ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Эти бумаги, – сказал Андерсон, показывая пачку листков, которые все еще держал в руке, – датированы задним числом. Если ты подписал свою отставку прежде, чем дал в морду Данненфелзеру, он может возбудить против тебя только гражданский иск.

– Понятно. И когда я подписал свою отставку?

– Ты сделал устное заявление генералу Тирелли, когда тебя заменили другим офицером по науке. Генерал Тирелли подтвердит это.

Андерсон взглянул на Лиз. Она кивнула.

– Эти бумаги официально подтвержают твое заявление. Они не спасут тебя, если Данненфелзер захочет обратиться в гражданский суд, но я думаю, что это маловероятно. Это сильно выбьет их из колеи.

– По-моему, я чего-то не понимаю. Я демобилизуюсь из Спецсил и снимаю всех остальных с крючка, верно? Это означает, что я больше не участвую в экспедиции, но зачем в таком случае Л из изменила мой допуск, а вы пригласили меня на совещание с уровнем секретности Дубль-Кью, Красный Статус?

– Будь любезен прочитать бумаги до конца и подписать. Ты задерживаешь вылет.

Я перелистал бумаги.

– Что за чертовщина!

– Прими мои поздравления, – сказал Уоллакстейн. – Ты будешь первым индейским проводником, которого наняло федеральное правительство за последние сто лет.

– Индейским проводником?..

– Да. Армия Соединенных Штатов имеет право нанимать гражданских лиц, если это необходимо. Лиц с определенными способностями. Индейских проводников. Ты ведь на одну четверть чероки, не так ли?

– Разве это имеет значение?

– Нет, конечно. Это просто удовлетворяет моему чувству юмора.

– На самом деле я чероки на одну восьмую, – – признался я. – Моя бабушка по матери была индианкой, А еще я на четверть неф и на четверть испанец – тоже по материнской линии. Наша семья стала чем-то вроде тигля для переплавки наций. Во мне течет еще и еврейская и ирландская кровь.

– Не важно. Этого вполне достаточно, – нетерпеливо остановил меня Уоллакстейн и ткнул в бумаги. – Контракт гарантирует тебе работу, пока не закончится война или одна из сторон не захочет его разорвать. Зарабатывать ты будешь в четыре раза больше, чем в армии, плюс сохранение армейской медицинской и финансовой страховки и остальных полагающихся благ. Да, и премиальные за каждого червя, уничтоженного тобой лично, и доля за убитого коллективно. Сам увидишь, что ставки для вольнонаемных гораздо выше, чем для военнослужащих.

– В качестве официального индейского проводника армии Соединенных Штатов, – добавил Дэнни Андерсон, – ты будешь приписан к штату генерала Тирелли и должен исполнять все, что сочтет нужным она. Твое первое задание – сопровождать ее во время операции «Ночной кошмар» и использовать свой опыт для успешного завершения этой экспедиции.

Уоллакстейн ухмыльнулся: – По закону ты, конечно, больше не состоишь на действительной службе в Специальных Силах и лишаешься допуска в нашу сеть данных. Тем не менее ты – участник операции дяди Аиры и увидишь, что информация, доступная тебе по категории Дубль-Кью, Красный Статус, намного интереснее. Важно, что это полностью выводит тебя из-под командования генерала Уэйнрайта. Собственно, над тобой вообще не будет командиров. Приказывать больше не будут – только советовать. Но ты лишен права проводить военные операции. Возможно, это несколько разочарует тебя. Но если ты посмотришь параграф тринадцать, то увидишь, что армия Соединенных Штатов сохраняет за собой право вернуть тебя на действительную службу в будущем. Если возникнет необходимость.

– Другими словами, меня призовут во второй раз? А я-то думал, что закон запрещает дважды подвергать жизнь человека риску.

Уоллакстейн пожал плечами: – Мы оставляем дверь открытой на случай, если генерал Уоллакстейн падет смертью храбрых. Возможно, в один прекрасный день окажется полезным вернуть тебя на службу. Ну как, подпишешь бумаги?

– А что, если я откажусь? Что, если решу бороться с Данненфелзером?

– Тогда я отдам приказ генералу Андерсону немедленно арестовать тебя, снять с корабля и передать в руки соответствующих инстанций сразу по прибытии в Хьюстон. Еще вопросы имеются?

Уоллакстейн посмотрел на меня добрыми голубыми глазами. Я узнал это выражение, означающее: «Не-задавай-больше-никаких-вопросов-ответом-на-них-будет– нет».

