ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Она взяла у тетушки Сюэ коробочку, отдала служанке и приказала немедленно пойти на кухню и распорядиться, чтобы все было приготовлено. Еще она велела сварить из десятка кур десять чашек бульона.

— Зачем так много? — поинтересовалась госпожа Ван.

— На то есть своя причина, — улыбнулась Фэнцзе. — Такие блюда у нас в доме готовят не часто, и, поскольку Баоюй о нем вспомнил, надеюсь, вы, госпожа, а также бабушка и тетушка не откажетесь его отведать. Зачем упускать случай? Кстати, я и сама охотно полакомлюсь новым блюдом.

— Ну и хитра же ты, обезьянка! Хочешь полакомиться за чужой счет! — рассмеялась матушка Цзя, а следом за ней и все остальные.

— Подумаешь, за чужой счет, — продолжала Фэнцзе. — Все расходы я беру на себя!

И она повернулась к служанке:

— Скажи на кухне, чтобы приготовили все как следует. Да пусть не скупятся на приправы!

Служанка почтительно поддакнула и ушла.

Стоявшая рядом Баочай улыбнулась:

— Несколько лет я живу здесь и убедилась, что второй госпоже Фэнцзе, как ни остра она на язык, бабушку не превзойти.

— Дитя мое! — сказала матушка Цзя. — Где уж мне, старой, тягаться с Фэнцзе! То ли дело, когда я была в ее возрасте! Не берусь судить, уступает ли она мне в остроумии, а вот твоей матушке до нее далеко. Твоя матушка что колода, ни поговорить не умеет, ни свекру со свекровью угодить! Зато Фэнцзе и проворна, и остроумна, не удивительно, что все ее любят!

— По-вашему, значит, любят лишь тех, кто остер на язык? — спросил Баоюй.

— У каждого свои достоинства и свои недостатки, — возразила матушка Цзя, — в том числе и у тех, кто остер на язык. Так что они ничуть не лучше других.

— Совершенно верно! — воскликнул Баоюй. — Теперь понятно, почему тетушку Сюэ вы любите не меньше, чем Фэнцзе. Иначе вам нравились бы лишь Фэнцзе да сестрица Дайюй!

— Что касается девочек, то пусть госпожа Сюэ не сочтет за лесть, но, по-моему, в нашей семье нет равных ее дочери Баочай! — промолвила матушка Цзя.

— Вы не правы, почтенная госпожа, — возразила тетушка Сюэ, — и слова ваши идут не от чистого сердца.

— Старая госпожа и при других хвалит Баочай, — подтвердила госпожа Ван. — Так что поверьте, это не лесть.

Баоюй ожидал, что матушка Цзя похвалит Дайюй, поэтому ее слова оказались для него неожиданностью. Он поглядел на Баочай, засмеялся, а та в смущении отвернулась и стала разговаривать с Сижэнь.

В это время вошла служанка и пригласила всех обедать. Матушка Цзя поднялась и сказала Баоюю:

— Смотри хорошенько лечись!

Она дала несколько указаний служанкам, пригласила пообедать вместе с ней тетушку Сюэ и, опираясь на плечо Фэнцзе, направилась к выходу.

— Суп готов? — спросила она на ходу и обратилась к тетушке Сюэ:

— Если вам понравится какое-нибудь блюдо, скажите мне, уж я знаю, как заставить эту девчонку Фэнцзе приготовить все, что нужно.

— Почтенная госпожа, вы к Фэнцзе несправедливы! — с улыбкой сказала тетушка Сюэ. — Ведь она в знак особого уважения часто присылает вам вкусные блюда, но вы их даже не пробуете.

— Что вы, тетушка! — вскричала Фэнцзе. — Бабушка ест все без разбору, она и меня давно съела бы, но уверяет, будто человеческое мясо кислое!

Все так и покатились со смеху. Даже Баоюй.

— Вторая госпожа и вправду может кого угодно убить своим языком! — заметила Сижэнь, но тут Баоюй схватил ее за руку и усадил рядом с собой.

— Ты давно на ногах, наверное, устала? — сказал он.

— Да, совсем забыла! — вдруг спохватилась Сижэнь. — Пока барышня Баочай не ушла, надо ее попросить, чтобы прислала Инъэр сплести сетку.

— Хорошо, что напомнила! — обрадовался Баоюй и, приподнявшись на постели, крикнул в окно: — Сестрица Баочай, если Инъэр после обеда свободна, пусть придет к нам плести сетку!

— Я непременно ее пришлю, — ответила Баочай.

Матушка Цзя не расслышала и спросила у Баочай, в чем дело. Та объяснила.

— Выполни его просьбу, милое дитя! — сказала матушка Цзя. — Пришли Инъэр. А взамен можешь взять одну из моих служанок, у меня много свободных!

