ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Вот блин, тут жизнь канает под мокруху, а он со шмотками. Давай за ним,- Колян рванул наперерез Федору.

Так втроем они и выскочили в темноте где-то под Курским вокзалом. За ними беспорядочной толпой ломились преследователи, матерясь так, что слышно было, наверное, на набережной.

- Санька, тормозни пидеров,- прохрипел Федор, привалившись к какому-то столбу.- Иначе сомнут нахрен. А сумки я не брошу, тут все по размерам. Колян, веди к тачке. И они исчезли в каком-то темном проходе.

- Об чем базар, сэр,- Санька крутнулся на месте, выхватывая из-за пояса "Вальтер". - Ну, шушера, налетай, подешевело. Это вам не барахло сдавать на блат. Он пару раз, не целясь, шандарахнул из пистолета поверх голов преследователей для предупреждения, переведя затем прицел пониже. И увидел, что стрелять не в кого - блатари рассосались в темноте, как крысы по щелям.

- Интересное кино,- задумчиво сказал он уже в машине по пути к Смоленской.- Обычно эти сявки, увидав такие сумари, идут до конца.

- Да не за сумарями они охотились, Саня,- выссказал свое мнение Стреляный.- Вот приедем на квартиру, попробуем разобраться, что к чему. Но то, что мне сегодня же до зарезу необходимо встретиться с вашими шефами факт неоспоримый.

Глава 11. "С Т Р Е Л К А" .

- Я достану эту сучку,- Артур Нерсесович исходит пеной в своем кабинете на первом этаже.- Она думает, что скрылась от меня, Аджиева. Поставлю на уши всю Москву, но найду. Боже, эта гадина полгода шлялась по моим владениям,- хватается он за голову.

- Стоит ли из-за какой-то провинциалки так расстраиваться, шеф?уговаривает его Влад.- Ну, смылась без выходного пособия - меньше забот будет. Малыш уже давно употребляет искусственное питание - я самолично перетаскал в ваш дом этих смесей вагон и маленькую тележку. И ухаживать за Максимкой есть кому.

- Ты имеешь в виду Лилю?

- А кого же еще. Пусть привыкает к маленькому братику,- ухмыляется Бой. Если честно признаться, ему все-таки не по душе условия пари, предложенные Аджиевым. И Артур Нерсесович своим змеиным чутьем улавливает это.

- Да, что касается нашего с тобой спора - ты проиграл, Влад. Только что мне доложили: Стреляный жив и спокойно разгуливает по Москве. Один из моих осведомителей совершенно случайно засек его вчера у Лужниковского рынка. Он там приценялся к хорошенькой такой иномарке. Так что проигрыш за тобой.

- Оксана ведь сбежала, о какой отдаче может идти речь, Артур Нерсесович,- пытается "спрыгнуть" Влад.

- Ну уж нет, пацан, у нас принято чтить закон зоны "Долг - дело святое".

Но если бы только это - Оксана знает не только кое-что о моих коммерческих сделках, ей известны коды и шифры дверей и сейфов. Поэтому или ты найдешь и замочишь эту шлюху, или...- Аджиев хищно скалит зубы. Из двух зол выбирают меньшее - Влад знает, что означает это "или". И он исчезает с глаз шефа, словно по мановению волшебной палочки.

Артур Нерсесович поднимается наверх, в детскую комнату. Лиля уже там.

С первого дня по приезду она с таким рвением взялась ухаживать за сводным братиком, что Аджиев диву давался - ну чисто мать. И откуда в ней эта многоопытность? Этот вопрос он и задает ей сейчас.

- Ну, отец, ты даешь,- смеется Лиля, ловко переодевая Максимку.- В Грузии эти навыки передаются с молоком матери. Попробуй воспитать ораву малышей, человек в восемь-десять, одной. В такой семье все должны работать начиная с пяти лет. Да еще помогать соседям.

О Елене Сергеевне дочь вспомнила лишь раз. Артур Нерсесович объяснил коротко: уехала на лечение. Больше они к этому вопросу не возвращались. Насчет Оксаны Лиля не спрашивала, как-будто ее вообще не существовало. И поначалу это насторожило недоверчивого Аджиева - как же так, они ведь встречались в день приезда лицом к лицу? Но ведь и расстались в одночасье. На этом он и успокоился, занявшись было поисками новой кормилицы. Но Лиля отмела напрочь все его попытки.

