ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Доктор Шрайбер, – проговорил я, задыхаясь от боли, – мы спасаем генерала Тирелли. Дуайн действует как терминал. Дайте мне вытащить Лиз, и я сделаю все, что вы захотите. Согласен даже на лоботомию. Но если вы попытаетесь остановить меня, я вас убью. Скормлю вашим собственным червям. Вы меня поняли?

Я сжал ей горло посильнее. Она что-то пробулькала в ответ.

– Что? Я не понял.

Я немного ослабил хватку.

Она повторила то же самое. Я опять не понял, но чувства, стоявшие за этим, говорили сами за себя. Придется ее убить. Дерьмо!

Дуайн по-прежнему визжала: – Черви! Ч-черви идут!

Я забыл про доктора Шрайбер. Схватил Дуайн за руки и рванул к себе. Влепил ей пощечину.

– Они не тронут тебя! Ты – тигр.

Лицо Дуайн сморщилось, но она моргнула и поняла, что находится в безопасности рядом со мной.

– Он н-не м-может съесть меня, д-да? Я снова схватил ее за руки.

– Перестань, Дуайн. Все идет просто отлично. Но ты должна подойти к нему. Ты теперь очень сильная. Просто делай, что я говорю. Сможешь?

Доктор Шрайбер хотела что-то сказать. Не глядя на нее, я одной рукой зажал ей рот.

Дуайн выглядела испуганной. Страх, казалось, парализовал ее. Я знал, в чем дело. Виртуальная реальность пугала ее. Дуайн не понимала, где она и кто она. Все слишком реально. Чересчур реально. Сейчас переживания захлестнут ей мозг…

Я сжал ее руки. Изо всех сил.

– Это я, Джим. Помнишь меня? Я здесь. Он не тронет тебя.

– Я б-боюсь, Шим.

– Он не тронет тебя!

– Я б-больше не могу.

– Нет, можешь.

– Нет, нет, н-не могу.

– Дуайн! Ты можешь! Заверяю тебя, ты можешь. Лицо Дуайн исказилось. Она заплакала.

– Пожалуйста, не заставляйте м-меня! Подо мной протестовала Шрайбер: – Перестаньте ее мучить!

Моя рука помимо воли сжалась в кулак и обрушилась на голову Шрайбер. Сильно. Я поднес кулак к глазам Дуайн.

Она неожиданно встрепенулась и напугалась.

– Ты должна это сделать, Дуайн! – приказал я. – Это очень важно. Ты делаешь это для Лиз.

Шмыгая носом, она покачала головой. Потом поперхнулась и стала хватать ртом воздух. Придуривается.

Я снова влепил ей пошечину – не сильную, но чувствительную.

– Если ты не пойдешь, Дуайн, то я сделаю тебе больно. Очень больно. Больнее, чем червь. Червь не может причинить тебе вреда, Дуайн. А я могу – Я намного злее червя, помни это!

Неожиданно она перестала плакать и пристально посмотрела на меня.

– Т-ты сукин с-сын, – шепеляво проговорила она.

Я сделал вид, что не слышу, и требовательно спросил: – Где ты сейчас?

– Я в к-коридоре. На меня смотрит ч-червь. Он рокочет. П-по-моему, он хочет. встать на дыбы, но н-не м-может – нет м-места.

– Хорошо, отлично. А теперь слушай меня внимательно. Вот что ты должна сделать. Подумай о своих зубах. У тебя большие, острые и крепкие зубы, не так ли?

– Э… да, у меня ч-ч… ч-ч… ч-челюсти, – сильно заикаясь, сказала Дуайн.

– Отлично, хорошо. Я хочу, чтобы ты воспользовалась своими челюстями. Хочу, чтобы ты укусила червя как можно сильнее.

– Укусить ч-червя?

– Ты сможешь. Лейтенант Зигель тоже хотел бы этого. Сделай это для Курта, хорошо? Это самый плохой червь в мире, и ты можешь грызть его, как печенье. Прыгни вперед и кусай. Он не может причинить тебе вреда, а ты можешь убить его. Ну давай, прямо сейчас. Готова? Раз, два, три…

Лицо Дуайн напряглось. Она яростно заработала челюстями. Казалось, она кусает нечто ужасное. Она сосала и плевалась. Из глубины ее горла доносилось влажное бульканье. Лицо исказилось страшной гримасой, глаза крепко зажмурились.

– Представь себе, что это банан, – подсказал я.

В течение какого-то времени я не мог понять, что она делает. Мне показалось: либо давится, либо плачет. Но тут я сообразил, что она смеется, хихикает.

– Он на вкус как м-масло, – заявила она. – Только п-пурпурное. Он внутри весь волосатый.