— Мы непременно пришлем Инъэр, — пообещали тетушка Сюэ и Баочай. — Ей совершенно нечего делать. Целыми днями балуется!

Так, разговаривая между собой, они продолжали путь, когда вдруг заметили возле каменной скалы Сянъюнь, Пинъэр и Сянлин — они рвали цветы бальзамина. Завидев матушку Цзя, девушки бросились ей навстречу.

Вскоре все подошли к воротам сада. Госпожа Ван предложила матушке Цзя зайти отдохнуть, и матушка Цзя, у которой разболелись ноги, охотно согласилась.

Госпожа Ван приказала служанкам побежать вперед и приготовить для матушки Цзя сиденье. Наложница Чжао поспешила удалиться, сославшись на недомогание. Остались только наложница Чжоу да служанки. Они быстро опустили занавеску, установили кресло, постелили покрывала.

Опираясь на руку Фэнцзе, матушка Цзя вошла в дом и села на хозяйское место, предложив тетушке Сюэ занять место для гостей. Баочай и Сянъюнь устроились возле их ног. Госпожа Ван поднесла матушке Цзя чай, Ли Вань подала чай матушке Сюэ.

— Пусть прислуживают невестки, — сказала матушка Цзя госпоже Ван, — а ты садись. Поговорим немного!

Госпожа Ван опустилась на скамеечку и сказала Фэнцзе:

— Пусть рис для старой госпожи принесут сюда! Да вели подать еще чего-нибудь!

Фэнцзе вышла, отдала распоряжения, и служанки бросились их выполнять.

Госпожа Ван велела позвать барышень. Но пришли только Таньчунь и Сичунь, Инчунь сослалась на нездоровье, а о Дайюй и говорить нечего: из десяти обедов, на которые ее приглашали, она бывала лишь на пяти, поэтому никому и в голову не пришло о ней беспокоиться.

Вскоре принесли разные яства. Фэнцзе, держа в руках палочки из слоновой кости, завернутые в полотенце, с улыбкой сказала:

— Бабушка и тетушка, не угощайте друг друга, сегодня угощаю я!

— Будь по-твоему, — согласилась матушка Цзя и вопросительно посмотрела на тетушку Сюэ.

Та кивнула головой.

Фэнцзе разложила на столе четыре пары палочек для еды: две пары для матушки Цзя и тетушки Сюэ — в середине и две пары по сторонам — для Баочай и Сянъюнь. Госпожа Ван и Ли Вань стояли по обе стороны стола и следили, как служанки подают еду. Фэнцзе первым долгом распорядилась отложить часть кушаний для Баоюя.

Матушка отведала суп из листьев лотоса, после чего госпожа Ван велела Юйчуань отнести суп Баоюю.

— Одной ей, пожалуй, не донести, — заметила Фэнцзе.

В это время вошли Инъэр и Тунси. Зная, что они уже обедали, Баочай обратилась к Инъэр:

— Второй господин Баоюй сказал, чтобы ты пришла сплести сетку. Вот и иди к нему вместе с Юйчуань.

— Слушаюсь! — ответила Инъэр и последовала за Юйчуань.

Когда они вышли из дому, Инъэр сказала:

— Как же мы понесем? Ведь далеко, да и день жаркий.

— Не беспокойся, я знаю, как это сделать, — ответила Юйчуань.

Она подозвала одну из женщин-служанок, велела ей поставить кушанья на поднос и идти, а сама вместе с Инъэр пошла следом. Возле двора Наслаждения пурпуром Юйчуань взяла у служанки поднос и вместе с Инъэр вошла в дом.

Сижэнь, Шэюэ и Цювэнь, затеявшие игру с Баоюем, поспешно вскочили.

— Как хорошо, что вы пришли! — воскликнули они.

Они приняли поднос с яствами. Юйчуань села на маленькую скамеечку, а Инъэр не осмелилась сесть, даже когда Сижэнь подала ей скамеечку для ног.

Баоюй был вне себя от радости, когда увидел Инъэр. Но появление Юйчуань сразу напомнило ему о ее старшей сестре Цзиньчуань. Он смутился, расстроился и, позабыв об Инъэр, завел разговор с Юйчуань. Сижэнь сочла неудобным оставлять Инъэр без внимания, увела ее в другую комнату и стала угощать чаем.

Тем временем Шэюэ приготовила чашки и палочки для еды и подала Баоюю.

— Как чувствует себя твоя матушка? — спросил Баоюй.

Юйчуань покраснела от гнева и, даже не глядя в сторону Баоюя, коротко ответила после паузы:

— Хорошо!..

Баоюю стало не по себе, он помолчал немного и снова спросил:

120
{"b":"5574","o":1}