ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

• Мы переживаем потерю уверенности в собственных ментальных способностях и в самих себе.

• Мы теряем тягу к знаниям, столь свойственную малым детям, а также тем, кто имел счастье научиться, как следует правильно учиться.

• Мы страдаем от скуки и разочарования в учебе.

• Чем больше мы работаем, тем меньше продвигаемся вперед, поскольку, сами того не ведая, мы действуем наперекор собственной ментальной природе.

Пища для ума

Принятые сегодня системы конспектирования обеспечивают отдачу, имеющую тенденцию к снижению. Нам необходима система, при которой отдача возрастала бы.

В этой связи имеет смысл рассказать две истории из реальной жизни. Первая история – о девочке, страдавшей аутизмом. Случай этот приводится в книге Спрингера и Дойча «Левый мозг, правый мозг» (1985 г.). Авторы отмечают, что у страдающих аутизмом лиц, особенно у тех, у кого одновременно наблюдаются расстройства речи, нередко весьма выраженными оказываются способности к рисованию. Разбирая конкретный случай, авторы отмечают тот факт, что «в возрасте трех с половиной лет Надя рисовала с замечательной правдивостью и со значительной степенью детализации...». Авторы считают, что данная способность явилась вкладом со стороны правого полушария, однако далее сообщают, что способности к рисованию у Нади «ухудшались по мере того, как продвигалось лечение».

Если бы кто-то учил Надю с учетом естественных сил ее мозга, она, быть может, продолжала развивать свои уже тогда выраженные способности к рисованию в дополнение к развитию речевых навыков. Метод интеллект-карт очень подошел бы в такой ситуации.

Вторая история касается нью-йоркской девочки, которая в возрасте 9 лет была отличницей, к 10 годам – уже хорошисткой, к 11 годам – троечницей, а к 12 годам – слабенькой троечницей, на грани неуспеваемости. Она сама, учителя и родители пребывали в полном недоумении, как такое могло случиться, поскольку девочка занималась с каждым годом все упорнее и по умственным способностям не отличалась от сверстников.

Родители девочки устроили мне встречу с ней. После долгого и довольно грустного разговора лицо девочки неожиданно просветлело, и она сказала: «Лишь в одном отношении мои дела все лучше с каждым годом».

«В каком же?» – поинтересовался я.

«В ведении конспектов», – ответила она.

Ее ответ поразил меня как гром среди ясного неба, поскольку в нем содержалась разгадка ее проблемы. Чтобы лучше успевать в школе, она решила, что главное – это «как следует» вести конспекты. Хорошие конспекты в ее понимании – это конспекты, содержащие максимум текста, обеспечивающие чуть ли не дословную передачу излагаемого в школе материала и, разумеется, «аккуратные» в традиционном понимании. В результате она, сама того не ведая, тратила все больше и больше сил на занятие, которое отвлекало ее от собственно усвоения и запоминания материала. Подобный метод намеренно использовал Шерешевский, отличавшийся уникальной памятью, чтобы иметь возможность забывать! Как только она, наконец, осознала, что с ней происходит, она смогла применить метод интеллект-карт в своей учебе и выправить положение. 

Результаты исследований на тему конспектирования / аннотирования

Изложенные ниже сведения подкрепляются многими исследованиями на тему проблем конспектирования, особенно исследованиями, проведенными доктором Хоуи из Эксетерского университета.

Исследования д-ра Хоуи имели целью оценить эффективность различных типов конспектирования. Эффективность оценивалась по тому, насколько хорошо студенты способны извлекать информацию из своих конспектов, чем демонстрировали степень понимания усвоенного материала. Испытуемых также проверяли на способность повторять пройденное по своим конспектам, с тем чтобы обеспечивались полные и осмысленные ответы в условиях, приближенных к экзаменационным, т. е. когда отсутствует всякий справочный материал. Полученные результаты перечислены ниже в порядке повышения эффективности.

1. Полный конспект, продиктованный преподавателем.

2. Полный конспект, выполненный самостоятельно.

