ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Энциклопедия специй. От аниса до шалфея
Во имя Империи!
Выдающийся лидер. Как закрепить успех, развивая свои сильные стороны
Наука общения. Как читать эмоции, понимать намерения и находить общий язык с людьми
Молёное дитятко (сборник)
Вторая брачная ночь
Маяк Чудес
Игра в сумерках
Инкарнация Вики
Содержание  
A
A

После стихотворения Цзян Юйхань запел песню:

Как отрадно! Она всех красавиц прелестных
воплотила в себе и, слепя красотой,
Уподобилась той, с бирюзового неба
к нам на землю сошедшей небесной святой.
Вся в расцвете весны —
молода и стройна,
Будет фениксов-птиц
жизнь, как чаша, полна!
О, высок Млечный Путь
в этом небе ночном!
Взяв серебряный в руки фонарь,
мы вдвоем
Незаметно за полог уйдем…

Окончив петь, Цзян Юйхань осушил кубок и сказал:

— Мои познания в поэзии поистине ничтожны, но, к счастью, вчера я случайно прочел и запомнил одну парную надпись. В ней как раз речь о том, что вы видите здесь на столе.

Он выпил еще вина, взял со стола цветущую коричную веточку и произнес:

В нос ударяют запахи цветов,
а это значит — будет днем тепло.

Всем понравились эти строки, и решено было, что приказ выполнен. Но тут с места вскочил Сюэ Пань.

— Никуда не годится! — закричал он. — Оштрафовать его! Оштрафовать! На столе никакой драгоценности нет, и твои стихи ни при чем!

— Какой драгоценности? — удивился Цзян Юйхань.

— Еще перечишь! — не унимался Сюэ Пань. — Повтори, что ты прочел!

Пришлось Цзян Юйханю прочесть еще раз.

— А Сижэнь разве не драгоценность?[250] — вскричал Сюэ Пань. — Кто сомневается, спросите у него!

Он указал на Баоюя. Баоюй смутился и произнес:

— Тебя за это надо как следует оштрафовать!

— Верно! Оштрафовать! — закричал Сюэ Пань, схватил со стола большой кубок и единым духом его осушил.

Фэн Цзыин и Цзян Юйхань принялись расспрашивать, в чем дело, и когда Юньэр им объяснила, Цзян Юйхань встал и принес извинения.

— Вы ведь не знали и ни в чем не виноваты, — сказали гости.

Вскоре Баоюй вышел из-за стола. Цзян Юйхань последовал за ним и на террасе еще раз извинился. Привлекательная внешность Цзян Юйханя, его изящные манеры понравились Баоюю, он пожал актеру руку и сказал:

— Приходите как-нибудь ко мне! Поговорим об актере Цигуане из вашей труппы. Слава о нем гремит по всей Поднебесной, но я, к сожалению, до сих пор не имел счастья с ним встретиться.

— Да это мое детское имя! — воскликнул Цзян Юйхань.

Баоюй был и удивлен, и обрадован.

— Какое везенье, какое везенье! — восклицал он, — Недаром вы так знамениты! Наконец-то мы с вами познакомились. Что бы такое вам подарить?

Он немного подумал, вытащил из рукава веер, снял с него яшмовую подвеску и протянул актеру:

— Примите от меня в знак уважения и будущей дружбы, хотя эта вещь слишком ничтожна для такого случая.

— Право, это незаслуженная награда, — произнес Цигуань, принимая подвеску. — Но и у меня есть одна редкая вещь, я с благодарностью подарю ее вам.

Он расстегнул куртку, снял ярко-красный пояс и отдал Баоюю.

— Это подарок Бэйцзинскому вану от царицы страны Юсян, — пояснил он. — Если этим поясом подпоясываться летом, кожа благоухает и совершенно не выделяет пота. Бэйцзинский ван недавно подарил его мне, и я надел его сегодня впервые. Никому другому я бы этот пояс не отдал, но вас, второй господин, прошу принять мой подарок. А мне взамен дайте свой, а то нечем подпоясаться.

Баоюй с радостью принял подарок, снял свой пояс с узорами из сосновых шишек и отдал Цигуаню.

В это время раздался громкий возглас:

— Попались!..

К ним подскочил Сюэ Пань, схватил обоих за руки и воскликнул:

— Что же это вы? Вино не допили и убежали? Ну-ка, покажите, что у вас там?

— Ничего, — ответили оба.

Но от Сюэ Паня отделаться было не так просто. К счастью, на выручку подоспел Фэн Цзыин. Вместе они вернулись к столу. До позднего вечера продолжалось веселье.

