ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Ты что ж мне, трахаться предлагаешь напрямую?- даже бледнеет Оксана.

- А чем ты со своим китайцем занимаешься целыми днями?- вновь хохочет Светлана. - Сама же выкладывала по телефону весь интим, как на блюдечке. Да, кстати, огромное спасибо за полезную информацию о приезде в Москву известной личности - гонорар дожидается твоей сумочки у меня в кабинете. Неплохой такой гонорарчик, в полштуки.

- Баксами?- уточняет Оксана.

- Ну не деревом же. Так что думай, дорогая. Но не слишком долго место очень уж дефицитное - для тебя делаю исключение. Если есть что из секретов хозяина - тащи, плачу наличными.

- Вот так, китаец,- мстительно шипит Ксюха, швыряя трубку на рычаг,мир все же не без добрых людей. Корми теперь сам своего ублюдочного сыночка, хоть из своей кожаной соски, которой часто затыкал мне рот.

Ну откуда ей знать, откуда догадываться этой милой провинциалке, что "китаец" в это время сидит в своем кабинете и прокручивает весь ее разговор со Светланой на магнитофоне, с интересом вслушиваясь в отдельные фразы. Совсем недавно поставил Аджиев дом на прослушку, опасаясь возможной утечки информации, и вот первые результаты его поздней предусмотрительности. Однако и сволочь же эта Оксана. Так приручить его - словно дикого волка к домашней похлебке. Еще чуть-чуть - из рук у нее куски брал бы,- лицо Аджиева краснеет, затем бледнеет от переполнявшей душу ярости. Все, все против него. Конкуренты почти сожрали с таким трудом завоеванную территорию влияния. Государство травит налоговой полицией, предупреждая о невнесенных в предвыборную декларацию источниках доходов, Елена вывернула наизнанку душу и растрепала ее на тысячу мелких, жаждущих мести, клочков... И эта шмакодявка туда же. Девка, подобранная с улицы, так же, как жена, возомнила себя собственницей не только дома, но и его, Аджиевской души. Вот награда за его меценатство, доброту. Что ж, ты получишь рассчет, маленькая шлюшка. По полной китайской программе...- мысли Артура Нерсесовича прерывает появившийся охранник.

- Там вас девушка какая-то спрашивает.

И на пороге появляется...Лиля. Вообще-то Аджиев довольно равнодушно относился к брошенной им в Тбилиси жене с дочерью, а с годами остатки любви постепенно переросли в обязанность время от времени посылать в Грузию переводы - и только. Но год назад, впервые увидев дочь настолько повзрослевшей, Аджиев вдруг почувствовал в душе укол ревности: не он вырастил и воспитал такое симпатичное стройное создание, хотя имел для этого и права, и деньги. А когда Лилю после его мнимой смерти уволок за границу этот уголовник Стреляный - и вовсе взбесился. Его родную кровинку будет таскать по заграничным притонам какой-то неотесанный мужлан, не умеющий связать толком пары слов - это уж слишком! Артур Нерсесович потратил немало средств, пока разыскал парочку во Франции. А затем переговорил с Лилей. Умная девочка, она поняла, что может ей дать влиятельный папа дома. И сумела-таки уговорить Стреляного вернуться в Россию. Таким образом он, Аджиев, убивал сразу двух зайцев: получал обратно дочь, да еще с бывшим телохранителем, который стоит десятка современных, напичканных анаболиками, дебилов.

- Ну здравствуй, Лиля.

Они не бросились друг другу в объятия, не поцеловались по-родственному - слишком большое расстояние еще разделяло их души. Но уже что-то притягивало Артура Нерсесовича к этой девушке с его глазами и чертами лица. Как магнитом притягивало. Аджиев подошел к Лиле и крепко, но осторожно сжал узкие плечи своими руками - подержал молча, вглядываясь в родные глаза... отпустил, заметив в них набегающие слезинки невыссказанной боли. И отвернулся, чтобы дочь не заметила его подозрительно заблестевших глаз. Ну не научила его жизнь сентиментальности, чего уж там.

- Спасибо, что приехала, дочь. Надеюсь, у тебя все в порядке?

- Пока все хорошо...папа,- слово это далось Лиле с трудом - словно поршень заевший из груди вытолкнула. Папы не было с нею рядом более четырнадцати лет.

- Ты, наверное, намучилась в дороге,- спохватившись, зачастил Артур Нерсесович, не зная, о чем принято говорить между родственниками, пребывавшими в разлуке почти пятнадцать лет с очень малюсеньким перерывом.

- Твоя комната на втором этаже, рядом с детской. Готова с того самого дня, когда я позвонил тебе туда. А...это, где твои вещи?

- Все на мне,- смущенно улыбнулась Лиля, теребя джинсовку костюма. Не будешь же объяснять, что остальные вместе с сумкой достались частнику Васе, который ждал их с Федором возле бутика.