3. Краткие емкие записи, продиктованные преподавателем.

4. Краткие емкие записи, выполненные самостоятельно.

5. Записи с выделенными ключевыми словами, продиктованные преподавателем (такие записи оказывались порой особенно бесполезными, поскольку обучаемый, сделавший их, был неспособен строить соответствующие ассоциации).

6. Записи с выделенными ключевыми словами, выполненные самостоятельно.

Исследования Хоуи показывают, что краткость, емкость изложения и собственное активное осмысление материала являются важнейшими факторами успешного конспектирования.

Напутственные слова

Как мы видели, принятые на сегодняшний день системы ведения конспектов используют лишь крошечную часть огромного потенциала мозга, его способности к познанию нового. Мы также знаем, что «великие умы» использовали гораздо большую часть ментальных способностей, имеющихся у любого из нас. Вооруженные этим знанием, мы можем двигаться вперед к следующей главе, в которой ознакомимся с радиантным мышлением – естественным и более эффективным способом использовать свой мозг. 

Глава 4

РАДИАНТНОЕ МЫШЛЕНИЕ

В настоящей главе суммируется информация из глав 1, 2 и 3, и читатель знакомится с радиантным мышлением – крупным шагом в сторону познания тайн мозга, использования его с большей эффективностью и развития таящихся в нем возможностей.

Радиантное мышление Мозг – система обработки информации

Что происходит у вас в мозге, когда вы жуете сочную грушу, наслаждаетесь ароматом цветов, слушаете музыку, наблюдаете за течением воды в ручье, обнимаете любимого человека или просто вспоминаете о пережитом?

Ответ одновременно прост и необычайно сложен.

Каждый бит информации, поступающей в мозг, – каждое ощущение, воспоминание или мысль (включая каждое слово, число, вкус, запах, линию, цвет, ритмический удар, ноту, тактильное ощущение от прикосновения к объекту) – может быть представлен в виде центрального сферического объекта, от которого расходятся десятки, сотни, тысячи и миллионы «крючков» (см. иллюстрацию I).

Каждый «крючок» представляет собой ассоциацию, и каждая ассоциация, в свою очередь, располагает практически бесконечным множеством связей с другими ассоциациями. Количество ассоциаций, уже использованных вами, можно считать тем, что называют памятью, т. е. вашей базой данных или архивом. Даже сейчас, читая эти строки, можете быть уверены, что ваш мозг, одной из функций которого является чтение, представляет собой систему обработки и хранения информации, перед которой меркнут суммарные аналогичные возможности всех самых совершенных компьютеров всего мира, вместе взятых.

В результате использования этой многоканальной системы обработки и хранения информации ваш мозг в любой момент времени содержит «информационные карты», сложности которых позавидовали бы лучшие картографы всех времен, будь они в состоянии эти карты увидеть.

Мышление, таким образом, можно представить себе в виде большой ассоциативной машины (БАМ!), а ваш мозг сверхмощным биокомпьютером, в котором мысли, подобно лучам, расходятся от практически бесконечного числа информационных узлов. Подобная структура отвечает строению нейронных систем, составляющих физическую архитектуру мозга.

Несложные расчеты показывают, что существующая у вас в мозге база единиц информации и ассоциаций, отходящих от них в виде информационных каналов, содержит их в количестве нескольких квадриллионов.

Некоторые люди используют этот факт в качестве довода, почему они считают дальнейшее учение ненужным, выставляя в качестве аргумента то, что их мозг уже и так практически заполнен информацией. Они говорят, что по этой причине они не желают усваивать новую информацию, приберегая «драгоценное оставшееся пространство» на нечто «по-настоящему стоящее». Однако для подобной озабоченности нет никаких оснований, поскольку, как нам сейчас известно, благодаря работам парижского ученого д-ра Марка Розенвейга, даже если бы мозг питали 10 единицами информации (где каждая единица представляет собой единичное слово или изображение) каждую секунду в течение 100 лет, заполненным оказалось бы менее одной десятой суммарного объема памяти.

10
{"b":"5568","o":1}