Возвратившись домой, Баоюй переоделся и сел пить чай. Сижэнь заметила, что на веере не хватает одной подвески, и спросила:

— Ты куда девал подвеску?

— Наверное, потерял, — ответил Баоюй.

Сижэнь не придала этому никакого значения, но, когда Баоюй собрался спать, заметила на нем красный, как кровь, пояс и стала догадываться, что произошло.

— У тебя замечательный новый пояс, — сказала она, — и ты можешь мне вернуть тот, который я тебе отдала.

Только сейчас Баоюй вспомнил, что подаренный Цигуаню пояс принадлежал Сижэнь, и не следовало так легкомысленно с ним расставаться. Он раскаивался в душе, но признаться боялся и с улыбкой сказал:

— За пояс я тебя вознагражу.

— Я сразу поняла, что ты опять занимался дурными делами! — кивнув головой, со вздохом произнесла Сижэнь. — Но не надо было отдавать мою вещь этим никчемным людям! Жаль, что ты не подумал об этом!

Она хотела сказать еще что-то, но, заметив, что Баоюй пьян, не стала ему докучать, разделась и легла в постель. За ночь ничего особенного не произошло.

Утром, едва проснувшись, Сижэнь услышала возглас Баоюя:

— Ну-ка, погляди! Ночью к нам забрались воры, а ты спала как ни в чем не бывало!

Тут Сижэнь заметила на себе тот самый красный пояс, который видела у Баоюя, и поняла, что это он ночью повязал его ей.

— Не нужна мне такая дрянь! — крикнула она, снимая пояс — Забирай обратно!

Баоюй принялся ласково ее уговаривать. Наконец Сижэнь согласилась поносить пока пояс. Но как только Баоюй вышел, сняла его, бросила в пустой ящик и надела другой. Вернувшись, Баоюй ничего не заметил и принялся расспрашивать, как прошел вчерашний день.

— Вторая госпожа Фэнцзе присылала служанку за Сяохун, — ответила Сижэнь. — Хотели дождаться тебя, но я решила, что не стоит, и сама ее отпустила.

— И правильно сделала, — кивнул головой Баоюй. — Я ведь об этом знал, зачем же было меня дожидаться?

— От гуйфэй приезжал евнух Ся, привез сто двадцать лянов серебра, — продолжала Сижэнь. — Гуйфэй приказала устроить с первого по третье число «благодарственное моление о ниспослании спокойствия» в монастыре Чистейшей пустоты, совершить жертвоприношения и пригласить актеров. Государыня также желает, чтобы пожаловал туда старший господин Цзя Чжэнь вместе со всеми членами рода, воскурил благовония и поклонился Будде. Еще она прислала с евнухом подарки к празднику Начала лета.

Сижэнь позвала служанку и велела ей принести подарки: два дворцовых веера, две нити четок из красного благовонного дерева, два куска шелка с узором из хвостов феникса и циновку, сплетенную из стеблей лотоса.

— А остальные что получили? — полюбопытствовал Баоюй, не скрывая радости. — То же самое?

— Твоя бабушка получила в придачу яшмовый жезл «исполнения желаний», так же как отец, мать и тетя, еще агатовую подушечку, — рассказывала Сижэнь. — Баочай то же, что и ты. Барышня Линь Дайюй, вторая барышня Инчунь, третья барышня Таньчунь и четвертая барышня Сичунь — веер и четки. Супруга старшего господина госпожа Ю, супруга второго господина Фэнцзе — по два куска тонкого шелка, по два куска атласа и по два мешочка для благовоний, а сверх того по две лекарственные палочки.

— Как же так? — недовольно спросил Баоюй. — Почему сестра Баочай получила такие подарки, как я, а сестрица Дайюй похуже? Может быть, что-то перепутали?

— Нет, — ответила Сижэнь, — этого не могло случиться, все было подробно расписано! Твои подарки находились у бабушки, я принесла их оттуда. Бабушка велела тебе завтра с утра прийти поблагодарить.

— Непременно, — обещал Баоюй.

Он велел позвать Цзыцзюань и сказал ей:

— Отнеси эти вещицы своей барышне и передай, пусть выберет что понравится и оставит себе.

вернуться

250

А Сижэнь разве не драгоценность? — Сюэ Пань воспринял имя Сижэнь как слово «драгоценность».

100
{"b":"5574","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Правила жизни Брюса Ли. Слова мудрости на каждый день
Дух любви
Невеста
Князь Пустоты. Книга первая. Тьма прежних времен
Каменная подстилка (сборник)
Союзник