– Ты внутри его?

– О да. Он хотел с-съесть меня, а я п-пролезла ему в горло и проела п-путь до самого х-хвоста. П-по-моему, он мертвый. – Она рассмеялась. – Я вылезла с д– другого конца. Как здорово. Можно п-попробовать еще раз?

– Если мы встретим другого червя, то да, но сначала мы должны найти Лиз.

– Она здесь.

– Что?! – взревел я.

– Ч-червь х-хотел вытащить ее отсюда.

– Вытащить? Где она?

– Она застряла в к-коридоре. Он весь с-сплющен и загибается вбок. Она застряла.

Мне не хотелось задавать следующий вопрос, но я должен был спросить.

– Она жива?

– Н-не знаю. Мне надо п-подойти ближе.

– Ладно. Теперь слушай. Я хочу, чтобы ты была очень-очень осторожна. Ты можешь раздвинуть стены в стороны?

– Да, н-но… я боюсь, что она упадет вниз.

– Делай это медленно, Дуайн. Не торопись.

– Хорошо. Я д-думаю, что смогу. Доктор Шрайбер со стоном выпрямилась.

– Она теплая? – спросила она и тут же раздраженно напустилась на меня. – Ладно, Маккарти, вы выиграли. А теперь отпустите меня. Дайте заняться моей работой.

Я был вынужден ей поверить и откатился в сторону.

– Д-думаю, что да. Она в-выглядит не очень хорошо.

– Она в сознании? – спросила Шрайбер.

– Да. Я с-слышу ее. По-моему, она п-плачет.

– Плачет? Это хороший признак.

– Ее здесь з-здорово зажало, – докладывала Дуайн. – Я п-пробую убрать п– панели. – Спустя бесконечно долгую секунду Дуайн сообщила: – Она видит м-меня.

Доктор Шрайбер очнулась и сказала Дуайн: – Подумай внимательно, Дуайн, внутри тебя есть какие-нибудь медицинские средства?

– Э… нет. Хотя есть н-немного воды. П-поилка с трубочкой.

– Ты можешь дотянуться до генерала Тирелли?

– Сейчас. Да. Т-теперь я д-достаю до нее. Она говорит со м-мной.

– Что она говорит? – выкрикнул я. Мое сердце бешено колотилось.

Дуайн насупилась, прислушиваясь.

– Что-то такое о д-долбанном времени. Она говорит: «3-заберите м-меня отсюда к ч-чертовой матери!» И она хочет п-пить.

– Хорошо, – сказала Шрайбер. – Дай ей немного воды, только чуточку. – Она мягко отодвинула меня. – Ложитесь. Теперь моя очередь. – И взяла Дуайн за руки.

Я с облегчением вытянулся на носилках. Лиз найдена! Она жива. Ее спасут. Теперь все обязательно будет хорошо!

Я лежал на спине, и из моих глаз ручьем текли слезы облегчения.

Гастроподы были замечены выслеживающими и пожирающими стада оленей-карибу на Аляске, бизонов – в Вайоминге, крупного рогатого скота – в Техасе, По неподтвержденным данным, хторране способны собирать и пасти стада людей.

Все это приводит к самому трудному вопросу. Если га-строподы в своем естественном состоянии хищники, то кто их естественная жертва?

Некоторые предполагают, что естественная жертва этих существ – мы, что они специально предназначены для того, чтобы очистить жилище, прежде чем в него вселятся новые квартиранты. Разумеется, возможно и такое объяснение.

Но даже если принять этот тезис в качестве главного условия хторранского заражения, то он все равно не отвечает на исходный вопрос. Гастроподы демонстрируют одновременно прожорливость и большую плодовитость. Даже при самом жестком соотношении численности хищник/ жертва, чтобы прокормить хищников, требуется постоянная определенная численность жертв, а мы не наблюдаем ни одной хторранской жизненной формы, которая заполнила бы эту экологическую нишу.

Таким образом, вопрос остается открытым: что или кто является естественной жертвой гастропод?

«Красная книга» (Выпуск 22. 19А)

47 ПОСЛЕДНИЙ РЕЙС

Жизнь ничего не значит, значат люди.

Соломон Краткий

Она была слаба, но она была жива. Выглядела она ужасно. Слошной синяк. Рыжие волосы свалялись, лицо было черным от грязи. На лбу запеклась кровь. Она была голодна, ее мучила жажда, а голос так охрип, что она не могла говорить. Лиз напоминала человека, подорвавшегося на мине. Но она была жива. И первыми ее словами, когда носилки спустили с разбитого корабля, были: – Где Джим?

143
{"b":"55713","o":1}