Я раздраженно крякнул, но тем не менее подписал бумаги. Лиз их засвидетельствовала. Дэнни Андерсон заверил ее подпись. Дядя Аира взял документы, быстро свернул и засунул во внутренний карман комбинезона. Дэнни Андерсон сказал: – Твое удостоверение, пожалуйста.

Я передал карточку Дэнни, и он вставил ее в щель на своем блокноте. Нажал на кнопку, подождал две секунды и вернул карточку. Я равнодушно взглянул на нее. В графе, где был указан мой чин, прибавилось: «уволен», после чего следовало: «вольнонаемный специалист»; несколько армейских шифров тоже выглядели иначе. Кодовый номер на лицевой стороне изменился прямо на моих глазах, пока я смотрел на него; его цифры будут произвольно меняться все время. Карточку можно подделать, но не программу, заложенную в микрочипе. Я сунул карточку обратно в свой нагрудный прозрачный кармашек.

После этого дядя Аира пожал мне руку.

– Поздравляю. Теперь ты волен быть таким ослом, каким хочешь, не подвергая при этом риску карьеру окружающих тебя людей. Правда, их жизни ты по-прежнему угрожаешь, так что, пожалуйста, веди себя осмотрительно.

Дэнни Андерсон тоже пожал мне руку – несмотря на могучую внешность, его рукопожатие оказалось удивительно мягким.

– Поздравляю. – Его тон был язвительным и не особенно теплым.

Лиз лишь вздохнула и утомленно потерла переносицу.

– Что с тобой? – спросил Уоллакстейн.

– Если бы мы могли так же умно действовать против червей, – сказала она, – то нам не нужно было бы исхитряться, действуя против собственной армии.

Лицо Уоллакстейна напряглось.

– Тебе надо быть посерьезнее, понятно?

– Простите, война такая длинная, я устала.

Дядя Аира понимающе кивнул, шагнул к Лиз и почти по-отечески положил руки ей на плечи.

– Да, я сделал это для Маккарти, но и для тебя тоже. Скажи мне, что ты счастлива.

Она моргнула, смахнув ресницами слезы.

– Мы беременны. Я очень счастлива.

– Хорошо. Я рад. – Дядя Аира обнял Лиз, нежно поцеловал, затем снова заглянул ей в глаза и поцеловал еще раз. – Заботься о себе и своем ребенке, а когда вернешься в Хьюстон, мы подумаем, как переправить тебя на Луну. Его тоже, если ты настаиваешь.

Он кивнул в мою сторону.

– Да, его тоже, – кивнула Лиз. – Он начинает мне нравиться.

Тут Дэнни Андерсон постучал по плечу дяди Аиры.

– Теперь моя очередь.

Он сгреб Лиз в свои объятия, как заблудший братец, согнул пополам и впился в нее отнюдь не братским поцелуем. Когда они наконец вынырнули на воздух, Лиз раскраснелась и никак не могла отдышаться.

– Вот это да, Дэнни, – смутилась она. – Если бы я знала, как ты целуешься… – Она замолчала, не в силах закончить, и, искренне удивленная, смерила его быстрым взглядом с головы до ног. – Какая потеря!

– Да уж, – плотоядно ухмыльнулся он. – В такие моменты я хочу быть лесбиянкой.

Оба засмеялись и снова упали друг другу в объятия. Затем Дэнни повернулся ко мне. Почему-то сейчас он казался выше, чем обычно.

– Хорошенько береги себя. – Он хлопнул меня по плечу и напомнил Уоллакстейну: – Время вышло. Зимф рассвирепеет, если я заставлю ее ждать.

Уоллакстейн прошел было мимо меня, но потом остановился, задумался, словно желая что-то сказать. В итоге он так ничего и не сказал. Просто поднял руку и резким движением взъерошил мне волосы.

– Береги ее, Джим. Иначе я убью тебя.

А потом пошел за Дэнни Андерсоном к служебному выходу.

Я повернулся кЛиз. Мысмотрели друг на друга сквозь годы.

– Боже, – проговорил я. – Люди приходят и уходят, выбирая самые странные пути.

«Горячее кресло», передача от 3 апреля (продолжение):

РОБИНСОН… Хорошо, расскажите нам о плане победы. Но должен честно вас предупредить, я не знаю, сколько еще этого мусора влезет в меня, прежде чем он попрет обратно прямо из горла…

82
{"b":"55713","o":1}