Вспомнив о чем-то, Артур Нерсесович вдруг бросился к входной двери и, открыв ее, обозрел окрестный пейзаж.

- Если ты хотел увидеть еще кого-то, то его нет здесь,- сказала Лиля в Аджиевскую спину.- Я оставила Федора на одной из заправок возле Химок.

- П-почему это?- он даже заикаться стал.

- Потому что не знала, как меня примут здесь. А свидетелей своего позора никогда не любила,- довольно прямо отрезала Лиля, сверкая черными глазами. Аджиев восхищенно уставился на нее.

- Молодец, вся в меня. Деньги ничто, имидж все - вот мое кредо, в отличии от некоей глупой рекламы.

- Там Влад приехал,- вновь доложил охранник.

- Сегодня день приездов,- торжественно провозгласил Аджиев.- Я очень рад, что этот олух хотя бы раз в неделю является поинтересоваться моим здоровьем. Сейчас он съездит за Федором...

- Он его не найдет, папа,- Лиля останавливает его движением руки.Дело в том, что я...я забыла оставить ему адрес, по которому поехала к тебе. Понимаешь, все получилось настолько быстро...

- Дочь, ты совершила непоправимую ошибку в своей жизни,- начал было сразу потухший Аджиев.

- Да ничего такого она не совершила,- раздался от порога голос Влада.- Этот ее Федя заправлялся как раз на нашей заправке. Не заметить такую личность трудно: за время своего пребывания там он успел крепко поколотить четверых зарвавшихся хулиганов - сообщение специально для Лили. Вам бы я объяснил попроще,- ухмыльнулся Влад Артуру Нерсесовичу.

- И ты, конечно, привез его сюда, как я приказывал тебе еще неделю назад,- обрадованный "китаец" вновь устремился к двери.

- Не совсем,- помрачнел Влад.- Я только поговорил с ним.

- Бой!- угрожающе прорычал Аджиев, наступая на управляющего.

- Ну что Бой?- вскинулся Влад.- Вы когда-нибудь пробовали тянуть на веревке упирающегося быка? Впечатление один к одному, с единственной разницей - ваш бычок еще и приемчиками кунг-фу напичкан, как патрон порохом. Попробуй поднеси спичку...

- Да, насчет драки он того...силен,- задумчиво согласился Аджиев, заметно остывая.- Что ж, пошли на свежий воздух, продолжим разговор за стопочкой. Лиля, отдыхай, мы тебя не задерживаем. Оксана покажет тебе твою комнату.

- Секундочку,- остановила их Лиля.- Послушайте...Бой, а вы не знаете, случайно, где сейчас находится Федор?

- Это Стреляный, что ли? Ну, если не порхает в небесах, то наверняка обретается на земле,- довольно туманно ответил тот, уходя вслед за Аджиевым на улицу.

- Точно, с пулей в голове,- подумала о нем Лиля, подымаясь наверх по широкой деревянной лестнице с резными периллами. И у детской комнаты нос к носу столкнулась с зареванной Оксаной, вылетевшей из двери.

- Ты кто?- во все глаза уставилась на нее Лиля. - Служанка, наверное?- попыталась тут же догадаться.

- Во-первых не служанка, а прислуга,- огрызнулась та, задетая за живое.- А во-вторых я кормилица...Ой, ты не Лиля, случайно?

- Случайно Лиля,- подтвердила она.- А ты, наверное, Оксана, которая должна показать мне мою комнату,- Лиля охнула и, пошатнувшись, схватилась за ее руку. - Что-то мне плохо, воздуха не хватает...Уф-ф, почти прошло.

- Ты пойди в сад подыши, он за домом,- предложила Оксана.- А я пока умоюсь, в таком вот виде знакомиться как-то неловко. Через десять минут встречаемся в холле, идет?

- Идет,- согласилась Лиля, спускаясь по ступенькам. Она обошла дом и невольно ахнула: на сад стоило поглядеть. Особенно в это время года. Всего фруктовых деревьев было с полсотни, но они были расставлены строго по квадратам и мастерски подрезаны. И еще запахи. Аромат поздних медовых груш смешался с ароматом разнокалиберных сортов огромных яблок, оттянувших ветки почти до земли. А сливы - янтарно-белые, просвечивающие так, что видно было косточку всередине...Лиля втянула всей грудью этот пахнущий медом коктейль и невольно задержала дыхание. Затем украдкой, словно Ева в раю, сорвала огромное краснобокое яблоко и с наслаждением запустила в него острые зубы. И вдруг замерла, прислушиваясь - из просвечивающей сквозь деревья беседки доносились голоса. Отец и этот...Бой спорили о чем-то. Она хотела выйти, показаться - подслушивать чужие разговоры было не в ее правилах, но имя Оксана заставило задержаться. А то, что она услышала дальше, вовсе отбило охоту показываться на глаза спорящих.

19
{"b":"55734","o":1}