- Прекрати, папа, я ведь доказала уже, что сама неплохо могу справляться с Максимом. И потом - ты же не пускаешь меня ни работать, ни учиться ...

- Еще чего. Я тебя, дочь, готовлю совсем для другой миссии.

Насчет ее будущего замужества зрела у него одна подспудная мыслишка. Которую он вынашивал с самого первого дня приезда дочери. Но придется, видимо, пока отложить все это на будущее, есть дела поважнее. Важнее предвыборной компании, на которую он просто нанял пяток помощников. Главное - запустить механизм, подсыпая время от времени денег. Сейчас главное как можно быстрее расширить сферу влияния, пока инициативу полностью не перехватили молодые нахрапистые акулы теневого бизнеса - все эти законники, признающие вместо силы законов силу оружия. Проще всего купить толпу наемников и перебить всех конкурентов к чертовой матери, денег для этого хватит. Но армию нанять нельзя - не то что карьеру подмочишь - с головой распрощаться недолго. Государство не любит открытых разборок мафии. А вот небольшой мобильный отряд не повредит. Не нужно мочить всех скопом, достаточно убрать главарей, а всю остальную шушеру взять под свое крыло. Или крышу, как принято говорить. Забрать вожжи в свои руки и погонять, погонять...Стоп. Для мобильного отряда нужен хороший бригадир. Жесткий, безжалостный, не знающий страха и с отсутствием эмоций. Но с головой. Такой человек есть у него на примете - Стреляный, которого Лиля вытащила из-за границы. И правая рука Аджиева - Влад ему в подметки не годится. Но где он сейчас, этот Стреляный? Шляется по Москве, где-то ночует. Где? И вдруг Аджиева поразила мысль, от которой он подскочил на месте: квартира на Смоленской. А почему бы нет? Ведь он жил там год назад, оттуда убыл за границу...Во всяком случае, проверить можно запросто. Артур Нерсесович шарит пальцем по ежедневнику на столе, пока не натыкается на нужный номер. И азартно набирает его на сотовом. Гудки, гудки, гудки. Семь длинных гудков. За время их звучания на лице "китайца" сменяется целая гамма чувств: от надежды до разочарования, затем ярости. И когда он совсем уже собирается раздолбать сотовый о полированный стол, трубку на том конце снимают...

Телефонный звонок прозвучал так неожиданно, что Санька выронил "Вальтер", который чистил и смазывал на крае кухонного стола. А Колян чуть не подавился жареной картошкой, которую вместе с Федором ел прямо из сковороды на противоположном крае. Федор изумился - за все время его пребывания в этой квартире после загранки аппарат молчал. Да и кому было звонить? А сейчас кому нужно? Этот вопрос задал Санька.

- Определенно не мне,- решительно заявил Федор.- Может, Елене Сергеевне? Или Раздольскому.

- А может, это сама Елена Сергеевна звонит?- выссказал предположение Колян. - Не знаешь, Федь, сотовик у нее имеется?

- Точно не скажу, но должен быть.

А телефон звонил, не умолкая.

- Да сними ты трубку, в конце-концов. Никаких нервов не хватит от этой неопределенности. Или отключи его к такой-то мамочке,- взмолился Санька.

Федор выбрал первое предложение.

- Слушаю вас,- и не услышал ответа. В трубке повисла напряженная тишина. Затем прорвало.

- Стреляный, это ты?- знакомый голос с хрипотцой и еле уловимым акцентом. Он сразу узнал этот голос, поэтому тоже с полминуты простоял в шоке. Хотя и ожидал, признаться нечто подобного. Отпираться было бессмыслено.

- Он самый, Артур Нерсесович. Добрый вечер. Как жена, как дети, а самое главное - как вы меня ухитрились вычислить? Влад доложил?

- Сам догадался,- буркнул Аджиев.- Федор, срочно нужно переговорить. Не по телефону.

- А стоит? Ведь я, насколько вы знаете, вольный казак, к тому же у вас больше не пашу.

- Врешь, пашешь,- хрипло засмеялся Аджиев.- Пусть даже временно. Хотя бы до того времени, пока отработаешь аванс, который тебе передал Влад.

- Вона как,- присвистнул в трубку Федор.- А вы не забыли, уважаемый, что замочек у вашего аванса был с сюрпризом?

- Это была не моя идея, клянусь матерью. Приезжай в Мытищи, поговорим и об этом,- Артур Нерсесович продиктовал адрес. А Федор машинально записал его в настольный календарь. Затем опомнился.

29
{"b":"55734","o":1}