его наполняется унижением и бешенством. Он, Генеральный Директор министерства, и вдруг опустился на уровень этой озверевшей толпы, стал частью ее, и все это только для того, чтобы заполучить обычную вещь ежедневного пользования.

В очереди видели и слышали разное и непривычное. Двое водителей, которые в нормальных условиях были бы спокойными и вежливыми людьми, поспорили об очередности, и дело дошло до драки. И вот из-за сильного удара циркулирующая жидкость из носа одного из них брызнула на белую машину другого. Полицейский попробовал их разнять и составить протокол. Водитель с разбитым носом, указывая на пятна, сказал:

- Эта жидкость, которую ты видишь, господин полицейский, моя.

- Возьми мочалку и собери, - насмешливо заметил полицейский.

Кто-то в конце очереди предложил, чтобы каждый галлон Хляо продавали на аукционе, тогда он достанется тому, кто больше заплатит. Его поддержали соседи рядом, однако стоящие впереди стали возражать, криками и жестами рук доказывая свое право. В то время, как кто-то приставил пистолет к голове владельца колонки, неизвестно, с какой именно целью, в середине толпы двое, самые терпеливые, обсуждали эпизод с хранилищами:

- Ерунда, никакого нападения не было.

- Хорошо, а новости по радио.

- Фальшивка. Вранье. Придумали, чтобы покрыть хляокомпании, которые хотят приберечь запасы, а потом продать подороже.

- Однако программа новостей контролируется правительством, а не хляокомпаниями.

- Несчастный, где ты живешь? С Земли, что ли, свалился? Компании подмасливают правительство.

- Ну, это ты слишком. Уверяю тебя, наше правительство гораздо честнее.

Дило Ретрак, рассчитав, что скоро Хляо должно кончиться, собрал всю свою представительность и, показывая удостоверение личности, сказал:

- Я - Генеральный Директор министерства социального обеспечения. Мне срочно необходимо Хляо для передвижения и выполнения моих профессиональных обязанностей на благо нашего общества.

Владелец колонки растерялся и не знал, что делать. Однако первые в очереди, услышав слова Ретрака и увидев растерянность владельца, стали угрожать последнему, что они разорвут его на части, если он начнет делать исключения для кого-либо. И кто видел их глаза и руки, не сомневался, что они выполнят свою угрозу. Широко раскрытые глаза, дикие огоньки в их зрачках, сжатые кулаки и напряженные тела - все это доказывало готовность броситься на владельца колонки или супругов Ретрак. Врожденный рефлекс самосохранения заставил владельца заправочной станции неоднократно извиниться и объяснить Ретраку, что если кто-то из очереди уступит ему свое место, он с удовольствием заполнит Хляо бак его машины.

По выражению лиц людей в очереди Ретрак пытался определить, кто из них был настроен более миролюбиво, или кто больше уважал и боялся властей. И он обращался к ним, меняя соответственно тон и аргументы. Однако ничего не получалось. Их общее желание достать горючее стало биологической необходимостью, подобно голоду или жажде, и, уравнивая различия характеров, объединяло их разные психологии одинаковой реакцией: получить Хляо как можно быстрее и больше, никого не пропуская вперед.

Вскоре на заправочной станции кончились все запасы горючего. В баке машины Ретрака оставалось еще немного Хляо со вчерашнего дня, так что они могли начать свое путешествие. Итак, они отправились в путь с надеждой, что где-нибудь, каким-то образом, найдут горючее для того, чтобы доехать до конечного пункта. Отправились в путь раздраженные, стиснув зубы и разжимая их только для того, чтобы, постоянно вглядываясь в даль, ругать сантрабирцев или террористов, или хитрых владельцев заправочных станций. Но напрасно. Они только видели чередование покинутых заправочных станций и машин, жаждущих жидкого горючего.

Вдруг серьезный и многозначительный голос диктора радио добавил еще один новый нюанс к кризисной ситуации:

"Только что правительство приняло следующий Чрезвычайный Закон: "В связи с серьезной нехваткой Хляо, вследствие катастрофы на хляохранилищах нашей страны, постановляем следующее: "Высшая мера наказания, вместо расстрела или повешания, как это было принято до сих пор, будет осуществляться путем изъятия специальным шприцем всей жидкости, функционирующей в венах. Собранная таким образом жидкость, имеющая, как известно, идентичный состав с Хляо, будет использоваться для передвижения членов Совета Министров, и только. Кроме того, смертная казнь распространяется на все преступления, которое классифицируются Кодексом как тяжкое уголовное преступление. Смертная казнь распространяется и на уже совершенные преступления, т. е. на всех, кто совершил какое-либо тяжкое преступление и еще не был пойман, а также на всех, кто был осужден за тяжелое уголовное преступление и отбывает срок наказания в тюрьме. Количество смертных казней будет зависеть от потребностей передвижения членов Совета Министров".

- Это несправедливо, - прокомментировал Дило Ретрак. - Льготы должны распространяться и на Генеральных Директоров министерств. Мы - опора правительства.

- И, в конце концов, вы постоянны, а министры - временны, поддержала Ноа.

Остановившись у киоска по дороге, Дило набрал номер телефона своего министра.

- Здравствуй, Дило, - сказал министр. - Еду в Центральную тюрьму. Возьму свою долю циркулирующей жидкости заключенных для министерской машины. Сейчас смертный приговор будет приведен в исполнение.

- Именно по этому поводу я вам и звоню, г-н министр.

- Что ты имеешь в виду?

- В решении о льготах министрам ничего не говорится о Генеральных Директорах. Не должны ли и мы получить свою долю?

- Ты прав, Дило, однако, что поделаешь? Сейчас не очень-то большой запас приговоренных к смерти.

- Г-н министр, я прошу вас выделить мне несколько галлонов. Как Вы знаете, мне предстоит поездка по делам Министерства.

- Сожалею, дорогой мой, однако это невозможно.

- Г-н министр, может быть у вас есть претензии ко мне?

- Нет, наоборот, я очень доволен тобой.

- Исправно ли я исполнял обязанности в период вашего назначения на должность?

- О чем речь! Именно поэтому я заполнил твое личное дело благодарностями.

- Благодарности в машину не зальешь. Мне нужно несколько галлонов циркулирующей жидкости.

- Очень сожалею, дорогой мой. Сожалею от всей души. Возьму на заметку твои слова и передам их министру правосудия. Это он ввел Чрезвычайный Закон. Я его увижу в Центральной тюрьме.

Три

В тени кофейни сидят трое старых и морщинистых стариков - само олицетворение прошедших веков. Напротив - глинобитные покосившиеся дома в объятиях колючих кактусов и инжира с цветом листьев, неузнаваемым от пыли. Все старое и уставшее, кроме какой-то цикады на ветке инжира, которая неустанно разматывает клубок своей песни. Забытая миром, безводная и безжизненная деревня. Один старик сидит, опустив руки между коленями, перебирая бусинки четок. Очередь идет по кругу, и счет не кончается никогда. Другой опирается руками на палку. Голова склонена к мозолистым и узловатым пальцам. Иногда он поднимает свою левую руку, чтобы отогнать насекомое, которое кусает его лицо. Третий потягивает со свистом и безнадежной медлительностью маленькими глотками кофе, который уже давно остыл. Безмолвие. Все, что они могли бы сказать друг другу, уже давно сказано.

В эту декорацию въехал и остановился в облаке пыли черный блестящий лимузин. Супруги Ретрак. Нить песни цикады оборвалась. Красная лампочка на табло машины со словом "Хляо" зажглась уже давно, и это значило, что жидкость на исходе. Именно это было причиной, заставившей их вспомнить о забытой деревне и сделать крюк в сто километров от главной дороги.

2
{"b":"55660","o":1}